§32 Когда Предвечный Сын стал человеком, совлекшись Своей божественной славы и сменив «образ Божий» на «образ раба» (Флп. 2:6–7), Он тем самым отождествил Себя с самыми маргинальными, политически бесправными и социально незащищенными людьми Своего времени. Рожденный среди подвластного народа, не имевшего никаких законных прав перед своими имперскими колонизаторами, воспитанный в семье, принадлежавшей к низшему ремесленническому классу, Христос начал Свое служение во внутренних районах Галилеи и посвятил его в основном самым обездоленным и безнадежным соотечественникам. Тем самым Он принял на Себя миссию пророков Израиля и поистине глубочайшее нравственное дело всего Закона и Пророков. В начале Своего общественного служения Он как Свои собственные провозгласил слова пророка Исаии: «Дух Господень на Мне; ибо Он помазал Меня благовествовать нищим, и послал Меня исцелять сокрушенных сердцем, проповедовать пленным освобождение, слепым прозрение, отпустить измученных на свободу, проповедовать лето Господне благоприятное» (Лк. 4:18–19). Эта особая преданность обездоленным и отчаявшимся была отнюдь не просто случайным элементом Его миссии, обращенной к сынам и дочерям Израиля, но определяла саму ее суть. Для тех, кто наживался на эксплуатации слабых (Лк. 20:46–47) или был безразличен к тяжелому положению бедных (Лк. 6:24–25; 16:25), Его предостережения звучали весьма устрашающе, а осуждение было предельно бескомпромиссным. Более того, когда дело касалось нужд неимущих, Он неослабно требовал от Своих последователей доброжелательности и готовности жертвовать личной собственностью. Он велел ученикам отдаватьвсемпросящим у них все без остатка (Мф. 5:42) с такой бескорыстностью, чтобы одна рука не знала, что делает другая (Мф. 6:3), и запретил им удерживать что–либо из своих богатств в качестве земных сокровищ (Мф. 6:19–20). Он не только повелел богатому молодому человеку продать все свое имущество, а вырученные деньги отдать бедным (Мф. 19:16–30; Мк. 10:17–31; Лк. 18:18–30), но требовал того же от всех, кто желал следовать за Ним (Лк. 12:33), и не считал Своим учеником отказавшегося раздать все нуждающимся (Лк. 14:33). Он не оставил никаких сомнений в том, что должны делать надеющиеся войти в Царство Божие: «Приидите, благословенные Отца Моего, наследуйте Царство, уготованное вам от создания мира: ибо алкал Я, и вы дали Мне есть; жаждал, и вы напоили Меня; был странником, и вы приняли Меня; был наг, и вы одели Меня; был болен, и вы посетили Меня; в темнице был, и вы пришли ко Мне (Мф. 25:34–36). Более того, следуя призыву Отца, Он перенес крайнюю бездомность и отверженность: «Сын Человеческий не имеет, где приклонить голову» (Мф. 8:20; Лк. 9:58); «и, встав, выгнали Его вон из города и повели на вершину горы, на которой город их был построен, чтобы свергнуть Его» (Лк. 4:29). Он завершил Свое земное служение, будучи осужден чужой оккупационной властью, перед судом которой у Него не было никаких законных прав, и умер смертью ничтожного преступника, пройдя через самую мучительную и унизительную в то время смертную казнь.

§33 Учитывая все это, Церковь не может по–настоящему следовать за Христом или являть Его миру, если она не поставит эту безусловную заботу о бедных и обездоленных в центр своей нравственной, религиозной и духовной жизни. Стремление к социальной справедливости и гражданскому равенству – забота о бедных, приют для бездомных, защита слабых, гостеприимство по отношению к перемещенным лицам и помощь людям с инвалидностью – это не просто идеал, который Церковь рекомендует для успокоения совести, но необходимое средство спасения, незаменимый путь к единению с Богом во Христе; не справиться с этими обязанностями значит подпасть под божественное осуждение (Мф. 25:41–45). Поэтому первые христианские общины апостольской эпохи приняли образ жизни, радикально отличавшийся от культуры большинства, имея только совместное имущество и передавая личное достояние всей общине с целью удовлетворить нужды каждого члена Тела Христова (Деян. 2:44–45; 4:32–37). В то время у Церкви не было власти созидать гражданское общество по–новому; не могла она также – учитывая абсолютно неподатливую реальность имперского правления – предложить нечто наподобие абстрактной политической идеологии с целью исправить или смягчить несправедливость того времени. Тем не менее, христианам удавалось заботиться о бедных в своем окружении, особенно о вдовах и сиротах (наиболее уязвимых классах древнего мира), и создавать в своей среде общественное устройство, основанное на любви, в котором никто не был брошен на произвол судьбы. Более того, понимание жизни во Христе как радикальной солидарности перешло – к сожалению, не вполне, но в значительной степени – в эпоху, когда Церковь получила политические права. После обращения императора Константина никакие изменения в имперской политике не были более важными в качестве конкретного выражения социальных принципов Евангелия, чем широкое развитие церковной программы помощи бедным при значительной материальной поддержке со стороны государства.

§34 Более того, все величайшие Отцы Церкви четвертого и пятого веков красноречиво засвидетельствовали глубоко христианскую интуицию о том, что жизнь во Христе должна предполагать крайнюю враждебность по отношению к условиям, порождающим бедность, а также твердую приверженность филантропии и делам милосердия. Св. Василий Великий решительно выступал против имущественного неравенства в обществе своего времени и обличал богачей, воображавших, что они имеют право удерживать свое богатство от других просто на основании закона. Он настаивал на том, что все благословения – от Бога, и все блага творения – общее достояние человечества26. Всякий, кто эксплуатирует бедного ради собственной выгоды, навлекает на себя осуждение на вечные муки27. Кто не делится своими деньгами с голодным, виновен не просто в уклонении от общей ответственности, но в убийстве28. Св. Иоанн Златоуст говорил то же обо всех, кто приобретает богатство неправедным путем, подвергая бедных еще большему обнищанию29. По его словам, богач, который не делится своим богатством с нуждающимися, – вор30, поскольку все изобилие творения происходит от Бога и является общим достоянием всех людей по праву рождения31; все, чем владеет богач, было ему вверено для общего блага32и принадлежит всем остальным33. Св. Амвросий Медиоланский придерживался того же мнения34. Это была эпоха, когда у христианских богословов впервые появилась возможность – и обязанность – подумать о том, как претворить радикальную социальную солидарность и корпоративную благотворительность Апостольской Церкви в гражданские практики условно христианской культуры. Никто из них, по–видимому, не предполагал, что нравственная жизнь христиан может быть разделена на частную и общественную сферы, или что требования Евангелия к совести верующих не распространяются на все христианское общество. Все прекрасно понимали, что христианская культура должна бороться со структурным злом, которое обрекает столь многих на нищету, тогда как лишь некоторые становятся обладателями огромных богатств. Как утверждал св. Василий, люди по своей природе – социально–политические существа, которые должны делиться своими благами друг с другом, чтобы покончить с бедностью; поэтому он настаивал на том, что в христианском обществе необходимым направлением государственной политики должно быть учреждение казны, с помощью которой можно удовлетворить основные потребности всех людей и справедливо перераспределить изобилие творения35. Христиане не должны рассматривать такие меры как чрезвычайные или излишние. По мнению св. Амвросия, с христианской точки зрения такое перераспределение – не более чем справедливое возмещение долга, который богатые должны уплатить бедным за их непропорционально бóльшую долю в общем имуществе всего человечества36. Один из великих вызовов, который Православная Церковь сегодня не может обойти стороной, – это поиск в наши дни путей послушания библейским и святоотеческим учениям и традициям, касающимся общего блага, и этот вызов требует как рассудительности, так и терпения. Однако он также требует бескомпромиссной верности Личности Христа и примерам апостолов и святых. Это означает, что Церковь призвана обличать нынешние социальные условия, где это оправдано, выказывать похвалу там, где эти условия достойны одобрения, и поощрять перемены к лучшему везде, где это может принести плод. Прежде всего, Церковь должна не менее, чем Сам Христос, озаботиться положением бедных и беззащитных; и она должна быть готова заступаться за них, когда их голоса не могут быть услышаны.

§35 Среди наиболее распространенных пороков всех человеческих обществ – причем в современных развитых странах он часто достигает беспрецедентного уровня совершенства и утонченности – можно упомянуть крайнее неравенство в доходах, которое часто порождается или поддерживается регрессивной налоговой политикой и неадекватным регулированием справедливого уровня заработной платы; это неравенство отвечает интересам тех, кто богат настолько, что в состоянии влиять на законодательство с целью защитить свое богатство от требований общего блага. Хотя верно, что неразумное налогообложение частных учреждений, создающих рабочие места,можетпри определенных обстоятельствах привести к снижению уровня занятости и таким образом создать еще большие трудности для бедных, в промышленно развитых странах эту опасность редко (если вообще) принимают всерьез. Гораздо привычнее ситуация, когда богатейшие члены класса инвесторов защищены от налогового бремени, пропорционального выгодам, которые они получают благодаря своему положению в обществе, а корпорациям позволено заниматься практикой, создающей рынки для дешевой рабочей силы в ущерб благосостоянию работников. Это приводит как к увеличению нагрузки на доходы работающего среднего класса, так и, зачастую, к недостаточному государственному обеспечению бедных слоев населения. Наперекор подобным практикам Православная Церковь, безусловно, должна настаивать на том, чтобы основополагающими принципами в налоговой политике и ориентирами в оплате труда были справедливость и сострадание. Также Церковь должна настаивать на моральной ответственности богатых за то, чтобы они как можно более способствовали благополучию общества в целом, а правительства при этом требовали от богачей не прибегать к несправедливой правовой защите или к поиску других обходных путей. Утверждения Отцов Церкви о том, что изобилие творения по праву рождения принадлежит всем людям, созданным по образу Божию, и что поэтому самым состоятельным из нас доверено неукоснительно делиться своим имуществом с бедными, могут противоречить некоторым укоренившимся представлениям современного мира о частной собственности. Но эти утверждения являются важнейшей основой христианского взгляда на мир как на милостивый дар Божий и свидетельствуют об ответственности, которая, по мнению Церкви, возложена на всякое справедливое общество.

§36 Другим следствием законов, направленных главным образом на защиту материальных интересов богатых, несомненно, является то, что труд часто превращается в товар, а положение работников можно справедливо назвать «наемным рабством». Это касается в особенности промышленно развитых стран, в которых законодательство позволяет крупным работодателям без особого труда увеличивать прибыль за счет работников: путем утаивания льгот, необеспечения прожиточного минимума, управления рабочим временем таким образом, чтобы лишить работников причитающихся привилегий полной занятости, и, прежде всего, путем превращения дешевой рабочей силы в своего рода природный ресурс, подлежащий эксплуатации – особенно на тех рынках труда, где отсутствуют базовые гарантии защиты работников. Довольно часто бизнес–практики такого рода допускаются под прикрытием соглашений о свободной торговле, хотя их связь с более широкой экономикой международной свободной торговли в лучшем случае неочевидна. Часто глобальные корпорации могут сокращать свои расходы и увеличивать прибыль, когда переносят свою деятельность в те регионы мира, где рабочая сила стоит недорого именно потому, что работники находятся в отчаянном положении, а местные власти более заинтересованы в привлечении иностранных инвестиций, чем в обеспечении гуманной трудовой политике или хотя бы самых элементарных мер защиты работников. Это приводит к двойному эффекту: снижению заработной платы в развитых странах и усилению бедности в развивающихся. Кроме того, на периферии всех рынков труда существуют классы людей, которые лишены правовой защиты. Следовательно, они подвергаются эксплуатации, не имея возможности эффективно противостоять ей в законном порядке: это, например, работники без документов, которым приходится соглашаться на заработную плату намного ниже установленного законом минимума в обмен на самые тяжелые виды работ, или перемещенные и даже в буквальном смысле порабощенные женщины из развивающихся стран, которых принуждают к торговле сексуальными услугами и которые вынуждены переносить все злоупотребления, опасности и унижения такой жизни. Более того, негибкие иммиграционные законы и непроницаемые границы, несмотря на некоторые «популистские» заявления об обратном, зачастую только способствуют этим злодеяниям. Беспринципные работодатели очень заинтересованы в том, чтобы различные национальные рынки труда были максимально изолированы друг от друга, поскольку это имеет двойной эффект: с одной стороны, создается «теневая» рабочая сила из незарегистрированных работников, подлежащих эксплуатации в пределах национальных границ, с другой, сохраняются существующие депрессивные рынки труда, которые эксплуатируются за пределами этих границ. Существование свободного международного потока рабочей силы, а вместе с ним и обретение работниками рычагов для самоорганизации в глобальном масштабе, позволило бы работникам требовать соблюдения базовых стандартов занятости на всех рынках труда и сделало бы их эксплуатацию практически невозможной. Отсюда и нечестивый сговор между многими транснациональными корпорациями и государствами с целью пресечь свободный поток рабочей силы через границы, часто посредством самых драконовских мер.

§37 Вопреки всем подобным практикам, Православная Церковь будет настаивать на высоком достоинстве труда и незыблемой священности каждого человека, а также на том, что «трудящийся достоин награды своей» (1 Тим. 5:18). Она должна требовать, чтобы каждое общество, располагающее соответствующими средствами, защищало своих работников, как зарегистрированных, так и незарегистрированных, от злоупотреблений, унижений, пренебрежительного отношения и циничной эксплуатации. Более того, никто не должен трудиться беспрерывно: Церковь настаивает на том, что справедливая экономика или бизнес – это те, которые обеспечивают не только разумную производительность и достойную оплату труда работников, но и предоставляют им возможности полноценного отдыха от работы, а также физического и душевного восстановления вместе с семьями, друзьями и людьми из одного круга. Церковь должна требовать от правительств принимать законы, позволяющие работодателям создавать рабочие места, но не рассматривающие труд в качестве простого товара или производственных расходов без особого морального статуса. Любая развитая экономика, если она хочет быть справедливой, должна на уровне закона и традиции обеспечить такие условия, при которых предприятия, действующие в странах с надежными правовыми системами, функционирующими финансовыми институтами и соблюдающимися основными гражданскими свободами, были бы готовы в рамках общественного договора с этими странами придерживаться законов и практик, которые обеспечивают работникам гуманные условия труда и прожиточный минимум и которые запрещают соучастие этих предприятий в коррумпированных системах, поощряющих структурную бедность в других странах. Это включает принятие законов, гарантирующих, что даже при создании объектов в развивающихся странах эти предприятия в отношении рабочей силы будут придерживаться тех же стандартов, что и в развитых странах; а способность предприятий производить, выводить на рынок и продавать товары, или иным образом участвовать в мировом рынке, будет поставлена в зависимость от справедливой практики труда. Церковь также обязана призывать правительства к принятию законов, которые не запугивали бы незарегистрированных работников перспективой судебного преследования, если те будут добиваться от работодателей возмещения за злоупотребления по отношению к ним. В то же время Церковь должна поощрять корпорации гуманно инвестировать в депрессивные регионы мира, предоставляя возможности там, где их раньше не было, но при этом придерживаться стандартов, уважающих достоинство каждого человека, и вкладывая инвестиции в экономику развивающихся стран с целью улучшить условия жизни бедных слоев населения, а не нажиться на их нищете.

§38 Более всего, вместе со св. Василием, св. Амвросием и другими Отцами, Православная Церковь должна настаивать на обязанности общества обеспечить систему социальной безопасности, которая действительно защищала бы бедных и обездоленных от абсолютной нищеты, деградации, бездомности, страданий и отчаяния. Все призваны на пир, приготовленный Богом, и все пирующие должны «звать нищих, увечных, хромых, слепых» (Лк. 14:13). Этот призыв следует рассматривать не только как вопрос частной благотворительности, но и общественной справедливости. Это также означает, что Церковь не может хранить молчание, когда нормы, предусмотренные законом, не соответствует нуждам, которые этот закон призван удовлетворять, или когда они не могут обеспечить разумного подобия социального и гражданского равенства для своих бенефициаров. Церковь должна высказать особое порицание в отношении стран, тратящих чрезмерную долю государственного бюджета на предприятия, которые в основном приносят прибыль или выгоду только привилегированным лицам. Особенно вопиющими являются примеры пренебрежения социальными нуждами в странах, которые предпочитают отвлекать общественные средства от программ социального обеспечения, переводя их на крупные и ненужные задачи вооружения, единственной реальной целью которых является укрепление «военно–промышленного комплекса» и обогащение тех, чей бизнес состоит в непрерывном производстве все более изощренных и разрушительных средств убийства, ведения войны и террора в отношении гражданского населения. Государство, которое постоянно не в состоянии обеспечить для своих граждан, живущих в нищете, даже самый элементарный уровень общей системы здравоохранения, которое терпимо относится к необустроенности наиболее нуждающихся, но при этом ежегодно тратит непропорционально большую часть собственных доходов на военную экспансию, – занимается тем, против чего должна восстать соответственно осведомленная христианская совесть. И как бы политически некорректно это ни выглядело, Церковь должна быть готова осудить моральные нарушения в распределении общественных благ везде, где бы она их ни обнаружила.

§39 Кроме того, следует отметить – особенно учитывая, сколь сильно и настойчиво этот мотив звучит в учении Христа, – что нет материального механизма, определяющего разделение на богатых и бедных в любом обществе отчетливее, чем механизм непомерного долга. На протяжении всей истории человечества, пожалуй, самое существенное социальное разделение всегда проходило по линии между должниками и кредиторами. Использование процентов с целью закабаления нуждающихся рассматривалось как фундаментально безнравственное еще в Законе Моисеевом. Отсюда жесткие запреты Закона на все виды ростовщичества в обществе сынов и дочерей Израиля (Исх. 22:25; Лев. 25:36–37; Втор. 23:19–20) и отсюда же древнее еврейское осуждение фидуциарных интересов (Пс. 15:5; Иез. 18:17). По тем же причинам Закон заботился о том, чтобы ни израильтяне,ни их соседине были доведены до состояния полного обнищания (Исх. 12:49; 22:21–22; Лев. 19: 9–10; 23:22; 25:35–38; Втор. 15:1–11). Более того, Закон не только запрещал проценты по займам, но и предписывал, чтобы каждый седьмой год был субботним,шмитá, в течение которого следовало оставлять землю под паром и списывать взаимные долги между израильтянами; а затем Закон шел еще дальше, устанавливая субботний из субботних, Юбилейный, год, в котором должны были быть прощены все долги. Так на время устранялась разница между кредиторами и должниками и восстанавливался своего рода справедливое равновесие. Неослабное осуждение тех, кто эксплуатирует бедных или игнорирует их бедственное положение, являлось постоянной темой, проходящей через воззвания пророков Израиля (Ис. 3:13–15; 5:8; 10:1–2; Иер. 5:27–28; Ам. 4:1 и др.). Более того, неслучайно, что в Своих притчах и наставлениях Христос так часто обращал внимание на сокрушительное бремя долга, от которого страдали беднейшие слои населения Его эпохи. Современные христиане не должны допускать, чтобы чрезмерно одухотворенное прочтение Его слов заслоняло социальные проблемы, которых Он касался. Именно долг, беспощадно взыскиваемый с тех, кто стал жертвой непомерных процентных ставок, Христос называл «богатством неправедным» (Лк. 16:9), и именно этот долг иудейская и христианская традиции осуждают как ростовщичество. Когда Христос говорил о судах Своего времени (как в Лк. 12:58–59), Он имел в виду преимущественно правовой механизм, с помощью которого кредиторы под предлогом долгов, рассчитанных так, чтобы их невозможно было погасить, могли до нитки обобрать своих должников. Именно такие кредиторы осуждаются в Послании Иакова (Иак. 2:6). И в Молитве Господней – если учесть ее первоначальный контекст – мы почти наверняка просим Бога освободить нас от именно таких долгов, не ввести нас в такие искушения и спасти нас непосредственно от таких кредиторов («лукавого») (Мф. 6:9–13). Однако и по сей день едва ли существует какая–либо сфера государственной политики, даже в наиболее развитых странах, где злоупотребления кредитами и долгами контролировались бы рациональными и гуманными нормами. Бедные в большинстве обществ становятся жертвами беспринципных кредитных учреждений и, как правило, слабо защищены от кредиторов, которые пользуются их тяжелым положением, чтобы сделать их вечными должниками. Если Церковь реально намерена поощрять социальные практики, свидетельствующие о Божией любви, милосердии и справедливости, как они были явлены во Христе, она, безусловно, должна быть готова выступить против законов, которые не защищают уязвимых членов общества от недобросовестных и хищных кредиторов и не предоставляют тем, кто нуждается в облегчении своего трудного положения и удовлетворении своих потребностей, милосердных общественных альтернатив в противовес неуправляемым или недолжным образом контролируемым частным кредиторам. Кроме того, Церковь обязана напоминать, что механизмы задолженности вводят в нищету не только отдельных людей, но и целые страны, и что жестокая непреклонность стран–кредиторов по отношению к странам–должникам часто становится причиной огромных человеческих страданий, подрывая среди обездоленных народов всякую надежду на экономическое развитие и социальный прогресс. Христос учил Своих последователей прощать должников, и Его Церковь может лишь неустанно ходатайствовать о том, чтобы более богатые страны прощали международные задолженности.

§40 У Церкви есть особое призвание напоминать о том, что, за исключением неутоленного голода, нет более жестоких лишений, выпадающих на долю бедных во всем мире, чем отсутствие доступа к надлежащей медицинской помощи. К тому же, Христос принес благую весть не только обездоленным, но и хромым, слепым, людям с инвалидностью, больным и страждущим. Никакой другой знак не указывал на освобождающую любовь Бога к Своим творениям так ясно, как Его власть исцелять, которую Он бескорыстно употреблял по отношению к тем, кто искал избавления от телесных и духовных недугов. Христос действительно причислял посещение больных к необходимым условиям спасения (Мф. 25:31–46). Церковь, стремящаяся провозглашать ту же любовь ко всем народам и требовать от всякого общества такой же справедливости, какой Бог ждет от всех людей, должна настаивать на том, чтобы каждое правительство всеми силами и средствами, находящимися в его распоряжении, стремилось обеспечить всеобщее здравоохранение как можно более высокого качества для всех своих граждан. Абсолютныйминимум, который Церковь должна ожидать от стран с развитой экономикой, состоит в том, чтобы в рамках государственной политики и за государственный счет люди, не имеющие доступа к медицинской помощи, получили бы ее, и чтобы при этом нуждающиеся не были брошены на произвол страховых компаний, которые взыскивают огромные страховые взносы и предоставляют весьма скудные выгоды. Также важно, чтобы за преимущество жить и преуспевать в среде своих сограждан бедные не подвергались еще большему обнищанию. Эти обязательства не могут ограничиваться пределами государства. С христианской точки зрения, более богатые страны морально обязаны стремиться к улучшению медицинских условий для людей во всем мире, насколько это возможно. Зачастую это означает поиск способов обеспечить население доступными по цене лекарственными препаратами в тех странах, где граждане не в состоянии нести расходы по особо эффективному и современному лечению серьезных заболеваний. Нередко это включает и непосредственную помощь со стороны врачей и других медицинских работников. Однако, что бы это ни предполагало, Православная Церковь обязана призывать к непрестанным усилиям по исцелению всех народов во имя Христа, Целителя душ и тел, и сама участвовать в них.

§41 В любой стране малоимущие почти всегда первыми страдают от всевозможных общих неблагоприятных условий, природных или социальных, экономических или политических. И во многих случаях бедность – это результат расовой или классовой дискриминации, а не просто личного несчастья. Например, нынешний экологический кризис – антропогенное изменение климата, токсическое загрязнение водных источников и почв по всему миру, повсеместное разрушение всей экосистемы микропластиком и другими отходами, вырубка лесов, эрозия почв, стремительное уменьшение биологического разнообразия и т. д. – это катастрофа неизмеримого масштаба для всей планеты и всех видов земной жизни. Однако почти всегда самые тяжелые бремя экономически слаборазвитые области земли, где для защиты обездоленных от последствий промышленных выбросов и общего экологического опустошения правительства могут сделать – или предпочитают делать – крайне мало. Кроме того, именно бедные слои населения чаще всего оказываются в положении перемещенных лиц и терпят еще большую нищету из–за разрушения окружающей среды. И даже в развитых странах мира самые бедные граждане, как правило, чаще всего сталкиваются с плачевными последствиями ухудшения состояния окружающей среды и испытывают нехватку ресурсов для исправления своего положения. Пока будут существовать огромные различия в достатке между странами и между отдельными людьми, социально–политическая власть будет находиться в основном в руках богатых – и любая степень относительной невосприимчивости к последствиям человеческой глупости, коррупции или стихийных бедствий будет достигаться с помощью материальных средств. То же касается и лучших возможностей образования или профессионального роста, более качественного здравоохранения, правовой защиты, финансовых возможностей, доступа к институтам политической власти и так далее. Огромное экономическое неравенство неизбежно ведет к социальной несправедливости; более того, согласно учению Христа, оно есть мерзость в очах Божиих. Для того чтобы обслуживать это неравенство, в двадцатом веке появились целые школы экономики, утверждающие, что оно необходимо сопутствует любой функционирующей экономической системе. Однако все аргументы, приводимые этими школами, в лучшем случае тавтологичны и доказывают лишь то, насколько обедняется нравственное воображение человека, когда оно оказывается в рабстве у идеологии. Церковь, напротив, должна полагаться на заверения Христа о том, что ищущих Царства Божия и правды его Господь обеспечит всем необходимым. Оставаясь верной миссии пророков и Евангелию воплощенного Бога, она всегда должна быть, прежде всего, голосом, поднятым в защиту бедных, и возвышающимся, когда это необходимо, против богатых и сильных, а также против правительств, которые пренебрегают слабыми или злоупотребляют ими на службе интересам сильных. Помня о примере Церкви апостольской эпохи, она должна во всяком поколении спрашивать у каждого общества, нет ли у него эффективных средств – и, возможно, новых экономических моделей, – с помощью которых было бы возможно добиться более справедливого распределения материальных ресурсов и тем самым более радикальной приверженности совместному благу людей и планеты, которую они населяют. Согласно св. Марии Скобцовой, это поручение адресовано всем, кто стремится подняться с земли на небеса и радоваться вместе с ангелами, когда кому–то предлагают чашу воды во имя Господа: «К плоти брата своего у человека должно быть более внимательное отношение, чем к своей плоти. Христианская любовь учит нас давать брату не только дары духовные, но и дары материальные. Мы должны дать ему и нашу последнюю рубашку, и наш последний кусок хлеба. Тут одинаково оправданны и нужны как личное милосердие, так и самая широкая социальная работа. В этом смысле нет сомнения в призвании христианина к социальной работе. Он призван организовать лучшую жизнь трудящимся, обеспечить старых, строить больницы, заботиться о детях, бороться с эксплуатацией, несправедливостью, нуждой, беззаконием»37.