«Подвижник» — это не про монаха
— Отец Димитрий, насколько слово «аскетика» применимо к обычному человеку, не монашествующему? Мы часто думаем, что аскет — это кто-то, кто полностью ушел из мира, живет отшельником. И только такой человек может следовать строгим правилам.
— Да, так часто мыслят. Однако мы видим у святого апостола Павла в Первом послании к Коринфянам, что речь идет о каждом христианине, хотя апостол использует несколько другой термин:
Не знаете ли, что бегущие на ристалище бегут все, но один получает награду? Так бегите, чтобы получить. Все подвижники воздерживаются от всего. Те для получения венца тленного, а мы — нетленного. И потому я бегу не так, как на неверное, бьюсь не так, чтобы только бить воздух, но усмиряю и порабощаю тело мое.
1 Кор 9:24–27
Наш слух режет архаичное слово «ристалище», но когда мы смотрим греческий текст, то видим термин «стадион». Получается, речь идет об атлетах, которые состязались на стадионах. Дальше апостол Павел, когда говорит «все подвижники воздерживаются от всего», использует термин, восходящий к греческому слову «агон». Агон — это собрание зрителей, место для общественных состязаний, арена. Получается, что у апостола Павла подвижник — это атлет или борец.
— То есть апостол сознательно использует образы из спортивной жизни?
— Совершенно верно. Он говорит: «Я бегу, но не так, чтобы слабо пробежать» — то есть бегу, чтобы добежать и победить. А дальше: «Я бьюсь, но не так, чтобы только бить воздух». Потому что термин, который мы переводим как «подвижник», означает также боксера. И если боксер наносит удары, не достигающие соперника, он просто сотрясает воздух.
А дальше апостол Павел подчеркивает: «Усмиряю и порабощаю мое тело, дабы, проповедуя другим, самому не остаться недостойным». Отсюда понятно, что образ атлета — это образ для рассуждения о духовной жизни. А в духовной жизни необходимо свое тело и усмирять, и даже порабощать.
Более привычный для нас термин «аскет» звучит по-гречески как «аскитис» — тоже борец, но с определенным оттенком. Это слово восходит к глаголу «аскео»: искусно обрабатывать, упражняться, тренироваться, но делать это с усилием. В античном мире «аскизис» — это комплекс упражнений для тренировки и закаливания, нужный, чтобы борец мог успешно выступить на арене. А у философов, в частности у стоиков, этим термином стали называть упражнения в добродетели и в воздержанности.
— Интересно, что у апостола Павла и у философов-стоиков есть пересечение в терминологии. Но в чем тогда принципиальная разница?
— У разных философов-стоиков использовался и термин «аскизис», и термин «подвижник» как синонимичные. Но есть кардинальное различие в цели. Для стоика воздержание — это автономный самоконтроль, упражнение воли ради самой воли. Для апостола Павла — это путь к любви.
В том же Первом послании к Коринфянам, в 13-й главе, есть знаменитый гимн любви:
Если я говорю языками человеческими и ангельскими, а любви не имею, то я медь звенящая или кимвал звучащий. Если имею дар пророчества и знаю все тайны, и имею всякое познание и всю веру, так что могу и горы переставлять, а не имею любви, то я ничто. Если раздам все имение мое и отдам тело мое на сожжение, а любви не имею, нет мне в том никакой пользы.
1 Кор 13:1–3
Обратите внимание: апостол говорит и о научном знании, и о духовной жизни, и даже о мученичестве — и все это теряет смысл без любви. Христианство ориентировано на любовь как на основную добродетель. Критерий правильной жизни — любовь к Богу, а она невозможна без любви к ближним.
