
От первого лица
Живые тексты о вере, милосердии и культуре. Новости, заметки, размышления и материалы проекта — для тех, кто ищет глубину.
«Истинное Предание — это всегда живое предание» (прот. Иоанн Мейендорф). Живые тексты о вере, милосердии и культуре.


Почему режим и ограничения иногда лучше, чем свобода
Личные заметки на полях Евангелия: Мф 11:28–30.

От Адамовки до Сан-Франциско
Как святитель Иоанн (Максимович) умножал православную жизнь за пределами России. К 60-летию кончины.

Тишина, покой, обновление. Как настоящий отдых меняет жизнь: от Библии до современной науки
Может ли отдых иметь отношение к духовной жизни? Как усталость влияет на действие страстей? Насколько мы умеем правильно отдыхать? Размышляет иеромонах Агапий (Голуб).

«Что я делаю? Это же мать!» Размышления адвоката о тех, кого страшно защищать
Адвокат — о том, как защищать человека, не потакая его самооправданию.

«Женский крик, обращенный к Церквам»: как Честертон высмеял тех, кому надоели догматы
К 90-летию со дня кончины Гилберта Кийта Честертона.

«Для хирурга не должно быть случая, а только живой страдающий человек»: каким мы помним святителя Луку
К 65-летию кончины святителя.

Нейросеть — это сырье, которое требует редактуры
Анна Ершова — о том, почему на портале «Предание» ИИ никого не заменил, где эта технология действительно полезна и какие качества помогут автору остаться востребованным.
Болезнь Шарко-Мари-Тута — Наиль Калыпетов
У двенадцатилетнего Наиля большие, но решаемые проблемы. Он болен редкой болезнью, которая ставит перед ним множество непростых задача, угрожая в противном случае парализацией и даже худшим. Это история будет длиться долго, и важно, чтобы лечение не...

Никуда и ни с кем. Три российских фильма о путешествии, которое мы не выбирали, и разговорах, которых мы боимся
Три фильма — как три диагностических среза одного организма.

«Кто имеет, тому дано будет»: парадокс Христа как рабочий инструмент для чтения Евангелия
О том, как Евангелие перестает быть древней книгой и становится личным словом в пробке, в очереди, после ссоры, говорим с протоиереем Димитрием Сизоненко.




