Элли плакала, закрыв лицо руками. В комнате послышались тяжелые шаги Железного Дровосека.

— Я побеспокоил тебя, — смущенно сказал Дровосек. — Мне хочется поплакать о Гудвине, а некому вытирать мои слезы: Лев сам расстроен, а Страшила — правитель, и неудобно беспокоить его по пустякам.

Элли встала и, пока Дровосек плакал, старательно вытирала слезы полотенцем. Когда же он кончил, то очень тщательно смазался из драгоценной маслёнки, поднесенном ему Мигунами.

Утром компания собралась в тронном зале поговорить о будущем. Новый правитель Изумрудного города важно сидел на раззолоченном троне; остальные почтительно стояли перед ним.

Мы заживем припеваючи, — заявил новый правитель. — Нам принадлежит дворец и весь Изумрудный город. Как подумаю, что еще недавно я пугал ворон в поле, а теперь — правитель Изумрудного города, то, скажу по совести, мне нечего жаловаться на судьбу.

— И я доволен! — сказал Железный Дровосек. — Я получил сердце, а это была моя мечта.

— Обо мне нечего и говорить! — молвил Лев. — Я теперь храбрее всех зверей на свете. Хотелось бы мне, чтобы на дворец напали людоеды или тигромедведи, — я бы с ними расправился!

— Если бы Элли осталась во дворце, — продолжал Страшила, — мы жили бы счастливо!

— Это невозможно, — возразила девочка. — Мне надо вернуться в Канзас, к дяде Джону и тетке Анне.

— Как же это сделать? — спросил Железный Дровосек. — Страшила, милый друг, ты умнее нас всех, пожалуйста, думай!

Страшила стал думать так усердно, что иголки и булавки полезли из его головы.

— Надо вызвать Летучих Обезьян! — сказал он. — Пусть они перенесут тебя через пустыню.

— Браво, браво! — закричала Элли. — Я совсем о них позабыла.

Она принесла Золотую Шапку и сказала волшебные слова. Через открытые окна в залу ворвалась стан Летучих Обезьян. — Что угодно владетельнице Золотой Шапки? — спросил предводитель.

— Перенесите меня через пустыню и доставьте в Канзас, к дяде Джону и тетке Анне.

Предводитель покачал головой.

— Канзас — за пределами страны Гудвина. Мы не можем лететь туда. Мне очень жаль, но ты истратила второе волшебство Шапки напрасно.

Он раскланялся, и стая с шумом унеслась.

Элли сильно огорчилась. Страшила долго думал, и голова его раздулась от напряжения. Элли даже испугалась за него.

— Позвать солдата! — приказал Страшила.

Солдат со страхом вошел в тронный зал, в котором никогда не бывал при Гудвине. У него спросили совета.

— Никто, кроме Гудвина, не переходил пустыню, — сказал солдат. — Но, я думаю, Элли поможет добрая южная волшебница Стелла. Она могущественнее всех волшебниц нашей страны: она знает секрет вечной юности. Хотя дорога в ее страну трудна, все же я советую обратиться к Стелле.

Солдат почтительно поклонился правителю и вышел.

— Элли придется отправиться в страну Юга. Ведь если Элли останется здесь, во дворце, то она никогда не попадет в Канзас. Изумрудный город — это не Канзас, и Канзас — не Изумрудный город, — изрек Страшила.

Остальные молчали, подавленные мудростью его слов.

— Я пойду с Элли, — внезапно сказал Лев. — Мне надоел город. Я дикий зверь и соскучился по лесам. Да и надо защищать Элли во время путешествия.

— Правильно! — вскричал Железный Дровосек. — Пойду точить топор — он, кажется, затупился.

Элли радостно бросилась к Железному Дровосеку.

Мы выступаем завтра утром! — сказал Страшила.

— Как? И ты идешь? — закричали все в изумлении. — В Изумрудный город?

— Город подождет моего возвращения! Без Элли я сидел бы на колу и пшеничном поле и пугал ворон. Без Элли я не получил бы своих замечательных мозгов. Без Элли я не стал бы правителем Изумрудного города. И если после всего этого я покинул бы Элли в беде, то вы, друзья мои, могли бы назвать Страшилу неблагодарным и были бы правы!

Новые мозги сделали Страшилу красноречивым.

Элли от всей души благодарила друзей.

— Завтра, завтра в поход! — весело закричала она.

— Эй, гей-гей-го! Завтра, завтра в поход! — запел Страшила и, боязливо оглянувшись, зажал себе рот: он был правителем Изумрудного города, и ронять свое достоинство ему не следовало!

Рано утром солдат проводил путников до городской стены. Страж Ворот удивился, что они снова пускаются в дальнее и опасное путешествие.

— Вы — наш правитель, — сказал он Страшиле, — и должны вернуться как можно скорее.

— Мне нужно отправить Элли в Канзас, — важно ответил Страшила. — Передайте моим подданным привет, и пусть они не беспокоятся обо мне: меня нельзя ранить, я вернусь невредимым. Заменять меня будет солдат.

Элли дружески простилась со Стражем Ворот и путешественники двинулись на юг. Погода была прекрасная, кругом расстилалась восхитительная страна, все были в отличном настроении.

Элли верила, что Стелла вернет ее в Канзас; Страшила и Железный Дровосек радовались, что помогают девочке; Лев наслаждался сознанием своей смелости, мечтал встретиться со зверями и доказать им, что он — их царь.

Отойдя на далекое расстояние, путники оглянулись в последним раз на башни Изумрудного города.

А ведь Гудвин был не таким уж плохим волшебником, — сказал Железный Дровосек.

Еще бы! отвечал Страшила. — Сумел же он дать мне мозги! Да еще какие острые мозги!

— Гудвину выпить бы немножко смелости, приготовленной им для меня, и он стал бы человеком хоть куда! — сказал Лев.

Элли молчала. Гудвин не выполнил обещания вернуть ее в Канзас, но девочка не винила его. Он сделал все, что мог, и не его вина, что замысел не удался. Ведь, как признавался и сам Гудвин, он вовсе не был волшебником.