III. ПОСВЯЩЕНИЯ ЯЗЫЧЕСКИЕ
АГАФИЙ МИРИНЕЙСКИЙ[254]
Муж твой Анхис, на свиданья с которым, бывало, Киприда,
Часто бегала ты, на берег Иды спеша,
Нынче едва отыскал черный волос с висков своих срезать
И посвящает тебе след миновавшей весны.
Ты же, богиня, меня воссоздай молодым — ты ведь можешь!
Или седины мои ты, точно юность, прими.
ДАМОХАРИД[255]
Строки рождающий диск, исполненный черни свинцовой,
Вместе с линейкой, письму путь сообщавшей прямой,
Да и чернильницы с ней — вместилище жидкости темной
И с расщепленным концом острых тростинок набор,
Пемзы шершавой кусок, для очинки перьев пригодный,
Коль затупились, и вновь стало бы ясным письмо,
Нож, чтобы их подрезать, с отточенным лезвием острым —
Эти орудья свои все посвящает тебе
Слабый глазами уже Менедем, утомленный и старый,
Ты же, Гермес, не лишай пищи слугу своего.
НЕИЗВЕСТНЫЙ[256]
Сила единства — Байт и Атор в единенье с Акором,
Славься мира отец, славься во троице Бог.
НЕИЗВЕСТНЫЙ[257]
Сей поразительный храм Сарапида, вышнего бога,
Ярко сверкающий весь блеском лучей золотых,
Страж святыни воздвиг Диоскор и супруга Кирилла,
Ненарушимо всегда чтущая волю богов,
Вместе с родными двумя, блюдущими те же обряды,
Коим поручена честь в храме порядок хранить.
АРАВИЙ СХОЛАСТИК[258]
Город Лонгину бы мог изваянье из золота сделать,
Только дарам золотым Правда–богиня чужда.
МАКЕДОНИИ КОНСУЛ[259]
Дева, высокорожденная Правда, старейшина градов
Не отвергает златых благочестивых даров;
Да ведь и Зевса весы соделаны все золотыми,
Коими вешает он всяческий жизни закон:
«И протянул тут отец весы свои золотые»,
Если Гомера красот не позабыл ты еще.
