Он был старик давно больной и хилый;

Дивились все — как долго мог он жить…

Но почему же с этою могилой

Меня не может время помирить?

Не скрыл он в землю дар безумных песен;

Он всё сказал, что дух ему велел, —

Что ж для меня не стал он бестелесен

И взор его в душе не побледнел?..

Здесь тайна есть…Мне слышатся призывы

И скорбный стон с дрожащею мольбой…

Непримиренное вздыхает сиротливо,

И одинокое горюет над собой.

16 января 1897