Дом на улице Лурмель[2]
Наконец то. Дверь скорей на ключ.
Как запущено хозяйство в доме.
В пыльных окнах еле бьётся луч.
Мыши где то возятся в соломе.
Вымету я сор из всех углов.
Добела отмою стол мочалой.
Соберу остатки дум и слов
И сожгу, чтоб пламя затрещало.
Будет дом, а не какой то склеп,
Будет кров — не душная берлога.
На тарелке я нарежу хлеб,
В чаше растворю вина немного.
Сяду, лоб руками подперев…
(Вот заря за окнами погасла)…
Помню повесть про немудрых дев,
Как не стало в их лампадах масла.
Мутный день, потом закат, закат.
Ночь потом, — и тишина бормочет.
Холодом рассветным воздух сжат.
Тело сну противиться не хочет.
Только б не сковал мне волю сон…
Па́хнет пол прохладной тишиною.
Еле ви́дны рамы у окон,
Всё налито гулкой чернотою.
Дух, боренье в этот час усиль.
Тише. Стук. Кричит пред утром пе́тель.
Маслом сыт в лампаде мой фитиль.
Гость вошёл. За ним широкий ветер.
<до 1938>

