(Говорено в неделю блудного сына, 1764 года, 8 Февраля)

Если наказания имеют еще, благочестивые слушатели, ту силу, чтоб нам наши неправды омерзить: то желательно, дабы все распутные и необузданные сыны собрались для слушания притчи этой, в которой наказанного бесстрашия представляется образ.

Воли хотящий некто сын не мог ужиться с таким отцом, который ее обуздывал, давая своему наследнику заповеди, с желаниями его ни мало несходственные. Прости же, дорогой отец и законодатель! сын твой не тот человек, который к такой неволе привык; прости, и дай достойную часть имения! сын твой отходит уже в те блаженные места, где может он по своим склонностям жить. «И разделил (отец) имение. По прошествии немногих дней младший сын, собрав всё, пошел в дальнюю сторону» (Лк.15,13). Что ж думать об отшельнике этом? не думать ли чего-нибудь о благоденствии его? Нет, слушатели, нет! которое имение отец с ним, то он с любодейцами разделил; а эти сладкие враги, съевши наследие его и надъевши жизнь его, бросили недоеденного в жертву нищете и голоду. «Настал великий голод в той стране, и он начал нуждаться» (14). Свиньи в стране той благополучнее его! Он участие иметь хотел в той пище, которую те ели, «но никто не давал ему» (16). О, блудный, о, бедный сын! куда тебя воля твоя довела? Помогите, помогите страждущему, человеколюбцы! он, истаевая, вопиет: «я умираю от голода» (17).

Снова, желательно, слушатели, чтоб все те небесного Отца сыны к этому голодному собрались, которые живут противно воле великого сего Отца, и любя грех, не любят гибели своей. Они бы нашли тут обращения своего пример, взирая на милосердие Божие, которое «откормленного теленка» закалывает на возвращение блудных. Пусть они голода этого и не видят, чтоб нужда им настояла со свиньями пастись; но лишение всех благодатей Божиих, безотрадного обручение живота, отчаяние, с которым простираются во всю безбожных дел далекость, составляют голод, всякого голода тягчайший. Но как сомневаться правильно можно, не мы ли такие сыны? потому что есть отдаление от Бога, и не в этом ли бедном находимся мы состоянии, с помощью Бога, рассмотрим.

Вездесущие Божие главною, слушатели, есть причиною тому, что ни небесное безмерное пространство, ни адовы глубины, ни морских бездн утроба, ни недра, сердце или самая глубочайшая утроба земли не могут скрыть от очей Божиих, не могут спасти от рук Его того, кто от Него избегнуть и удалиться захочет. Знал твердо эту истину Царь, который говорит (Давид): «Взойду ли на небо-Ты там; сойду ли в преисподнюю-и там Ты. Возьму ли крылья зари и переселюсь на край моря, - и там рука Твоя поведет меня, и удержит меня десница Твоя» (Пс.138, 8-10). А превыше мира восходить и лестницы нет. Но пускай бы перешли мы и туда, где ни неба, ни земли, ни вод, ни ада нет: (но) Бога, слушатели, застанем и там, где только были б мы; там Богу присутствовать надобно для нас, или для того, чтоб мы были не ничто. Жизнь без него разрушается, дыхание возвратиться к нам не может, и мы исчезаем по подобию мглы. «Ибо мы Им живем и движемся и существуем» (Деня.17,28), говорит тот Апостол, который сколько Бога лучше нас знал, столь основательно неизбежную сего страшного существа к нам близость этим изъявлением показал.

О, бесконечный, хотя невидимый, Боже! если бы ничтожный прах - этот человек, которого «помниши», почаще очи отверзал, по крайней мере, отверзать хотел на увидение непосредственного Твоего этому брению сопребывания, на понятие тех присносущных Твоих сил, которыми жизнь его крепче, нежели тьмами Ангелов, оградил еси: конечно не злоупотреблял бы столько Твоей помощи и содействия, не ругался бы столько долготерпению Твоему, не обижал бы Тебя - Бога отмщений, стыдился бы искать той темноты, где свидетеля нет, чтоб утверждать там гнездо беззаконий своих; страх имени и присутствия Твоего потряс бы его сердцем, и он оставил бы непорядочные свои вожделения.

Но сколько, слушатели, от великих сил обладательства, вседержительства и правосудия Божия удалиться нам невозможно: столько самою вещью от милосердия, благодатей, благословений Божеских удаляемся, удаляясь от заповедей Его. Что Бог обещал, то очень твердо. Но Он никогда ничего законопреступникам и презрителям Своим не обещал, кроме множества гибелей. «Блудный сын» изможденные и истощенные силы свои рожками укрепить хотел, получая их между свиньями, к которым прилепился: но Бог не идущему по путям Его говорит: «И ты будешь есть плод чрева твоего, плоть сынов твоих и дочерей твоих, которых Господь Бог твой дал тебе, в осаде и в стеснении, в котором стеснит тебя враг твой» (Втор.28,53). Что Бог обещал, то очень твердо. Но Он собою клянётся и во гневе к не идущим по путям Его говорит: «живу Я во век! Когда изострю сверкающий меч Мой, и рука Моя приимет суд, то отмщу врагам Моим и ненавидящим Меня воздам. Упою стрелы Мои кровью, и меч Мой насытится плотью, кровью убитых и пленных» (40-42). Кого Бог проклял, с того анафемы не снимет никто. Но Он всех не благословит, которые, не отдавая должного Творцу, пренебрегают закон и заповеди Его. И если бы, слушатели, гнев, немилосердие Свое, смерть и погибель многим числом объявлял Бог во временной только жизни, которую неповинующиеся воле Божией наполняют мерзостями своими, милуя их в другой, и делая послабление изошедшей из нечистого тела оскверненной их душе: то бы не жить по заповедям Господним еще беспечнее было. Но ключ от бездны адовой в сокровищах Божиих лежит, а живущие на бесчестие имени Его в руках Его суть: то уже где «жевать» им «свои языки в болезни» (Откр.16,10) сердца и души их, как не в тех печальных жилищах, которые уготовлены для лукавых духов, и в которых предварительно видел человеков, вдавшихся во искушения их, тайнозритель (ап.) Иоанн. Там они суть; там они иссасывают из угрызаемых языков гнев Божий, который заслужили собственными пороками; а этот погибели ожесточившихся отступников достойно и праведно поругается, воздавая каждому по делам. «Я звал, - глаголет, - и вы не послушались; простирал руку мою, и не было внимающего; и вы отвергли все мои советы, и обличений моих не приняли. За то и я посмеюсь вашей погибели; порадуюсь, когда придет на вас ужас» (Притч.1, 24-26). Останется и червей, останется и ада довольный угол и для других заповедей Божиих презрителей, разорителей, ― от тех червей, от того ад, что Бог гордому чрез Исаию обещал: «В преисподнюю низвержена гордыня твоя со всем шумом твоим; под тобою подстилается червь, и черви - покров твой» (Ис.14,11). Видел погибель оставляющих Бога и пути Его Давид святый, когда говорил: «Боже сердца моего, и часть моя Боже во век. Ибо вот, удаляющие себя от Тебя гибнут; Ты истребляешь всякого отступающего от Тебя. А мне благо приближаться к Богу!» (Пс.72,26). «Далеко от нечестивых спасение, ибо они уставов Твоих не ищут» (Пс.118, 155). Прилепляйся ты, о, избранный по сердцу Божию муж! к блаженству твоему, которое есть Бог твой; но не кляни грешников, которые человеки же суть; который их состав; не кляни, сжалься, и не говори: «прокляты уклоняющиеся от заповедей Твоих». Но не может быть, слушатели, не может быть, чтобы любящие Бога любили тех, которые ненавидят Бога и не ходят по путям Его. Эти соблазнители так поколебали некогда Давида, что он совсем было расположился к тому пути, «которых конец их путь к смерти» (Притч.16, 25). «А я, - говорит он, - едва не пошатнулись ноги мои, едва не поскользнулись стопы мои, я позавидовал безумным, видя благоденствие нечестивых» (Пс.72,2.3). Однако, познавши соблазнительный и ложный мир преступников этих, клял, гнал губителей прочь. «Удалитесь от меня, беззаконные, и буду хранить заповеди Бога моего» (Пс.118,115).

Зачем же, будто по списку, перекликать грешников, от Бога за беззаконную в разные века и (за) нечистую жизнь истребленных? Зачем в пример приводить тьмы народов, во дни Ноевы страшными водами поглощенных, которые сорок дней же ночей с таким гневом лил Творец, расторгнувши раздраженною рукою небесную хлябь (бездну), чтобы в этих водах всему роду человеческому один гроб и одно погребение сотворить? Во дни Авраамовы огнем и жупелем (горящей серой) восхищенных, когда, не перенеся более человеческих беззаконий, живых низринул в ад? Во дни Иисуса Нави́на в благословенной земле в мелкие части раздробленных, когда принявши время свое, судяй на небеси, ни с седыми головами старцев, ни между десницею и шуйцею своею ничего не познающих младенцев - щадить не велел, не ожидая более от новых грешников новых, вопиющих на небо, беззаконий, и допуская ножи, которыми меньшие грешники, то есть жиды, закалали и искореняли великих, то есть, язычников? Во дни отцов наших и ныне развержением земли и разнообразно погубляемых грешников? Зачем чрево адово полно примеров этих? Поверят неверующие и в басни спасительную истину вменяющие, поверят очам, когда не верят речам, увидевши там не только идолопоклонническое племя, но и тот возлюбленный народ, о котором Бог Исаии сетует: «Увы, народ грешный, народ обремененный беззакониями, племя злодеев, сыны погибельные! Оставили Господа, презрели Святого Израилева, - повернулись назад» (Ис.1,4). Прострут они, с геенскими Израильтянами руки к нему; но Он говорит: «не услышу».

Нет ибо отрады и новозаветным беззаконникам, потому что «вы не под законом, но под благодатью» (Рим.6.14), когда не живем достойно благодати, данной нам Иисусом Христом. «Ибо, если через Ангелов возвещенное слово было твердо, и всякое преступление и непослушание получало праведное воздаяние, то как мы избежим, вознерадев о толиком спасении, которое, быв сначала проповедано Господом, в нас утвердилось слышавшими [от Него], при засвидетельствовании от Бога знамениями и чудесами, и различными силами, и раздаянием Духа Святаго по Его воле?» (Евр.2, 2-4). Бог, слушатели, не разделялся; правосудие в Боге столь для новозаветных грешников непреложно, сколь и сам Бог, «у Которого нет изменения и ни тени перемены» (Иак.1, 17).

Благодать никакого не значит позволения на плотские и законом Божиим запрещённые дела: но она есть такое оружие, которым победить мы можем страсти и искушения, которыми старается диавол наше спасение остановить. Мы должны ризы свои, «ризы» оправдания и обновления нашего «в крови агнчей пра́ти», чтоб оные так были «убелены», как в откровении своем предвидел образ их Иоанн Богослов, а не очернелые иметь для темных наших дел. Мы «не под законом», то есть, под тем проклятием закона, чтоб нас за одну черту закона, от немощи не исполненную, на вечные мучения осуждать. А то для того, что «Христос искупил нас от клятвы закона, сделавшись за нас клятвою-ибо написано: проклят всяк, висящий на древе» (Гал.3,13). Но это драгоценное искупление можем мы недостойным житием обратить себе в большее осуждение, не прося у Отца небесного кровию Сына Его заслуженных нам Духа Святаго к благотворению сил, когда можем великое сие благодеяние и милость испросить одним истинным смирением сердца и воздыханием к Сердцеведцу сему. На свободу призвал нас Христос; но мы, как учит Петр Апостол, должны быть свободны для свободно повинующегося сердца воле Божией, а «не как употребляющие свободу для прикрытия зла, но как рабы Божии» (1 Петр 2,16). «Христос за всех умер, чтобы живущие уже не для себя жили, но для умершего за них и воскресшего» (2Кор.5,15). «Как закон, ослабленный плотию, был бессилен, то Бог послал Сына Своего в подобии плоти греховной [в жертву] за грех и осудил грех во плоти, чтобы оправдание закона исполнилось в нас, живущих не по плоти, но по духу» (Рим.8,3.4).

Итак, слушатели, если бы два ада Бог в слове своем открыл, и другой первого злее: верно жребием новозаветных грешников был бы другой; а иного различия между этими двумя родами Божия закона врагов не видно; ибо что для тех было тенью и образом, то для этих было очевидною Благодатью и вещью. «Посмотрите на руки Мои и на ноги Мои; это Я Сам; осяжите Меня и рассмотрите; ибо дух плоти и костей не имеет» (Лк.24,39), - Сам говорил Избавитель; а Фома и руку в те язвы влагал (Ин.20,27), из которых лилась за спасение мира кровь. Для тех закон называет Петр святый «игом неудобносимых» (Деян.15,10): но для этих «заповеди, - по слову Иоанна, - не тяжки» (1 Ин.5.3). Да и сам Сын Божий говорит: «иго мое благо и бремя мое легко есть» (Мф.19,30). «Если любите Меня, соблюдите Мои заповеди» (Ин.14,15). А для того, слушатели, в ветхом ли завете, кто не исполнил, или в новом не исполняет воли Господа своего, тот удалился от Бога и идет путем широким, путем гибели своей.

Но если, слушатели, заповедь, которой разрушением не обругали бы мы Бога, положившего ее? Есть ли грех, который бы не являл великих своих сил, или царствовал «в смертном вашем теле, чтобы вам повиноваться ему в похотях его» (Рим.6,12)? Твои реестры, Павле святый, из которых в первом именуешь ты, (тех, кто): «злоречивы, клеветники, богоненавистники, обидчики, самохвалы, горды, изобретательны на зло, непослушны родителям, безрассудны, вероломны, нелюбовны, непримиримы, немилостивы» (Рим.1, 30-31); говорит, что «открывается гнев Божий с неба на всякое нечестие и неправду человеков» (18), в другом (месте) именуешь ты: «Дела плоти известны; они суть: прелюбодеяние, блуд, нечистота, непотребство, идолослужение, волшебство, вражда, ссоры, зависть, гнев, распри, разногласия, (соблазны), ереси, ненависть, убийства, пьянство, бесчинство и тому подобное. Предваряю вас, как и прежде предварял, что поступающие так Царствия Божия не наследуют» (Гл.5, 19-21).

Эти твои реестры (ап. Павел) не полны, не всё, кажется, здесь выписано то, что делается у нынешних Христиан. Если бы ты о этой нашей жизни, о нашем веке наведался: составил бы ты еще таких списков новых не мало. Хочешь ты, проповедниче небесный, чтобы некоторые мерзости запустевшие души и не именовались в Христианах― есть сия истина у нас, когда есть и возникают такие беззакония, которым и имя пристойное трудно дать. А для того и не именуются последние. Миродержитель тьмы века сего истощает силы, чтоб ослепить просвещенных небесным учением и сделать участниками погибели своей.

Зачем мало знаем, а справедливее сказать, не знаем мы вкус в вере и тайнах ее? что за преимущество Христианином быть? Что за сила общения Христовых страданий смерти и воскресения Его? что за счастье, что за богатство наше в великих благодеяниях этих? что за разум, что за добродетель отречься себя, взять крест, и последовать Христу, умирать греху, живым быть Богови о Христе? распинать плоть свою со страстями и похотями, и в теле Христовом живым, не гнилым членом быть? Что за обручение Духа, и когда этот утешитель со своею благодатью открывается нам? что за радость - уповать, ожидать вечных благ, которых не видим? зачем изнуряем мы всю жизнь в попечениях о этой жизни, зная лучшую на небесех? зачем память смерти нам столь горька, а приближение узорешительницы этой столь несносно? Удалились мы от заповедей Божиих, удалились от заповедей Господа и Бога и Спаса нашего Иисуса Христа в новой благодати; но безблагодатную провождаем жизнь; устами Бога и Христа Его чтим, сердце же наше далече отстоит от него. Горе нам лицемерам, громко Триипостасного Бога исповедающим, а делами отмещущимся (отвергающимися) Его! Лицемерие услаждает нашу погибель, и мы не ищем избавления от порока этого. ―Увидел блудный сын опасность свою, сколько наемником отца его избывают хлебы, а оно гладом гибнет (Лук. 15, 17); увидел, и пришел ко отцу, помилования просил: «отче! я согрешил против неба и пред тобою и уже недостоин называться сыном твоим; прими меня в число наемников твоих» (19); облечен будучи в первые одежды, не возвращался к блудницам. Но мы не видим опасности, в которой находится наша душа, и потому теплых не проливаем молитв; а, нуждою ко спасению привлеченные, скоро обращаемся на прежнюю пажить наших похотей. Ибо «мы заблудились от пути истины, и свет правды не светил нам, и солнце не озаряло нас. Мы преисполнились делами беззакония и погибели» (Прем.5, 6.7). Но, о, Боже наш! дай нам видеть, сколь долготерпение Твое близ уже негодования есть, обрати нас к Тебе, настави нас творити волю Твою, и имиже веси судьбами, спаси нас! Аминь.