Яхья[171] (Иоанн) Антиохийский (Йахйааль–Антаки)[172] родился во второй половине 970–х гг. в Каире, в семье некоего Са‘ида ибн Йахйи. Он, по всей видимости, около 1006 г. приступил к написанию «Летописи–продолжения» (Kitäbdaylat–tärih), призванной дополнить всемирную хронику Евтихия Александрийского, воспроизводя ее структуру и тематику. Около 1006/7 г. молодой Яхья, по–видимому, обнародовал эту первую редакцию. Как предполагается, гонения фатимидского халифа аль–Хаким би–амр–Аллаха на иноверцев–зиммиев способствовали принятию им решения покинуть пределы Каирского халифата, что он и сделал в 1013/4 г., когда аль–Хаким предоставил иудеям и христианам такую возможность. Ок. 1014/5 г. Яхья перебрался в Антиохию, находившуюся тогда в руках византийцев, где он (вероятно, свободно владея греческим языком) добавил в свое сочинение свидетельства (в т. ч. документальные), покрывавшие вторую половину 1000–х — первую половину 1030–х гг. В Антиохии он завершил ок. 1034 г. окончательную редакцию своего труда, дополнив первоначально арабоязычную базу сведений материалами, почерпнутыми из византийских и сирийских памятников. Халебский хронист XII в. Мухаммад аль-‘Азими упоминает среди своих источников летопись некоего Йахйи ибн Са‘ида, доведенную до 458 г. хиджры, что соответствует 1065/6 г. н. э., на основании чего часто делается вывод о том, что данную дату можно принимать за год смерти хрониста. Однако не исключено, что описание последних трех десятилетий, охваченных хроникой Яхьи (согласно аль-‘Азими), дал уже его продолжатель, а сам он скончался в середине 1030–х гг.

Важным для изучения биографии Яхьи является вопрос его возможной идентичности с двумя лицами, упоминаемыми в первоисточниках, датируемых XI в., под теми же именами. Это, во–первых, Абу–ль–Фарадж Йахйа ибн Са‘ид, из–под чьего пера вышло три богословские работы (maqäla) в защиту христианства, полемически направленные против иноверцев: «Об истине вероисповедания» (Fi haqiqat ad–diyäna), «Об отповеди иудеям» (Fi r–radd ‘ala l–yahüd) и «Об отповеди мусульманам» (Fi r–radd ‘aid l–muslimin). Во–вторых, это Йахйа ибн Са‘ид, чей отец, по неподтвержденному заявлению арабо–мусульманского эрудита ХШ в. Ибн Аби Усайби‘а, состоял в близком родстве с Евтихием и чья эрудиция проявилась в комментарии на «Вопросы о медицине» (Niasä’il fi t–tibb) прославленного восточносирийского («несторианского») врачевателя и переводчика философского наследия античности Хунайна ибн Исхака (IX в.). В 1063 г. он встречался в Антиохии со знаменитым врачом, восточным сирийцем Ибн Бутланом.

Повествование в сохранившихся списках ведется либо от 938 г., либо от смерти византийского императора Иоанна I Цимисхия (976) и обрывается на сообщениях о смерти императора Константина VIII (1028) и взятии Эдессы полководцем Георгием Маниаком (1031). Вслед за своим предшественником Евтихием автор избрал не анналистический, а прагматический принцип подачи информации: события группируются по царствованиям халифов (сначала Аббасидов, затем Фатимидов) и по областям, где они разворачивались. В хронологии, к точности которой Яхья относился весьма щепетильно, он старался придерживаться параллельно селевкидской эры («годы от Александра») и летосчисления от хиджры («годы арабов»), причем, по всей видимости, нередко переводил даты из первой во второе. Наиболее пристальное внимание хронист проявляет к тому, что происходило в долине Нила и Восточном Средиземноморье; о событиях в Двуречье, а тем более в Северной Африке, читатель узнает только в связи с династической историей обоих халифских домов. Вместе с тем Яхья хорошо осведомлен о перипетиях политической жизни восточнохристианского (Византийская империя, Болгарское царство, Киевская Русь, Грузия) и мусульманского (в частности, правление Ихшидидов, Хамданидов, Бундов) миров. Отдельно следует упомянуть значимость «Летописи–продолжения» для освещения церковной истории — Александрийского, Иерусалимского, Антиохийского и Константинопольского патриархатов. Весьма ценные по своей оригинальности (а порой уникальности) сведения приводятся о правлении халифа аль–Хаким би–амр–Аллаха[173]. Особое место занимает подробное изложение обстоятельств союза Византии с Русью в борьбе против мятежного полководца Варды Фоки в 987 г., сватовства «царя русов» к Анне, сестре императоров Константина VIII и Василия II, и последовавшего крещения этого северного народа.

Начало изучения летописи Яхьи Антиохийского, как и в случае с Агапием Манбиджским, связано с именем барона В. Р. Розена, который в 1883 г. издал обширные ее фрагменты, освещающие события середины X — начала XI в., в сопровождении русского перевода и тщательного комментария[174]. В 1906–1909 гг. арабо–христианские исследователи — иезуит Л. Шейхо и мелькит X. Заййат — в сотрудничестве с французским ориенталистом Б. Карра де Во издали труд Яхьи в качестве приложения к своей публикации хроники Евтихия Александрийского[175]. Вслед за ними, в 1924–1932 гг., продолжая почин своего учителя Розена, академик И. Ю. Крачковский и А. А. Васильев, который уже имел за плечами подобный опыт с хроникой Агапия, осуществили критическое издание первой части «Летописи–продолжения» (до 1013) с параллельным французским переводом[176]. Вторая часть издания, подготовленного Крачковским, была опубликована посмертно, с французским переводом, выполненным Ф. Мишо и Ж. Трупо[177]. В 1990 г. ливанский историк ‘Умар ‘Абд ас–Салам Тадмури предпринял переиздание летописи Яхьи на основе сличения версий Шейхо/Заййата и Васильева/Крачковского с бейрутской и дамасской рукописями середины XIX в., под заглавием «Летопись Антиохийца, известная как Продолжение летописи Евтихия»[178]. «Летописи–продолжению» посвятил свою докторскую диссертацию, защищенную в 1977 г. в Мичиганском университете (Анн–Арбор, США), Дж. X. Форсит, который представил перевод большей части памятника на английский язык[179].

В 1998 г. увидел свет перевод труда Яхьи на итальянский язык, выполненный Б. Пироне[180].

На русский язык «Летопись–продолжение» после впечатляющего, но фрагментарного задела Розена практически не переводилась (могли лишь воспроизводиться отрывки, освещающие события отечественной истории, например династические браки русских князей с византийскими царевнами или участие русов в боевых действиях на Ближнем Востоке). Исключением являются достаточно пространные отрывки, перекладывавшиеся на русский Н. А. Медниковым в рамках его свода «Палестина от завоевания ее арабами до крестовых походов по арабским источникам»[181].

В предлагаемый перевод включены те части летописи Яхьи, где внимание сосредотачивается на последних десятилетиях X — первых десятилетиях XI в., наполненных наиболее драматичными коллизиями в истории как арабо–мусульманского, так и византийского Средиземноморья.