Речь чужая. Мы в гондолу

сели, в черную. И вот

над водою, будто долу,

город мраморный плывет.

Тишь. Рыбацких разговоров

рокот да весло звенит.

Из каналов и соборов

нас чужая ночь манит.

Черный след бежит все тише,

звон к вечерне веет с вод.

Верь: я — кесарь опочивший,

ждет меня надгробный свод.

Церквушка со ржавым фронтоном

совсем занеслась в облаках,

а к ней кипарисы с поклоном,

как иноки в серых шлыках.

В алтарной пыли святые

томятся за поставцом.

В глазницы окон пустые

заря их дарит венцом.