1857. А. С. СУВОРИНУ

4 января 1897 г. Мелихово.

4 янв.

Поздравляю Вас с Новым годом, с новым счастьем и желаю здоровья, покоя и тьму-тьмущую денег. Поздравляю и с новыми газетами*. Мне прислали первый № «Руси»*. Да, бездарно и снаружи и внутри. Ни ума, ни нерва, а лишь одна благонамеренность чиновника-молокососа, авторитетно изрекающего пошлости и дрянности («потребности правительства»). Гайдебуров звал меня к себе в газету*, но я ответил уклончиво, ссылаясь на недосуг и на отсутствие публицистической жилки, – и откуда он взял, что я хочу попробовать себя в новом роде, ведомо одному Аллаху.

Ваше письмо от 1-го янв<аря> пришло лишь вечером 3-го, и когда я распечатывал его и читал, то мне казалось, что его читали. Получил от Ахмылова расчет*. Торговали моими книгами так же добропорядочно, как и в 1895 г., но в итоге минус 400: в минувшем году пришлось больше заплатить в типографию и взять в феврале аванс. Ссуда в 1500 осталась in status*.[18]

Я не забыл о том, что обещал Анне Ивановне посвятить «Чайку»*, но воздержался от посвящения умышленно. С этой пьесой у меня связано одно из неприятнейших воспоминаний*, она отвратительна мне, и посвящение ее не вяжется ни с чем и представляется мне просто бестактным.

О «Хирургии» до сих пор ни слуху ни духу*.

Продолжительный обморок – это нехороший симптом, и если бы я встречал у Вас Новый год, то дал бы Софье Ивановне*совет сидеть по вечерам дома, не бывать в театре, не ужинать и рано ложиться спать. Фенацетин тут ни при чем. Сытин, известный Вам книгоиздатель, тоже близок к продолжительному обмороку. Он купил имение у кн. Свияжского за 49 тыс. и уже мается. Его так запугали, застыдили и забранили, что он нервничает, не спит и уже продает свою покупку. Вчера он приезжал ко мне*, и я отговаривал его и убеждал не слушать советчиков.

Ваше письмо о Грингмуте превосходно*и имело в наших палестинах громадный успех. Вообще конец 96 года был счастливой полосой в истории маленьких писем. Я без меры люблю, когда Вы бываете либеральны, т. е. пишете то, что хотите*. Письмо насчет студенческих беспорядков тоже очень хорошо*.

Когда Вы приедете в Москву? У меня весь январь перепись, среди счетчиков я буду на манер ротного командира*. Дня по два, по три я буду урывать и уезжать в Москву*.

Низко кланяюсь Анне Ивановне, Насте, Боре и поздравляю с Новым годом.

Ваш А. Чехов.