1.

Гордый человек всегда боится всякого осуждения, потому что чувствует, что всё его величие нетвердо, что оно держится только до тех пор, пока не сделана хоть маленькая дырка в том пузыре, которым он надут.

2.

Каждому человеку, если он не думает о жизни всего мира, сначала кажется, что настоящая жизнь — только его жизнь, а что другие жизни только потому и важны, что могут быть нужны для его жизни. Но если человек подумает, то он увидит, что точно так же думает о своей жизни всякий человек. А если всякий человек считает свою жизнь важнее всех других жизней, то ясно, что жизни всех людей равны.

3.

То, чтò делает бурьян, когда он зарастает в пшенице и вытягивает влагу, соки из земли и заслоняет пшеницу от лучей солнца, то же делает и гордость в душе человека: она забирает в себя все силы человека и заслоняет от человека свет истины.

4.

Если бы только гордые люди могли знать то, чтò о них думают те люди, которые пользуются их гордостью для своих выгод. Чем гордее человек, тем более те, которые пользуются им, считают его глупым и самым явным образом обманывают его. Гордость — непременно глупость.

5.

Говорят, равенство невозможно. Надо сказать напротив: неравенство невозможно среди людей, понимающих смысл человеческой жизни.

Нельзя сделать высокого человека равным с малорослым, и сильного с слабым, и быстроумного с тупоумным, и горячего с холодным, но можно и должно одинаково уважать и любить и малого, и большого, и умного, и глупого.

6.

Чем более неравны люди по своим качествам, тем нужнее стараться одинаково относиться к ним.

7.

Гордость сначала озадачивает людей. И в первое время люди приписывают гордому человеку то самое значение, которое он сам себе приписывает, но озадачение это проходит скоро. И люди очень скоро разочаровываются и за испытанный ими обман отплачивают презрением гордому человеку.

8.

Еще понятна могла бы быть гордость, если бы она давала успех в свете, среди людей. А то нет более для людей отталкивающего свойства, как гордость.

И люди всё-таки продолжают гордиться.

9.

Сказать, что люди неравны, всё равно, что сказать, что огонь в печи, на пожаре, в свече неравны между собою. В каждом человеке живет дух Божий. Как же мы можем делать различие с носителями одного и того же духа Божия?

Один огонь разгорелся, другой только разгорается, но огонь один, и ко всякому огню мы относимся одинаково.

То же и с каждым человеком, носящим в себе больше или меньше разгоревшийся дух Божий.

10.

Мы так привыкли к неравенству людей, что надо учиться равному обращению со всеми. Для того, чтобы научиться этому равному обращению, надо раз навсегда решить, как обращаться со всяким человеком, кто бы он ни был, и так уже одинаково обращаться с нищим и царем.