В конце 1950-х годов молодые советские режиссеры улавливают большую, мощную тенденцию, идущую от западного кинематографа: кино — это средство не только рассказывания историй, не только прокатного охвата широких зрительских масс, но еще и некая область индивидуальной художественной работы. Появляются картины, которые как бы отвечают интересам, запросам, планам советских киностудий: фильмы о войне, фильмы о революции, — но в них мы видим уже новый язык, новые приемы, которые дают ощущение неоднозначности. Перед нами не только сюжет фильма, но и авторский, режиссёрский комментарий. Возьмем эпизоды сновидений из «Иванова детства» Тарковского. В этих снах герой фильма вспоминает свое довоенное отрочество. В них какое-то абсолютно безмятежное счастье, с которым контрастирует война и его уже опаленное и ускоренное войной раннее взросление.

Оказывается, что молодые режиссеры не то чтобы свободно, но довольно решительно работают в этой новой системе кинематографической выразительности. Кроме того, появляется еще и интерес к более сложным моделям и схемам восприятия жизни, восприятия человека. Человек интересует авторов фильмов не только в героическом ключе, но и в повседневности. И это рождает еще одну интересную особенность оттепельного кино — серьезную игру в документальность. Например, картина Марлена Хуциева «Июльский дождь» начинается с очень длинной панорамы прохожих на московской улице, среди которых появляется главная героиня. Мы видим девушку, погруженную в поток жизни, московской уличной суеты. Конечно, у молодых и пытливых людей 1960-х неизбежно в умах возникают не только вопросы, но даже и ответы на главные, бытийные вопросы: Кто есть я? Где мое место? Что я собой представляю?

В 1960-е годы появляется интерес к истории, к фольклору, к национальным культурам, потому что официальная идеология культивирует момент многосоставной семьи народов, которой является Советский Союз. Народы разные, разные культуры, разные традиции. И это всё нужно уважать, чтить, изучать, проводить разные мероприятия, фестивали, смотры. Кроме этого — интерес к истории Руси, создание в 1965 году Общества охраны памятников русской истории. Логичным следствием стало заинтересованное внимание к православию.

Понимаете, с одной стороны, начало 1960-х — это хрущевские гонения. В этот период, с 1959 по 1964 год, выходит несколько очень сильных атеистических игровых картин, рассказывающих о том, как представители религиозных общин, староверы, баптисты, какие-то неопределенные протестанты, втягивают молодых людей в свои круги, не дают им быть полноценными молодыми людьми, которые хотят вкусить все радости жизни, трудиться на славу Родины. «Тучи над Борском», «Цветок на камне», «Чудотворная» — очень мрачные фильмы. С другой стороны, уже в середине 60-х идет обратный процесс: растет интерес к духовной традиции.