Устало дышит паровоз,

Под крышей белый пар клубится,

И в лёгкий утренний мороз

Торопятся мужские лица.

От городов, где тихо спят

Соборы, площади и люди,

Где тёмный каменный наряд

Веками был, веками будет,

Где зелена струя реки,

Где всё в зеленоватом свете,

Где забрали́сь на чердаки

Моей России дикой дети, —

Опять я отрываюсь в даль;

Моя душа опять нищает;

И только одного мне жаль, —

Что сердце мира не вмещает.

<осень 1931>