Как известно, с VIII в. за православными христианами Ближнего Востока закрепилось именование «мелькиты». Происходит оно от сирийского словаmalkäи арабскогоmalik,в переводе означающего «царь». Таким образом, мелькиты это «царская община», то есть ближневосточные христиане, разделяющие христологическое исповедание византийского императора и пребывающие в литургическом общении с Константинопольской Церковью. Это именование православных, скорее всего, зародилось в инославной христианской среде — в первую очередь среди маронитов, то есть монофелитов, отколовшихся от православных после VI Вселенского Собора (680–681), а также среди яковитов и несториан — и использовалось ими первоначально в уничижительном смысле; однако очень скоро оно было принято и самими православными.

Данное происхождение слова «мелькиты» не ставится под сомнение не только современными учеными, но и средневековыми ближневосточными историками, как христианскими, так и мусульманскими. Тем более интересно предлагаемое вниманию читателей анонимное произведение «О самоназвании мелькитов», в котором неожиданно выдвигается альтернативная версия[304]. Это сочинение объясняет именование «мелькиты» действиями мусульманского халифа и завоевателя Иерусалима ‘Умар ибн аль–Хаттаба, вынудившего свт. Софрония († 638) — патриарха Иерусалимского на момент мусульманского завоевания Ближнего Востока — официально зарегистрировать православную общину. По воле Божией, явленной ему во сне, Софроний записал православную общину под именем «мелькиты» — однако не в честь византийского василевса, а в честь «Небесного Царя», Господа Иисуса Христа. Сочинение также поясняет, как получили свои именования еретические сообщества — яковиты и несториане (они также записались под этими именами во времена ‘Умара ибн аль–Хаттаба), — а также мусульмане и иудеи. Строки, посвященные мусульманам и иудеям, имеют яркую полемическую направленность. Мусульмане обвиняются в том, что их чересчур строгая концепция единства Божия не оставляет места для троичности Ипостасей, а иудеи — в том, что они не только отвергли Христа, но и преступили закон Моисея.

Как утверждается в предисловии переписчика, сочинение найдено среди бумаг одного благочестивого монаха в Иерусалиме после его смерти. Скорее всего, он и является автором этого произведения. Как показал К. А. Панченко, написано оно, вероятно, в 1570–1580–х гг. Об этом свидетельствует тот факт, что кроме данного сочинения самоидентификация мелькитов как «подданных Небесного Царя» встречается лишь в одном источнике: послании к папе Римскому, написанном между 1587 и 1592 гг. православным митрополитом Триполи, Бейрута, Тира и Сидона Анастасием ибн Муджаллой. Таким образом, самоидентификация мелькитов как «подданных Небесного Царя» — это «очень локальная и недолговечная концепция, зафиксированная лишь в наших двух текстах»[305], чем и объясняется привязка сочинения «О самоназвании мелькитов» к той же исторической эпохе, что и деятельность Анастасия ибн Муджаллы, то есть к Мелькитскому проторенессансу.

Конечно, с научной точки зрения объяснение именования «мелькиты» как «подданные Небесного Царя» не представляется состоятельным, а повествование о выборе этого именования Софронием — очевидно, не более чем благочестивая легенда. Тем не менее данное сочинение не лишено исторического значения, поскольку оно представляет собой яркий источник, свидетельствующий о самоидентификации мелькитов в раннеосманскую эпоху.