Само слово «сионизм» происходит от названия горы Сион в Иерусалиме. Ещё с библейских времен, когда случилось вавилонское пленение, Сион для еврейского народа стал символом утраченной Родины. С VI–VIII вв. до н.э., после шести крупных депортаций израильтян, большинство евреев всегда уже жило за пределами Святой Земли[157]. Но стремление вернуться туда практически никогда не оставляло евреев в изгнании. Также и с началом христианской эры. После иудейских войн I–II вв. и поражения восстания Бар–Кохбы, когда евреям было запрещено селиться в Иерусалиме, с Иерусалимом и Сионом, как с потерянным раем, стала связываться вера в прекращение страданий и Божью милость.

Попытки возвращения на Святую Землю предпринимались неоднократно.

Известный поэт Иуда Галеви (1075–1141 гг.), живший в Испании, — автор поэтического сборника «Поэмы Сиона», считал, что жизнь в Испании, какая бы она ни была, это рабство по сравнению с жизнью евреев в Палестине, куда он сам и отправился.[158]

С XII в. на фоне преследования евреев в христианских странах возникает течение возвращения на древнюю Родину[159].

В 1492 г. после того, как в Испании издан был указ всем некрещеным евреям покинуть Испанию, испанские переселенцы значительно увеличивают еврейскую общину в г. Цфат[160]. После испанских событий в народе усилились ожидания Мессии — избавителя от страданий.

В XVI в. еврейские общины укореняются в четырех городах: Иерусалиме, Хевроне, Цфате и Тверии[161].

1665–1676 гг. — возникает саббатианское движение. Шабтай Цви с тысячами своих последователей делает попытку закрепиться в Земле Обетованной. Попытка эта оказывается неудачной. Сам Шабтай Цви вынужден был принять ислам.

В 1700 г. во главе более тысячи своих последователей из различных стран Европы в Иерусалим пребывает рабби Иеhуда Хасид. Но между его последователями и арабами, из–за задолжавшей арабам ашкеназской общиной Иерусалима возникают трения. Арабы–заимодавцы сжигают в 1720 г. ашкеназскую синагогу и изгоняют евреев–ашкеназов из города. После этих событий пребывающие из Европы долгое время в Иерусалиме не селились[162].

Начала меняться география пребывания евреев. Если в 1815 г. большая часть европейского еврейства проживает в городках («местечках») и в сельской местности, то через сто лет большинство евреев проживает уже в крупнейших городах Европы и Америки[163]. Происходит процесс эмансипации, которая часто служит причиной новых трений и новых конфликтов. Как следствие, усиливается антисемитизм. Поначалу сионизм возникает как освобождение от антисемитизма народа Израиля, а не освобождение страны Израиля.

На рубеже XVIII — XIX вв. геополитическая ситуация складывается таким образом, что можно по праву сказать о наступлении в истории еврейства новой вехи. В это время еврейское население Северной Америки быстро увеличивается. В отличие от европейского еврейства американские евреи, не отказываясь от своей религии, активно включились в процесс интеграции. Это означало конец еврейского дуализма, когда еврейство состояло из двух частей: Эрец Израэль и диаспора. Теперь присутствие евреев в мире становилось трояким: Израиль (аутентичное еврейство), диаспора (гонимое еврейство) и американское еврейство, которое, «радикальным образом отличаясь от иной части диаспоры, оказалось в итоге Третьей силой, сделавшей возможным создание сионистского государства»[164](владычествующее еврейство).

Более того, и Британия была готова теперь не только приветствовать и принимать евреев, но и оказывать им содействие за рубежом. Лорд Пальмерстон очень активно выступал на стороне евреев как из общеполитических соображений, так и в силу того, что его отчим, лорд Шафтсбери, твердо верил, что возвращение евреев в Святую Землю ускорит Второе пришествие Христа. Между 1827 и 1839 гг. в основном благодаря усилиям англичан население Иерусалима выросло с 550 до 5500 человек, а по всей Палестине достигло 10000 человек[165].

В 1845 г. издается книга «Минхат–Иеhуда» («Дар Иудеи»). В ней рабби Иеhуда Хай Алкалаи предпринимает попытку придать земной, реальный характер видению Избавления. Алкалаи, опираясь на религиозную литературу, утверждал, что возвращение на Землю Обетованную произойдет не внезапно, но постепенно и ему будут предшествовать подготовительные процессы[166].

Планы создания еврейского государства были изложены в книге рава Цви–Гирша Калишера «Требование Сиона» (1862 г.) и в книге Мозеса Гесса «Рим и Иерусалим» (1862 г.). Гесс в числе первых осознал, что в период эмансипации и секуляризации происходит переход от прежних христианских антиеврейских настроений к новому национальному расистскому юдофобству. Генрих Грец в своем труде «История евреев от древнейших времен до настоящего» (11 томов этой работы выходили в свет с 1853 по 1876 гг.) писал: «Тора, народ Израиля и Святая Земля переплетены друг с другом невидимой, но неразрывной связью»[167].

В 1875 г. английская писательница Джорж Элиот в известном журнале «Блэквудз» стала печатать роман «Даниэль Деронда». Роман был пропитан вдохновенными сионистскими ожиданиями и пользовался огромным успехом во всем мире. Как пишет историк Пол Джонсон, это был «ещё один важный фрагмент сионистской разрезной головоломки, уложенной на место»[168].

В 1880 г. в Палестине насчитывалось 24 тыс. евреев. Важным источником доходов были пожертвования от общин диаспоры[169].

В 1881 г. в России идут погромы. Многие евреи вынуждены спасаться. Большая часть евреев уезжает в Америку, но некоторые едут и в Палестину. Возникает первая палестинофильская волна иммиграции — первая алия.

В 1896 г. Теодор Герцль, который считается основателем политического сионизма, опубликовал свою книгу «Еврейское государство»[170]. В ней он изложил свое видение будущего еврейского государства. Идея книги была простой: «Мы — народ, один народ. Повсюду мы честно пытались интегрироваться в окружающее нас национальное сообщество, сохранив лишь нашу веру. Нам не позволили… Тщетно пытались мы прославить наши отечества своими достижениями в искусстве и науке и укрепить их экономически своим коммерческим вкладом… Нас считают иностранцами… Если бы только нас оставили в покое… Но, думаю, что не оставят»[171]. Вскоре Герцль уже руководил первым Всемирным еврейским конгрессом в Базеле, где была основана Всемирная Сионистская Организация. Характерно, что Герцлю пришлось финансировать конгресс из собственного кармана. Основное историческое значение деятельности Герцля заключается не в оригинальности его идей и даже не в его организационных талантах, а прежде всего в том, что он «сионистское движение из побочной темы захолустной жизни евреев превратил в явление, заинтересовавшее широкие круги во всем мире»[172].

При этом к концу XIX в. внутри еврейства у сионизма были и влиятельные противники. Религиозных евреев того времени в Центральной и Восточной Европе можно было разделить на три основных течения. Первое — хасидская традиция Бааль–Шем–Това, вторая — традиция мусара, или морализма, основанная на писаниях ортодоксальных мудрецов из Литвы, в которую вдохнул новую жизнь Израиль Салантер, её распространяли иешивы. И было также течение Самсона Гирша «Тора с цивилизацией», которое нападало на секуляризацию методом «поднятия эпохи до уровня Торы, а не низводящей Тору на уровень эпохи». Последователи Гирша обосновывали, что светское образование можно обрести, не теряя веры. Все эти три течения были сильно настроены против сионизма, и в особенности против его усиливающихся попыток говорить от имени всех евреев[173].

Вторая алия (1904 — 1914 гг.) началась после кишиневского погрома.

После второй алии еврейское население в Палестине составляет примерно 40 тыс. человек. В основном, это ортодоксальные евреи и социалисты.

Перемещение евреев, вызванное угнетением в России, создало напряженную ситуацию, которая породила в 1917 г. Декларацию Бальфура и мандат Лиги Наций для её осуществления[174]. Декларация гласила: «Правительство Его Величества относится благосклонно к восстановлению национального очага для еврейского народа в Палестине и приложит все усилия к облегчению достижения этой цели. Вполне понятно, что не должно быть предпринято ничего, что может повредить интересам, как гражданским, так и религиозным, нееврейских общин в Палестине или правам и политическому статусу евреев в какой–либо другой стране»[175].

Важно отметить, что вплоть до конца XIX в. абсолютно никто не пользовался ивритом как основным языком. Иврит играл роль разговорного языка лишь до позднебиблейских времен. Нашелся человек, который сделал возможным восстановление иврита как разговорного языка. Это Элиезер бен–Иеhуда. Когда он и его жена прибыли в Яффу, он настоял на том, чтобы в дальнейшем они внутри семьи общались только на иврите. Заставив себя заговорить на иврите, люди почувствовали, что этот язык вполне отвечает потребностям повседневной жизни и к тому же способен развиваться. Со временем на иврите заговорила армия и университет. Иврит распространяется в качестве основного разговорного языка во всем обществе[176].

В 1919 — 1923 гг. в Палестину пребывают ещё около 40 тыс. евреев (третья алия). Происходят арабские протесты против еврейской иммиграции. В то время страну населяли, в основном, арабы–мусульмане. Но Иерусалим был преимущественно еврейским.

Надо сказать, что и американское еврейство к этому времени многократно возросло и составило 4,5 миллиона (при общем населении США 115 миллионов)[177]. Однако в 1924 г. вступили в силу ограничения на въезд в США иммигрантов из России и Восточной Европы[178].

В 20–е годы крупной политической фигурой в Израиле стал Давид Бен–Гурион. Для него самое большое значение имела политическая и экономическая природа сионистского общества. Ещё один активный сионистский деятель Владимир Жаботинский старался, привлекая большое число сторонников в Восточной Европе, способствовать тому, чтобы максимальное число евреев в кратчайшее время переселились в Землю Обетованную[179].

В России в апреле 1920 г. Всероссийский сионистский конгресс был разогнан, причем во главе отряда чекистов была девушка–еврейка[180]. Многие тысячи российских сионистов оказались в лагерях.

В 1924–1929 гг. в Палестину прибыло ещё 82 тыс. евреев (четвертая алия) — следствие всплеска антисемитизма в Польше и Венгрии. Арабов в то время в Палестине насчитывалось около 500 тыс. человек[181].

Раввин Авраам–Ицхак Кук, утверждающий, что новый «национальный дух Израиля» можно использовать, чтобы призвать евреев соблюдать и проповедовать Тору, становится главным раввином Иерусалима, но, тем не менее, «большинство религиозных евреев в Израиле слушают о сионистской интерпретации Торы с ужасом»[182].

Нацистская идеология в 1930–ых гг. и разгром нацистами еврейского бизнеса (1933–1939 гг.) привели к пятой алие (около 250 тыс. человек). Такая массовая иммиграция спровоцировала арабское восстание (1936 — 1939 гг.) и издание Британией в 1939 г. «Белой книги», которая фактически сводила на нет дальнейшую иммиграцию евреев в Палестину[183].

Арабское сопротивление поставило евреев перед дилеммой, какую линию поведения избрать. Идеалисты (среди которых был, например, Альберт Эйнштейн) предлагали достигнуть разумного соглашения с арабами[184].

Во время Второй мировой войны, сопровождавшейся массовым геноцидом евреев, страны мира отказывались принимать евреев, спасавшихся от Холокоста, что вместе с запретом Великобритании означало смерть для миллионов. Но немногим евреям всё–таки удавалось попасть в Палестину — для обхода запрета на иммиграцию была создана подпольная организация «Моссад ле–Алия Бет», помогавшая евреям нелегально добраться до Святой Земли.

Грандиозные масштабы Холокоста (подсчитано, что в общей сложности нацисты убили примерно 5933900 евреев[185]) привели к тому, что международное сообщество стало качественно менять свое отношение к насилию, совершенному в отношении евреев.

Пол Джонсон в связи с этим говорит: «Первая мировая война сделала сионистское государство возможным, Вторая мировая сделала его жизненно необходимым»[186]. Большинство евреев убедилось, что такое государство обязательно следует создать и укрепить.

После 1945 г. многие еврейские мыслители такие, как Ханна Аренд, Альберт Эйнштейн, Мартин Бубер поддержали идею переселения евреев в Палестину. При этом они считали, что только либеральное, плюралистическое государство, а не этнократия сможет обеспечить нормальные условия жизни евреям на Святой Земле[187].

В послевоенное время, в 1947 г., британское правительство под давлением групп еврейских активистов (одну из которых возглавлял Менахем Бегин, отважившийся даже на теракт (более 90 человек погибших)) заявило о желании отказаться от мандата на Палестину из–за невозможности найти приемлемое решение для евреев и арабов. Организация Объединенных Наций приняла план раздела Палестины, согласно которому Иерусалим должен был стать международным городом под управлением ООН. Еврейский «Ишув» принял этот план, но Лига арабских государств и Высший арабский совет отвергли его.

14 мая 1948 г. была провозглашена независимость государства Израиль. Был принят Закон о возвращении, который предусматривает право любого еврея, а также потомков до второго поколения приехать в государство Израиль и получить гражданство страны. Американский президент Трумен и правительство СССР почти сразу признали существование нового государства, а чехословацкое правительство (по указаниям Сталина) начало продавать новому государству оружие[188]. Однако вскоре в советской внутренней политике начался антисемитский этап, а в США послевоенный идеализм сменился увеличивающимся влиянием Пентагона и Госдепартамента. Как отмечает Пол Джонсон, «точная синхронизация того, что происходило в Палестине, с процессами в мире явилась жизненно важной для рождения Израиля и того, что он уцелел». Израиль «умудрился проскользнуть в узкую историческую щель, открывшуюся на несколько месяцев в 1947–1948 гг. Это была такая удача! Или провидение?»[189]

В апреле 1947 г. по приказу Бен–Гуриона военизированные отряды Хаганы начали наступление, чтобы соединить разрозненные еврейские анклавы. Евреи захватили Хайфу, Цват, Яффу и Акру, открыли путь в Тивериаду и Восточную Галилею[190].

В ходе войны за независимость Израиля (1947–1949 гг.) из Израиля бежали около 711000 арабов, в то же время свыше 800 тыс. евреев в этот период были изгнаны из арабских стран[191].

С 1948 по 1958 гг. население Израиля возросло с 800 тыс. до 2 млн. человек. Большинство иммигрантов были беженцами и практически не имели при себе имущества. Сначала прибывали евреи, пережившие Катастрофу, содержавшиеся в лагерях для перемещенных лиц в Европе и на Кипре, а затем — иммигранты из Балканских стран и стран Ближнего Востока и Северной Африки. Вновь прибывающих размещали часто в палаточных городках и барачных поселках.

При этом в некоторых вопросах конституционного характера Израиль занимал идиллическую позицию, считая своей непременной обязанностью принять в качестве иммигранта любого еврея. Закон о возвращении 1950 г. определяет еврея как «человека, который рожден от матери–еврейки или был обращен в иудаизм и не является адептом иной религии»[192]. Однако на практике вопрос, кто же является евреем, не так прост. Например, галахический закон говорит, что даже обращенный еврей остается евреем. Показательна в этой связи коллизия с Освальдом Руфайзеном[193]. Освальд Руфайзен крестился и стал кармелитским монахом. Он обратился в соответствии с Законом о возвращении за разрешением на въезд. Дело дошло до Верховного Суда. Судья Зильберг постановил, что Закон о возвращении является светским актом, в предоставлении гражданства Руфайзену было отказано[194](однако после он получил израильское гражданство путем натурализации[195]).

Бен–Гурион был премьер–министром с 1948 по 1963 г. за исключением краткого периода 1953 — 1955 гг. Надеждой Бен–Гуриона было превратить Израиль из европейской колонии во вполне самобытное государство. В конце своей жизни в 1969 г. он сказал: «Пока это ещё изгнанный народ, который в пустыне мечтает о довольстве и благополучии. Его нельзя считать нацией, пока не заселены Негев и Галилея, пока миллионы евреев не съедутся в Израиль и не установятся моральные стандарты, необходимые для соблюдения этических принципов в политике и высоких ценностей сионизма. Это — народ, все ещё прикованный к своему прошлому в изгнании, спасенный, но пока не состоявшийся»[196].

Бен–Гуриону пытался противостоять более радикальный Бегин, но тому не хватало поддержки. При Бегине партия Ликуд, главой которой он был, проиграла восемь выборов подряд. Премьер–министры: Леви Эшколь (1963 — 1969), Голда Меир (1969 — 1974) и Ицхак Рабин (1974 — 1977) — все были лейбористами.

В ООН росло арабское влияние. В 1975 г. Генеральная Ассамблея приняла резолюцию, приравнивающую сионизм к расизму. Лидеру главной арабской террористической группы Организации освобождения Палестины ООН и многие другие государства присвоили статус главы правительства[197].

В мае 1977 г. лейбористы, наконец, утратили монополию на власть. Эти и последующие выборы 1981 г. Ликуд выиграл, сформировав коалиционное правительство. Постепенно в Израиле установилась двухпартийная система, однопартийной опасности удалось избежать.

Однако оставалось глубокое противоречие между светским характером еврейского государства и религиозностью иудаизма как такового. Как только евреи становились свободными, без давления со стороны чужого окружения, это противоречие немедленно вырывалось на поверхность в виде открытого конфликта. Политическими активистами Новый Сион был задуман в ответ на антисемитизм XIX в. и рожден сразу после Холокоста. Он не был рассчитан на еврейскую теократию, а был политическим и военным инструментом выживания евреев. Большинство религиозных евреев традиционного хасидско–талмудического толка относились к сионизму с подозрением, видя в государстве ассоциации с далеким временем пророка Самуила, когда, отказавшись от прямого водительства Божия, израильтяне обратились к монархии. В итоге представители государства и религиозная часть Израиля вынуждены искать компромиссы, чтобы было возможным совместное проживание. В частности, восторжествовал религиозный подход к шаббату, вопросам питания и брака, но в школах объявлялась полная религиозная свобода.

Процесс массового заселения страны продолжился. В 1970 г. население составляло 3 млн. человек (из них 2582 тыс. евреев), в 1980 г. 3921 тыс. (3282 тыс.), в 1990 г. 4821 тыс. (3946 тыс.), в 2003 г. 6716 тыс. (5143 тыс.). Еврейское население в государстве Израиль в 2003 г. составляло 77%[198].

Серьезную поддержку современное государство Израиль находит в американской части еврейства. Еврейская община в США добилась совершенно уникального положения в диаспоре, причем не просто своим размером (около 6 млн. человек), но и возможностью влиять на принятие политических и экономических решений во всем мире.

Как бы кто не относился к сионистскому движению, но сейчас с уверенностью можно сказать, что в настоящее время именно государство Израиль является коллективным публичным нормативным центром мирового еврейства. Тогда как в эпоху до эмансипации такой центр составляли синагога и община. Возникновение еврейского государства превратилось в новый символ вечности Израиля. Теперь у него есть все основания претендовать на авангард мирового еврейства.