2343. А. И. СУМБАТОВУ (ЮЖИНУ)

6 июля 1898 г. Мелихово.

6 июль.

Assurance Tchekhoff

Милый Александр Иванович, большущее тебе спасибо за письмо и за приглашение*. Письмо я прочел с большою радостью, приглашение же вызвало в моей душе печаль, так как воспользоваться им я никак не могу. Вот тебе мое assurance[54], самое правдивое: я пишу, тороплюсь наверстать то, что задолжал зимой, – и так до середины августа, а потом на юг, должно быть, на Кавказ. Когда уж тут в Требуны?*Если я, не написавши двух-трех повестей, поеду куда-нибудь благодушествовать, то меня начнет терзать совесть. Ты наработался, тебе можно отдыхать*, а ведь я ленился чёрт знает сколько времени, и у меня от долгого отдыхания даже в ушах шумит. Один рассказ послал в «Ниву», другой в «Русскую мысль», теперь пишу третий*…

С Немировичем я уже списался*. По всей вероятности, он скоро будет в Москве и оттуда приедет ко мне – так, по крайней мере, обещал. Кстати про Москву. В литературе тихо, всё умственное скучно, жуётся по-старому; зато в «Эрмитаже» очень хорошая зернистая икра и в «Аквариуме» у Омона недурно*. Виделся с Шехтелем, говорили о будущем клубе. Был длинный разговор в присутствии Суворина и его московского фельетониста*, и я говорил и настаивал на том, что если открывать литературный клуб, то открывать его en grand. Если в начале повести мелко и дешево, то дело трахнется в начале же.

У меня гостят Т. Щепкина-Куперник и парижский И. Павловский*(И. Яковлев), мой земляк.

Ты, должно быть, перепутал меня с каким-то другим доктором*. Я вовсе не прописывал тебе ни Мариенбада, ни электросветовых ванн. Напротив, я говорил, что Мариенбад для тебя еще рано. И много ходить я тебе не советовал. Я говорил, что не надо много сидеть.

Будь здоров и благополучен и не бойся нефрита, которого у тебя нет и не будет. Ты умрешь через 67 лет, и не от нефрита; тебя убьет молния в Монте-Карло*.

Если не скучно, то черкни мне еще что-нибудь до 15-го августа. Марии Николаевне поклон и привет.

Твой А. Чехов.