Зеленобородый солдат отвел путников к воротам Изумрудного города. Страж Ворот снял с них очки.

— Где дорога в Западную страну? — спросила Элли.

— Туда нет дороги, — был ответ. — Никто по доброй воле не ходит в страну злой Бастинды.

— Как же мы найдем ее?

— О, это легко! — вскричал Страж Ворот. — Когда вы придете в Западную страну, Бастинда сама найдет вас и заберет в рабство.

— А может, мы убьем ее? — сказал Страшила.

— Ах, вы идете убивать Бастинду? Тем хуже для вас! Ее еще никто не пробовал убить, кроме Гудвина, да и тот, — Страж Ворот понизил голос, — потерпел неудачу. Она постарается захватить вас в плен, прежде чем вы убьете ее. Будьте осторожны! Бастинда очень сильная и злая волшебница и не позволит себя убить. Идите туда, где садится солнце, и вы придете в ее страну. Желаю вам успеха!

Путники распрощались со Стражем, и он закрыл за ними ворота Изумрудного города. Элли повернула на запад, остальные пошли за ней. Все были печальны, зная, какая трудная задача им предстоит. Только Тотошка, радуясь свободе, весело носился по полю и лаял на больших пестрых бабочек.

Элли посмотрела на собачку и вскрикнула от изумления: ленточка на ее шее из зеленой превратилась в белую. Девочка взглянула на платье, надетое ею во дворце Гудвина, и удивилась еще больше: и платье стало белым.

— Что это значит? — спросила она друзей.

Все посмотрели друг на друга, а Страшила глубокомысленно заявил:

— Колдовство!

Изумрудный город исчезал вдали. Страна становилась пустынной и неплодородной: путники приближались к владениям Бастинды.

После полудня солнце светило путникам в глаза, ослепляя их, но они шли по каменистому плоскогорью, и не было ни одного дерева, чтобы защитить их своей тенью. К вечеру Элли устала, а Лев поранил лапы и хромал.

Остановились на ночлег. Страшила и Железный Дровосек стали на караул, а остальные заснули.

У надетое ею злой Бастинды был только один глаз, зато она видела им так, что не было уголка в стране Запада, который ускользнул бы от ее острого взора.

Выйдя вечерком посидеть на крылечке, Бастинда обвела глазом свои владенья и вздрогнула от злобы: далеко-далеко, на границе страны, она увидела маленькую спящую девочку и ее друзей.

Волшебница свистнула в свисток. Ко дворцу Бастинды с шумом сбежалась стая огромных волков со злыми желтыми глазами, с большими клыками, торчавшими из разинутых пастей. Волки присели на задние лапы и, тяжело дыша, смотрели на Бастинду.

— Бегите на восток! Там найдете маленькую девчонку, нагло забравшуюся в мою страну, и с ней ее спутников: всех разорвите в клочки!

— Почему ты не возьмешь их в рабство? — спросил предводитель стаи.

— Девчонка слаба; ее спутники не могут работать: один набит соломой, другой — из железа. И с ними Лев, от которого тоже не жди толку.

Вот как видела Бастинда своим единственным глазом!

Волки помчались.

— В клочки! В клочки! — визжала волшебница вдогонку.

Бегите на восток! Там найдете маленькую девчонку…

Ho Страшила и Железный Дровосек не спали. Они вовремя заметили приближение волков.

— Разбудим Льва! — сказал Страшила.

— Не стоит, — ответил Железный Дровосек. — Это мое дело управиться с волками. Я им устрою хорошую встречу!

И он вышел вперед. Когда вожак подбежал к Железному Дровосеку, широко разевая красную пасть, Дровосек взмахнул остро отточенным топором, и голова волка отлетела. Волки бежали вереницей, один за другим; как только следующий бросился на Железного Дровосека, тот был уже наготове с поднятым кверху топором, и голова волка упала наземь.

Сорок свирепых волков было у Бастинды, и сорок раз поднимал Железный Дровосек свой топор. И, когда он поднял его в сорок первый раз, ни одного волка не осталось в живых — все они лежали у ног Железного Дровосека.

— Прекрасная битва! — восхитился Страшила.

Железный Дровосек скромно улыбался.

Друзья дождались утра. Проснувшись и увидев кучу мертвых волков, Элли испугалась. Страшила и Желейный Дровосек рассказали о ночной битве, и девочка от всей души благодарила Дровосека. После завтрака вся компания смело двинулась в путь.

Старая Бастинда любила поспать. Она встала поздно и вышла на крыльцо расспросить волков, как они загрызли дерзких путников.

Каков же был ее гнев, когда она увидела, что путники продолжают путь, а верные волки лежат мертвые!

Бастинда свистнула дважды, и в воздухе закружилась стая хищных ворон. Волшебница крикнула:

— Летите к востоку! Там чужестранцы! Заклюйте их до смерти! Разорвите на куски! Выклюйте глаза! Скорей! Скорей!

Вороны со злобным карканьем понеслись навстречу путникам. Увидев их, Элли перепугалась. Но Страшила сказал:

— С этими управиться — мое дело! Ведь недаром я воронье пугало! Становитесь сзади меня! — и он нахлобучил шляпу на голову, широко расставил руки и принял вид заправского пугала.

Страшила поймал ворона за крыло и мигом свернул ему шею.

Вороны растерялись и нестройно закружились в воздухе. Но вожак стаи хрипло прокаркал:

— Чего испугались? Чучело набито соломой! Вот я ему задам!

И вожак хотел сесть Страшиле на голову, но тот поймал его за крыло и мигом свернул шею. Другая ворона бросилась вслед, и ей также Страшила свернул шею. Сорок хищных ворон было у злой Бастинды, и всем свернул шеи храбрый Страшила и побросал их в кучу.

Путники смело двинулись на запад, благодаря Страшилу за находчивость.

Когда Бастинда увидела, что и верные ее вороны лежат на земле мертвой грудой, а путники неустрашимо идут вперед, ее охватили и злоба и страх.

— Как, неужели всего моего волшебного искусства недостанет задержать наглую девчонку и ее спутников?

Бастинда затопала ногами и трижды просвистела в свисток. На зов слетелась туча свирепых черных пчел, укус которых был смертелен.

— Летите на восток! — завизжала волшебница. — Найдите там чужестранцев и зажальте досмерти! Быстрей! Быстрей!

И пчелы с оглушительным жужжаньем полетели навстречу путникам. Железный Дровосек и Страшила заметили их издалека. Страшила мигом сообразил, что делать.

— Вытаскивай из меня солому! — закричал он Железному Дровосеку. — Забрасывай Элли, Льва и собаку, и пчелы не доберутся до них!

Он проворно расстегнул — кафтан, и из него высыпался целый ворох соломы. Лев, Элли и Тотошка бросились на землю, Железный Дровосек быстро забросал их и выпрямился во весь рост.

Туча пчел с яростным жужжаньем набросилась на Железного Дровосека. Дровосек улыбался: пчелы ломали ядовитые жала о железо и тотчас умирали, так как пчела не может жить без жала. Они падали, на их место налегали другие и также пытались вонзить жала в железное тело Дровосека.

Скоро все пчелы мертвыми лежали на земле, как куча черных угольков. Лев, Элли и Тотошка вылезли из-под соломы. Страшила был снова набит, и друзья снова двинулись в путь.

Злая Бастинда необыкновенно разгневалась и испугалась, видя, что и верные ее пчелы погибли, а путники идут вперед и вперед. Она рвала на себе волосы, скрежетала зубами и от злости долго не могла выговорить ни слова. Наконец волшебница пришла в себя и, созвав своих своих Мигунов (она была повелительницей страны Мигунов), вооружила их острыми копьями и приказала уничтожить дерзких путников. Мигуны были не очень-то храбры: они жалостно замигали, и слезы покатились у них из глаз, но они не осмелились ослушаться приказа и пошли на бой.

Когда Лев увидел, как Мигуны осторожно приближаются, прячась друг за друга, подталкивая один другого сзади и боязливо мигая и щурясь, он расхохотался.

— С этими битва будет недолга!

Он выступил вперед, раскрыл огромную пасть и так рявкнул, что Мигуны побросали копья и пустились наутек.

Злая Бастинда позеленела от страха, видя, что путники идут да идут вперед и уже недалеко от ее дворца.

Лев так рявкнул, что Мигуны побросали копья.

Пришлось воспользоваться последним волшебным средством, которое у нее оставалось. На дне сундука у Бастинды хранилась Золотая Шапка. Владелец Шапки мог когда угодно вызвать могучее племя Летучих Обезьян и заставить их выполнить любое приказание. Но Шапку можно было употребить только три раза, и уже дважды Бастинда призывала Летучих Обезьян.

В первый раз она с их помощью стала владетельницей страны Мигунов, а во второй раз отбила войска Гудвина Ужасного, который пытался завоевать страну Запада.

Вот почему Гудвин боялся злой Бастинды и послал на нее Элли, рассчитывая на силу ее серебряных башмачков.

Понятно, Бастинде не хотелось использовать Шапку в третий раз: ведь на этом кончалась ее волшебная сила. Но у колдуньи уже не было ни волков, ни ворон, ни черных пчел, а на Мигунов, как видно, нельзя было положиться.

И вот Бастинда достала Шапку, надела на голову и начала колдовать. Она стала на левую ногу и шепнула:

— Эп-пи, пэп-пи, кэк-ки!

Потом переступила на правую ногу и сказала громко:

— Хил-ло, хол-ло, хел-ло!

Потом стала на обе ноги и закричала изо всей силы:

— Зиз-зи, зуз-зи, зик!

И небо потемнело от стаи Летучих Обезьян, которые неслись ко дворцу Бастинды, смеясь, шумя и болтая. У каждой обезьяны за спиной была пара мощных крыльев, а лапы их были длинны и сильны. Предводитель стаи подлетел к Бастинде и сказал:

— Ты вызвала нас в третий и последний раз! Что прикажешь сделать?

— Нападите на чужестранцев, забравшихся в мою страну, и уничтожьте всех, кроме Льва! Его я буду запрягать в коляску, как лошадь!

— Будет исполнено! — ответил предводитель, и стая с шумом полетела на восток.