МЕЧТЫ

Впервые – «Новое время», 1886, № 3849, 15 ноября, стр. 2, отдел «Субботники». Подпись: Ан. Чехов.

Включено в сборник «В сумерках», СПб., 1887; перепечатывалось в последующих изданиях сборника.

Выпущено отдельным изданием Московского общества грамотности, М., 1898, с подзаголовком «Рассказ» (подпись: А. Чехов) и указанием на титульном листе: «Особым отделом Ученого комитета Министерства народного просвещения рассказ признан пригодным для ученических библиотек средних и низших учебных заведений и для бесплатных народных библиотек».

Вошло в издание А. Ф. Маркса.

Печатается по тексту:Чехов, т. III, стр. 214–224.

При подготовке рассказа для сборника «В сумерках» и для собрания сочинений правка в тексте была небольшой.

Восторженный отзыв о рассказе был получен Чеховым от Д. В. Григоровича (см. примечания к рассказу «Агафья»*).

А. С. Лазарев-Грузинский также высоко оценил рассказ «Мечты» и связывал его в воспоминаниях с началом своего знакомства с Чеховым, «когда звезда его начала восходить ослепительно ярко после ряда великолепных беллетристических „субботников“, появившихся в „Новом времени“, – „Агафья“, „Ведьма“, „Мечты“» (Чехов в воспоминаниях, стр. 151).

«„Мечты“, – отмечалось в журнале „Наблюдатель“ (1887, № 12, отдел „Новые книги“, стр. 68), – мастерская характеристика бродяги, не помнящего родства».

По мнению К. К. Арсеньева, Чехову особенно удаются рассказы, «когда избранная им тема не требует широкого развития, когда она укладывается легко и свободно в небольшую рамку». Образцом таких рассказов он считал «Мечты», где автору удалось воспроизвести мгновенные душевные настроения, понятные «без углубления в прошедшее действующих лиц, без всестороннего знакомства с ними». Критик видел сильную сторону таланта Чехова и в его описаниях природы: «Он обладает искусством олицетворять ее, заставлять ее жить точно человеческою жизнью…» («Вестник Европы», 1887, № 12, стр. 772, 774).

Гуманистический пафос рассказа отмечен в ряде статей. По мнению критика «Петербургской газеты» (1887, № 248, 10 сентября), гуманность – отличительная черта таланта Чехова. «Рассказы его проникнуты сердечной теплотой. В последнем бродяге г. Чехов умеет открыть и изобразить сторону глубоко человеческую, вызывающую симпатию и сострадание».

М. Белинский (псевдоним И. И. Ясинского) именовал Чехова «русским Боккачио», рассказы которого – «Мечты», «Беспокойный гость», «Ведьма» и «Кошмар» – «изобилуют <…> нежными и грустными красками, обличающими в авторе не только наблюдателя, но и поэта, не только мыслителя, но и гуманного человека» («Труд», 1892, № 2, отдел «Новые книги», стр. 479).

В некоторых статьях подчеркивалась общественно-гражданская значимость рассказа. Так, Ф. Е. Пактовский считал, что такие рассказы, как «Мечты», «Беда», «Злоумышленник», «Темнота», «ярко освещают громадной важности вопрос, который едва ли может разрешаться только тюрьмой, ссылкой и каторгой, который важен не столько для обыкновенного читателя, сколько для присяжных представителей нашей юриспруденции» (Ф. Е.Пактовский. Современное общество в произведениях А. П. Чехова. Казань, 1901, стр. 33).

При жизни Чехова рассказ был переведен на венгерский, немецкий, польский, сербскохорватский и чешский языки.

Стр. 396.…последний акт из притчи о блудном сыне…– Библейская притча (Евангелие от Луки, гл. XV, стихи 11–32).

Стр. 397.…упокой, господи, их душечку в царствии твоем, идеже праведные упокояются!– Здесь и далее (стр. 398) – слова из панихид в свободной передаче Чехова.

Стр. 401…на бырком месте…– От слова «бырь» – быстрый (диалектн.).