2484. А. С. СУВОРИНУ

16 ноября 1898 г. Ялта.

16 ноябрь.

Образцы я получил и уже послал ответ Константину Семеновичу*. Новое издание мы не будем называть «Полным собранием сочинений», а просто – том I, том II и т. д. и сохраним для томов прежние их названия (например: Том V. «Хмурые люди»), причем названия будут на обложках, а не на обороте, как Вы писали. Если какой-нибудь том окажется менее узаконенных 10 листов, то я подбавлю еще рассказов. Можно даже самые короткие томы – «Дуэль» и «Палата № 6» – соединить в один том. Цена тома прежняя – 1 р. Теперь важно выбрать формат и шрифт, чтобы держаться уж их постоянно, что бы ни было; бумагу же можно будет потом менять, смотря по обстоятельствам. Вы согласны со мной? Жду от Константина Семеновича ответа на мое последнее письмо, потом примусь за чтение корректуры первого тома. Этот первый том целый кладезь.

Помнится, Вы обещали напечатать особый каталог пьес*, продающихся в Ваших магазинах, и разослать их по всем театрам. Вы раздумали? Состояние книжно-театрального рынка у нас – это вопиющее дело. Тут нужен свой Никон, который переделал бы всё заново.

Мне жаль Пушкарева. Это был когда-то лирик, довольно нежный и чуткий, теперь же, по-видимому, состарился или износился. Ему нужно не писать пьесы, а переводить. Когда я читал Вашу рецензию о нем*(совершенно справедливую), то мне вспоминалось то время, когда он был в Москве, был богат*, – и мне стало жаль его.

Представьте, в Ялте совсем лето. Дни жаркие, а ночи теплые, лунные. Приезжала сестра Маша; мы посоветовались и решили, что всё останется, как было. Летом я буду жить в Мелихове, а зимой – где придется, смотря по состоянию здоровья. Жалко продавать Мелихово. Ведь мы из чёрт знает чего сделали хорошее имение.

Весной я опять буду в Париже*. Не встретимся ли мы там на завтраке или обеде у Ив. Ив. Щукина?*Я каждую весну буду ездить в Париж.

Ваш поклон я передал Иловайской. Она благодарит и велит тоже кланяться. Ее дочь замужем.

На сих днях магазин посылает мне по 10 экз. каждой моей книги. Скажите в телефон, чтобы положили кстати в тюк с книгами «Русский календарь» и «Всю Россию» – это ежегодная дань, которую я, по свойственной мне суровости, налагаю на Вас. «Рус<ский> кал<ендарь>» Вы всегда мне давали веленевый.

Здесь дочь Айвазовского; была у меня, теперь надо идти к ней с визитом.

Как Ваше здоровье вообще? Крепко желаю Вам всего хорошего. Поминайте меня в Ваших святых молитвах – и пишите.

Ваш А. Чехов.