§68 Наш век – время все более ускоряющегося развития техники. Наша нынешняя способность трансформировать физическую реальность – как в благих, так и в злых целях – в истории человечества совершенно беспрецедентна и представляет собой одновременно и опасность, и ответственность, к которой человечество, похоже, в значительной степени не готово. Поэтому Православная Церковь должна, прежде всего, напомнить христианам о том, что наш мир (насколько бы он ни был омрачен грехом и смертью) является благим творением Бога и благодатным даром всем Его созданиям. Вместе со св. Максимом Исповедником она утверждает, что присутствие человека в физическом космосе – это также духовное служение, своего рода космическое священство. Человечество занимает местоmethorios, границы, где встречаются и соединяются духовная и материальная сферы. Через это священническое посредничество свет духа просвещает всю сотворенную природу, а вся космическая реальность восходит в духовную жизнь. Так, по крайней мере, творение было задумано Богом, и таким оно будет при восстановлении всего, когда Он обновит небо и землю, и в Его свете возрадуются все существа земли, моря и воздуха. Христиане должны всегда помнить, что, согласно их учению, рабство творения у смерти есть следствие отступления человечества от его священнической роли, что во Христе это священство было восстановлено, и что окончательное спасение, обещанное в Священном Писании, охватывает всю космическую реальность, а потому достигнет совершенства только в обновленном творении (которое Священное Писание неоднократно изображает как изобилие животной и растительной жизни в не меньшей степени, чем жизни человеческой). Поэтому ответственность христиан в этом мире, в стремлении преобразить падшую природу на службе Царству, включает реальную ответственность за все творение и непрестанную заботу о его целостности и процветании. Как достичь этого в эпоху столь стремительных технологических изменений и такой колоссальной технологической мощи – вопрос, который им следует непрестанно задавать себе и к которому Церковь должна подходить с молитвенным рассуждением. Таково основание и контекст новаторских инициатив Вселенского Патриархата по сохранению окружающей среды. В этом также причина и логика установления блаженной памяти Вселенским Патриархом Димитрием еще в 1989 году даты 1 сентября как ежегодного Дня молитвы о Божием творении и его защите. Впоследствии эта дата была принята всеми Православными Церквами, Всемирным Советом Церквей и многими протестантскими конфессиями, Англиканским Содружеством, а также Папой Франциском для Римско–Католической Церкви.

§69 Миссия христианина преображать мир в свете Царства Божия – задача, охватывающая все творение, всю жизнь, любое измерение космической реальности. Везде, где есть страдания, христиане призваны приносить исцеление как облегчение и примирение. Вот почему Церковь в начале своей истории стала основывать больницы, открытые для всех людей, прибегая к известным на тот момент методам врачевания и лекарствам. Необыкновенная «Василиада» св. Василия была для бедных местом вспомоществования, а для больных – исцеления. Св. Василий писал: «Так и в рассуждении врачебного искусства нет основания порицать дар Божий по причине лукавого употребления. Скотское было бы несмыслие надеяться себе получить здоровья единственно от рук врача <…> Но и то будет упорством, если во всяком случае избегать пользования врачебным искусством»58. C самых первых дней существования Церкви врачебное служение было признано ею святым начинанием и подлинным соработничеством в Божиих делах. И ни в одной области человеческой деятельности развитие технологий не является столь желанным и не приветствуется так сильно, чем в медицине. Изобретение лекарств, антибиотиков, вакцин, терапии даже самых тяжелых болезней и так далее – это особенно выдающиеся достижения творчества человека, а значит, и особо ценные дары Бога. Тем не менее, скорость развития медицинских наук, испытания и использования в них новых технологий и методов лечения часто намного опережает человеческую способность к моральному осмыслению и духовному рассуждению. Церковь все чаще должна быть готова рассматривать и оценивать каждое медицинское новшество в отдельности, по мере его возникновения, а иногда учитывать использование его применение в каждом отдельном случае. Это часто оказывается необходимым, например, в подходе Церкви к способам оказания медицинской помощи престарелым и неизлечимо больным людям. Например, не может быть простого общего правила относительно того, когда продолжать лечение ради продления жизни, а когда от него воздержаться. Благополучие пациента, духовное и материальное благосостояние его семьи, здравое различение между обычными и чрезвычайными усилиями по сохранению и продлению жизни – все эти моменты, как и многие другие, должны учитываться в каждом конкретном случае. Часто суждение, выносимое Церковью в отношении современных медицинских технологий, зависит от их практических и моральных предпосылок, то есть методов, которые они подразумевают, и этических последствий, которые эти методы могут за собой повлечь. Например, некоторые практики экстракорпорального оплодотворения или лечения травм позвоночника с помощью стволовых клеток могут включать в себя уничтожение человеческих эмбрионов на ранних стадиях развития, чего Церковь поддержать не может. Опять же, каждый медицинский случай, возможно, придется рассматривать отдельно. Церковь, например, вполне может благословить определенную терапию стволовыми клетками, чтобы облегчить симптомы конкретной травмы позвоночника, если используемые клетки не были извлечены у абортированных детей.

§70 Можно утверждать, что новые технологии развиваются еще быстрее вне сферы медицины. Здесь, безусловно, их развитие предполагает намного большее разнообразие и проникновение в культуру. Например, только за последние несколько лет – едва ли больше, чем за одно–два десятилетия – мы стали свидетелями радикально новых разработок в области технологий коммуникации, сбора и сортировки данных, массового обмена сообщениями, мгновенного глобального распространения информации (или дезинформации, в зависимости от обстоятельств) и так далее. Каждое такое изменение приносит многочисленные выгоды, такие как возможность мгновенного гуманитарного вмешательства в ситуации природных катастроф или человеческой агрессии или новые способы общения и взаимопонимания между людьми и народами. Вместе с тем, эти же технологии создают новые возможности для злоупотреблений или непреднамеренно использования во зло. Сегодня различия между реальностью и фантазией, фактами и мнениями, новостями и идеологической пропагандой, а также между истиной и ложью становятся все более туманными и изменчивыми по причине огромного влияния интернета. В последние годы мы наблюдали многочисленные случаи систематического искажения общественного дискурса в интернете агентами, создающими путаницу с целью посеять раздор или повлиять на политические тенденции преимущественно путем обмана и дезориентации. Возможно, столь же пагубными являются незапланированные, но все же довольно распространенные случаи искажений информации, вызванные резким падением уровня цивилизованности в интернете. Привычное и повседневное использование риторики обвинений, провокаций и оскорблений, жестокости, запугивания и унижений – все эти духовно разрушительные практики слишком распространены в пространстве интернет–культуры. Вполне возможно, что сама природа современной мгновенной коммуникации делает такое зло почти неизбежным. Бесплотное, на удивление безличное и абстрактное качество виртуального общения, по–видимому, стимулирует аморальное и эгоцентричное поведение, которое было бы невозможным в случае реального, непосредственного присутствия другого человека. Здесь коммуникация слишком часто может становиться альтернативой подлинному общению и на самом деле бывает для него разрушительной. Мы также знаем, что интернет (во многом в силу тех же причин) может становиться поразительно мощным средством для развития множества навязчивых состояний и зависимостей, таких как просмотр порнографии или жестокие фантазии. На данный момент невозможно прогнозировать размеры пользы или вреда, которые может принести новая эра мгновенной глобальной коммуникации. Но величина последнего почти наверняка будет не меньше, чем первого, а во многих непредвиденных случаях и больше. Здесь Церковь должна быть бдительной в отношении эффектов этих новых технологий и проявить мудрость в борьбе с наиболее пагубными из них. Ей также следует постоянно быть в курсе важнейших изменений в других или смежных областях исследований, таких как новые алгоритмы искусственного интеллекта или новейшие методы генной модификации. От того, насколько хорошо она сумеет мобилизовать свои пастырские силы и ресурсы перед лицом этого постоянно ускоряющегося научного прогресса, несомненно, будет зависеть, насколько она будет в состоянии предложить истинное духовное убежище тем, кто ищет Бога и Его любви в современном мире.

§71 Возможно, первой задачей Церкви в ее попытках осмыслить стремительное развитие новейших технологий и утвердить себя как пространство духовной стабильности в условиях непрекращающегося потока научных и социальных изменений должны стать усилия по преодолению всякого кажущегося антагонизма между миром веры и миром науки. Одним из наиболее коварных аспектов современной западной культурной истории стало появление религиозного фундаментализма, включительно с фидеистическими формами христианства, приверженцы которого отказываются признавать открытия в таких областях, как геология, палеонтология, эволюционная биология, генетика и науки об окружающей среде. При этом столь же фидеистическими являются и формы идеологического «сциентизма» и метафизического «материализма», согласно которым вся реальность упорно сводится к чисто материальным силам и причинам, а вся область духовного – иллюзорна. Такой взгляд на реальность не поддерживается ни научными доказательствами, ни логикой; более того, он философски непоследователен. Несмотря на это, популярная интеллектуальная культура позднего модерна в значительной степени отмечена этими противоположными типами фундаментализма. Православную Церковь не интересует вражда между поверхностными философиями и, тем более, исторически неграмотные басни о некоем извечном конфликте между верой и научным разумом. Христиане должны радоваться достижениям во всех науках, с удовольствием извлекать из них пользу и содействовать научному просвещению, а также государственному и частному финансированию законных и необходимых научных исследований. Особенно в наш век экологического кризиса необходимо использовать весь потенциал научных исследований и теоретической базы для поиска более глубоких знаний о нашем мире и более эффективных способов устранения грозящих всем нам опасностей. Церковь приветствует все, что способствует благосостоянию человечества и творения в целом, и неустанно поощряет исследователей в соответствующих областях прилагать максимальные усилия для облегчения страданий в мире. Это включает разработку новых технологий с целью обеспечить бедные регионы чистой водой, предотвратить истощение почв и болезни сельскохозяйственных культур, повысить урожайность и долговечность культур и так далее. Церковь призывает верующих быть благодарными и принимать научные открытия, даже те, которые могут иногда заставить их пересмотреть собственное понимание истории и структуры космической реальности. Страсть к научному познанию проистекает из того же источника, что и желание веры как можно глубже проникнуть в божественные тайны.

§72 Кроме того, Церковь не должна упускать возможности использовать научные ресурсы в пастырском служении и полагаться на технологические достижения интернета и социальных сетей в миссионерских целях. Ее пастырская практика, по крайней мере, должна учитывать то, что было изучено за последние столетия относительно сложности человеческих мотивов и желаний, а также относительно скрытых физических и психологических причин, которые часто влияют на поведение человека – включая генетические, нейробиологические, биохимические и психотравматические. Осознание этого ни в коем случае не должно затмевать понимания Церковью истинной силы греха в мире или необходимости покаяния и прощения в жизни каждого человека; оно также не должно побуждать Церковь рассматривать духовные болезни как чисто психологические расстройства, требующие только лечения, но не подлинного покаяния и возрождения в Духе Божием. Однако глубокое понимание более широкого контекста затруднений, с которыми сталкиваются духовно–телесные существа в мире, терзаемом смертью и духовными недугами, может только помочь православным пастырям в понимании, напутствии и исцелении душ, находящихся в их ведении. И именно в духе истинного милосердия и христианского смирения эти пастыри могут признать, что некоторые проблемы являются настолько же результатом воздействия чисто случайных физических или психологических сил, как и следствием моральных ошибок с чьей–либо стороны. Те, кто посвящает себя душепопечению, должны быть готовы и даже стремиться учиться у тех, кто исследует естественную динамику ума и тела, и благодарить Бога за милость, которую Он дарует через предлагаемые ими открытия.

§73 В главном изложении и возвещении веры Церкви, Никео–Цареградском Символе, православные христиане исповедуют «единого Бога, Творца неба и земли, всего видимого и невидимого». В Священном Писании сказано: «Увидел Бог все, что Он создал, и вот, хорошо весьма» (Быт. 1:31). Слово «хорошо» (kalos) в каноническом тексте греческого перевода Семидесяти (LXX) означает больше, чем просто ценность вещи, и даже больше, чем просто ее нравственную приемлемость; оно указывает еще и на то, что мир был сотворен и призван быть «прекрасным». Литургия св. Иакова также подтверждает это: «Троичен единый Бог Вседержитель, Которого славу небеса проповедуют, а земля – владычество Его, и море – державу Его, и всякая чувственная и разумная тварь непрестанно возвещает величие Его». Эта глубокая вера в благо и красоту всего творения является источником и содержанием всего космического видения Церкви. На праздник Богоявления православные христиане поют: «Ныне освящается водное естество, земля благословляется, небеса просвещаются», «чтобы и стихии, и ангелы, и люди славили Твое пресвятое Имя» (из чина Великого освящения воды). Св. Максим Исповедник говорит, что люди не отгорожены от остального творения; по самой своей природе они связаны с ним59. И, таким образом, когда человечество и творение находятся друг к другу в правильном отношении, род людской исполняет свое призвание благословлять, возвышать ипреображатькосмос, так что присущее космосу благо может проявиться даже в его падшем состоянии. Этим прославляется пресвятое Имя Божие. Тем не менее, люди слишком часто считают себя чем–то отдельным и обособленным от остального творения, вовлеченным в материальный мир лишь постольку, поскольку они могут или должны использовать его в собственных целях; они игнорируют, презирают и даже порой умышленно отвергают свою связь с остальным творением. Раз за разом человечество отказывается от своего призвания преображать космос и, напротив, обезображивает наш мир. А со времени зарождения индустриальной эпохи способность человека причинять вред неуклонно возрастает. Как следствие, сегодня мы сталкиваемся с такими ранее немыслимыми катастрофами, как все более интенсивное таяние ледяных покровов и ледников, отравление дождевых и речных вод ядовитыми веществами, загрязнение питьевой воды фармацевтическими препаратами и трагическое сокращение и даже вымирание многих биологических видов. Вопреки всем силам – политическим, социальным и экономическим, корпоративным и гражданским, духовным и материальным – которые способствуют упадку наших экосистем, Церковь стремится культивировать поистине литургический и тáинственный путь к общению с Богом в Его творении и через него, – путь, непременно подразумевающий сострадание ко всем и заботу обо всем творении.

§74 Труд по преображению космоса требует значительных усилий, непрестанной борьбы с падшими аспектами человечества и мира. Чтобы за него взяться, требуется аскетический этос, способный переориентировать волю человека так, чтобы восстановить его связь со всем творением. Такой этос напоминает христианам, что творение, как божественный дар любящего Создателя, существует не просто для нашего потребления по собственной прихоти или желанию, но, скорее, как сфера общения и наслаждения; его благо является общим для всех людей и всех созданий, и его красоту мы призваны беречь и защищать. Среди прочего, это подразумевает усилия по прекращению расточительного и разрушительного использования природных ресурсов, работу по сохранению мира природы для нынешнего и будущих поколений, а также практику воздержания и мудрой умеренности во всем. Однако все это вряд ли возможно без глубокого воспитания благодарности. Без благодарения мы не становимся по–настоящему людьми. Это, по сути, и есть само основание евхаристического самопонимания Церкви и ее миссии в мире. Когда человечество находится в гармонии со всем творением, такое благодарение приходит легко и естественно. Когда гармония нарушается или заменяется раздором, как это часто бывает, благодарение, напротив, превращается в обязанность, иногда трудновыполнимую. Но только такое благодарение может по–настоящему исцелить разделение, отчуждающее человечество от остального сотворенного порядка. Когда люди учатся дорожить земными ресурсами в истинно евхаристическом духе, они уже не могут относиться к творению как к чему–то отдельному от них самих, как к всего лишь полезной вещи или собственности. Тогда они оказываются по–настоящему способны принести мир Его Создателю в искреннем благодарении – «Твоё от Твоих Тебе приносим о всех и за всё» (из анафоры Божественной литургии св. Иоанна Златоуста) – и в этом богослужебном действии восстанавливается все творение: все вновь обретает свое изначальное, задуманное Богом, предназначение и до некоторой степени вновь облекается в первозданную красоту.

§75 Церковь понимает, что этот мир, как творение Божие, есть священная тайна, глубина которой достигает предвечного совета его Создателя; и это само по себе исключает всякое высокомерное господство над ним со стороны людей. Действительно, эксплуатация мировых ресурсов всегда должна рассматриваться как проявление «первородного греха» Адама, а не как надлежащий способ получения чудесного дара Божия в творении. Такая эксплуатация есть проявление эгоизма и жадности, которые возникают вследствие отчуждения человечества от Бога и последующей утраты им правильных отношений с остальной природой. Поэтому, как мы неоднократно подчеркивали, каждый акт эксплуатации, загрязнения и злоупотребления Божиим творением должен быть признан греховным. Апостол Павел описывает творение как «совокупно стенающее и мучащееся доныне» (Рим. 8:22), «ибо тварь с надеждою ожидает» (Рим. 8:19), что она «освобождена будет от рабства тлению в свободу славы детей Божиих» (Рим. 8:21). Последствия греха и нашего отчуждения от Бога бывают не только личные и социальные, но также экологические и даже космические. Потому наш экологический кризис следует рассматривать не просто как этическую дилемму; это онтологическая и богословская проблема, требующая радикального изменения мышления, а также нового образа жизни. И это должно повлечь за собой изменение наших привычек не только как индивидуумов, но и как вида. Например, наше зачастую небрежное потребление природных ресурсов и произвольное использование ископаемого топлива приводят к все более катастрофическим процессам изменения климата и глобальному потеплению. Поэтому поиск альтернативных источников энергии и усилия по минимизации воздействия на планету в настоящее время являются необходимым выражением нашего призвания преображать мир.

§76 Никто из нас не существует в изоляции от всего человечества или от всего творения. Мы зависимые существа, всегда находящиеся в сопричастности, и, следовательно, несем моральную ответственность не только за себя или за тех, на кого оказываем непосредственное влияние, но и за весь сотворенный порядок – весь, так сказать, космический град. В наше время особенно важно понимать, что служение ближнему и сохранение природной среды глубоко и неразрывно связаны. Существует тесная и неразрывная связь между нашей заботой о творении и служением Телу Христову, а также между экологическими условиями на планете и экономическим положением бедных. Ученые утверждают, что от нынешнего экологического кризиса наибольший ущерб по–прежнему будут нести самые малоимущие. Это означает, что проблема изменения климата также является вопросом социального обеспечения и социальной справедливости. Поэтому Церковь призывает правительства всего мира способствовать развитию наук об окружающей среде с помощью образования и государственного субсидирования научных исследований, а также финансировать технологии, способные исправить пагубные последствия выбросов углерода, загрязнений и всех форм деградации окружающей среды.

§77 Кроме того, следует помнить, что люди являются частью сложной и тонкой сети творения и что их благополучие неотделимо от благополучия всего природного мира. Как утверждал св. Максим Исповедник, во Христе преодолены все аспекты отчуждения человечества от его собственной природы, включая его отчуждение от остального физического космоса; и Христос пришел также для того, чтобы возродить материальное творение в его изначальной природе как земной рай Божий60. Поэтому наше примирение с Богом непременно должно выражаться и в примирении с природой, в том числе и с животными. Неслучайно в повествовании о сотворении мира в Книге Бытия говорится, что творение животного мира и человечества происходило в один день (Быт. 1:24–31). Не следует также забывать, что, согласно повествованию о Великом потопе, завет Ноя с Богом включил животных в ковчеге и все их потомство, на вечные времена (Быт. 9:9–11). Уникальное величие человечества в этом мире, образ Божий в каждом человеке – это также особая ответственность и служение, священство на службе всему творению в его непреодолимом стремлении к славе Божией. Человечество разделяет землю со всеми остальными живыми существами, но только оно среди всех других обладает способностью и властью заботиться о ней (или, к сожалению, губить ее). Животные, наполняющие мир, свидетельствуют о щедрости Божией творческой любви, о ее многообразных и богатых проявлениях. Все звери в естественном мире окутаны Божией любовью; ни одна из малых птиц не забыта у Бога (Мф. 10:29) Более того, самой своей невинностью животные напоминают нам о рае, утраченном из–за человеческого греха, а их способность к страданию без вины – о космическом катаклизме, вызванном отчуждением человечества от Бога. Мы должны также помнить, что все обетования Священного Писания относительно грядущего века касаются не только духовной судьбы человечества, но и будущности искупленного космоса, в котором изобильно присутствует растительная и животная жизнь и который будет обновлен до состояния вселенской гармонии.

§78 В житиях святых есть множество историй о диких зверях, которые обычно ужасают людей или враждебно к ним относятся, но которые были привлечены добротой святых мужчин и женщин. В VII веке авва Исаак Ниневийский определил сердечное милосердие как «возгорение сердца у человека о всем творении, о человеках, о птицах, о животных… и о всякой твари»61. Это постоянный мотив в свидетельствах о святых. Св. Герасим исцелил раненого льва у реки Иордан; св. Губерт, сподобившийся видения Христа во время охоты на оленей, провозгласил этику охраны природы для охотников; св. Колумбан подружился с волками, медведями, птицами и кроликами; св. Сергий приручил дикого медведя; св. Серафим Саровский кормил диких животных; св. Мария Египетская вполне могла дружить со львом, который впоследствии охранял ее останки; св. Иннокентий исцелил раненого орла; св. Меланжель знаменита своей защитой диких кроликов и укрощением охотившихся на них хищников; в современный период св. Паисий жил в гармонии со змеями. И не только животные, но и растения должны быть объектами нашей любви. Св. Косма Этолийский проповедовал, что «люди станут бедными, ибо не будут иметь любви к деревьям и растениям»62, а св. Амфилохий Патмосский спрашивал: «Знаете ли вы, что Бог дал нам еще одну заповедь, которая не записана в в Священном Писании? Это заповедь любить деревья». Аскетический этос и евхаристический дух Православной Церкви полностью совпадают в этом великом тáинственном видении творения, в котором обнаруживаются следы присутствия Бога «вездесущего и всё наполняющего» (молитва Святому Духу) – даже в мире, который все еще томится в рабстве греха и смерти. Более того, такое видение связывает людей со всем творением и побуждает их радоваться благу и красоте всего мира. Эти этос и дух совокупно напоминают нам о том, что благодарность и удивление, надежда и радость – это единственно подобающая, в самом деле, по–настоящему творческая и плодотворная, позиция перед лицом экологического кризиса, с которым сейчас столкнулась планета, поскольку только они могут вселить в нас готовность и решимость неустанно, как и подобает, служить благу творения – из любви к нему и к его Создателю.