Дом на улице Лурмель[2]




Наконец то. Дверь скорей на ключ.

Как запущено хозяйство в доме.

В пыльных окнах еле бьётся луч.

Мыши где то возятся в соломе.




Вымету я сор из всех углов.

Добела отмою стол мочалой.

Соберу остатки дум и слов

И сожгу, чтоб пламя затрещало.




Будет дом, а не какой то склеп,

Будет кров — не душная берлога.

На тарелке я нарежу хлеб,

В чаше растворю вина немного.




Сяду, лоб руками подперев…

(Вот заря за окнами погасла)…

Помню повесть про немудрых дев,

Как не стало в их лампадах масла.




Мутный день, потом закат, закат.

Ночь потом, — и тишина бормочет.

Холодом рассветным воздух сжат.

Тело сну противиться не хочет.




Только б не сковал мне волю сон…

Па́хнет пол прохладной тишиною.

Еле ви́дны рамы у окон,

Всё налито гулкой чернотою.




Дух, боренье в этот час усиль.

Тише. Стук. Кричит пред утром пе́тель.

Маслом сыт в лампаде мой фитиль.

Гость вошёл. За ним широкий ветер.



<до 1938>