Книппер-Чеховой О. Л., 24 декабря 1902*
3932. О. Л. КНИППЕР-ЧЕХОВОЙ
24 декабря 1902 г. Ялта.
24 дек.
Милая моя старушка, твой дед что-то нездоров. Последнюю ночь спал очень плохо, беспокойно; во всем теле ломота и жар. Есть не хочется, а сегодня пирог*. Ну, да ничего.
Я получил очень хорошее письмо от Куркина*насчет горьковской пьесы*, такое хорошее, что думаю послать копию А<лексею> М<аксимовичу>*. Из всего, что я читал о пьесе*, это лучшее. Сплошной восторг, конечно, и много любопытных замечаний. Тебя хвалили в газетах*, значит, ты не переборщила, играла хорошо. Если бы я был в Москве, то непременно бы, во что бы то ни стало пошел бы в «Эрмитаж» после пьесы*и сидел бы там до утра и подрался бы с Барановым*.
Вчера написал Немировичу*. Мой «Вишневый сад» будет в трех актах*. Так мне кажется, а впрочем, окончательно еще не решил. Вот выздоровлю и начну опять решать, теперь же все забросил. Погода подлейшая, вчера целый день порол дождь, а сегодня пасмурно, грязно. Живу точно ссыльный.
Ты говоришь*, что два моих последних письма хороши и тебе нравятся очень, а я все пишу и боюсь, что пишу неинтересно, скучно, точно по обязанности. Старушка моя милая, собака, песик мой! Целую тебя, благословляю, обнимаю. На Новый год пришлю*вашему театру телеграмму. Постараюсь подлиннее написать и полегче. Мать получила от тебя письмишко*и очень довольна.
Будь здорова. Играй себе, сколько хочешь, только отдыхай, не утомляйся очень. Обнимаю моего дусика.
Твой А.
На конверте:
Москва. Ольге Леонардовне Чеховой.
Неглинный пр., д. Гонецкой.

