Заметных улучшений в состоянии ноги Даника не было. Несколько раз для осмотра приезжал врач, но вид у него оставался угрюмым и загадочным.

Когда же в полях зацвели нарциссы и фермеры заговорили о том, что пора перегонять коров в горы, Даника положили в больницу и сняли гипс. Только тогда врач сообщил его отцу страшную новость, которую не решился сказать в самом начале: Даник не сможет ходить нормально. Поврежденная нога была заметно короче здоровой. В подавленном настроении господин Бурни вернулся домой. Он пошел к плотнику и заказал пару маленьких костылей. Затем отправился к сапожнику с ботинками Даника и попросил сделать подошву одного ботинка на три сантиметра толще другой. Обоих потрясло это известие, и они постарались скрасить горе бедного мальчика. Плотник, чтобы хоть как-то развеселить его, вырезал на костылях медвежьи головы, а сапожник вернул ботинки, наполненные шоколадными конфетами. Их старания увенчались успехом: Даник смотрел на костыли как на новую игрушку, ему страшно хотелось их испробовать.

День или два он прыгал вокруг дома, как кузнечик. Но потом услышал, что скоро отец погонит коров на пастбище, высоко в горы. При этом известии Даник сел и заплакал. До его сознания вдруг дошло, что даже на своих «медвежьих» костылях он больше не сможет отправиться в горы вместе с отцом. Даник редко жаловался и плакал, но если уж плакал, то от души.

Анита, отец и бабушка бросились успокаивать его, обнимая и целуя. Кошка, не любившая шума, выгнула спину и зашипела. Когда все наконец поняли причину горя Даника, каждый по-своему начал утешать его и высказывать разные предложения. В конце концов решили, что на маленькой тележке мальчика доставят на базарную площадь, чтобы он смог увидеть сбор коров. Затем на ослиной упряжке он поедет за стадом в горы, проведет там ночь и вернется домой на следующий день. Анита отправится вместе с ним, а бабушка и кошка останутся сторожить дом.

И вот заветный день наступил. Даник проснулся рано, предвкушая чудесные события. Представив все в подробностях, он даже попытался запеть псалом, но плохо помнил слова. Тогда он схватил котенка, затащил к себе под одеяло и начал рассказывать ему о том, что их сегодня ожидает. Но Белоснежку это не интересовало. Она вырвалась из объятий Даника и убежала во двор.

Час спустя Даник лежал в тележке, которую Анита катила вниз, в деревню. Вернее, она изо всех сил сдерживала ее - дорога круто спускалась вниз. Поля с обеих сторон представляли собой сплошной благоухающий ковер из разных цветов. Кое-где выделялись ярко-желтые пятна купальниц. Запах цветов был настолько сильным, что Даник чуть не заснул еще прежде, чем они подъехали к первым домам.

Уже при въезде в деревню они услышали мычание коров, крики мужчин, смех и визг детей. Когда Анита и Даник добрались до базарной площади, перед ними открылась картина полной неразберихи. Вся площадь была заполнена коровами и телятами. На шее каждого животного висел колокольчик. Коровы трясли головами, и по всей округе разносился звон множества колокольчиков. Прямо у входа в магазин мужчины столпились около упрямого быка, пытаясь криками отогнать его: быку хотелось просунуть свои рога в витрину. Между коровами носились дети. День этот был большим праздником для них - ведь в школе даже отменили занятия.

В Швейцарии коров на все лето выгоняют в горы, а в долинах для них заготавливают сено на зиму. Мужчины уходят вместе со стадами и живут там, а женщины и дети остаются дома. В день, когда перегоняют коров, все стадо собирают в центре деревни. Детям разрешается сопровождать своих коров и провести в горах ночь.

Приезд Даника произвел настоящий фурор. Не считая путешествия в больницу, это было его первое появление в деревне после несчастного случая. Детям непременно нужно было повозить его тележку - и удивительно, как еще они не опрокинули мальчика на каменную мостовую. Женщинам хотелось приласкать бедного малыша. Самого же Даника интересовали исключительно коровы, только вот стоявшие вокруг люди мешали ему наблюдать за ними. Он даже выставил вперед руки, пытаясь растолкать толпу.

Время шло, и вскоре процессия должна была тронуться в путь. Фермеры вывели из стада ведущих коров. У каждого семейства были свои ведущие - колокольчик у них на шее был самым большим. Другие животные, с колокольчиками поменьше, следовали за ними. Господин Бурни вывел свою ведущую корову, за ней последовали остальные. Ведущей у Бурни была большая корова Буренушка, желтовато-коричневая с белыми пятнами. За ней шел теленок с розовым носом и еще не окрепшими ногами. Теленка звали Наполеоном.

Господин Бурни подошел к коляске Даника.

- Упряжка готова, - сказал он Аните. - Она стоит за углом, у сапожника. Посади Даника на нее, а деревянную тележку оставь на углу у школы. Нам уже нужно трогаться. Я пойду вперед, а вы с Даником догоните меня.

Он двинулся вперед. Вереница детей бежала за ним. Дети очень любили господина Бурни. Анита на упряжке вскоре присоединилась к шествию. Сидя впереди, она держала вожжи и щелкала языком, а позади нее Даник поглаживал свои костыли (он с гордостью продемонстрировал их друзьям) и кричал во весь голос бежавшей за ним толпе ребятишек. Эту поездку в горы Даник запомнил навсегда.

Стояло свежее бодрящее утро. Небо было ясное и синее, дул легкий ветерок. Они миновали поля и вошли в лес, нарушив его тишину звоном множества колокольчиков. Коровы брели по лесной тропинке, усыпанной сосновыми иглами. Вскоре теленок начал отставать от стада. Даник перегнулся через край телеги и, схватив теленка за ошейник, потянул его вперед. Отец оглянулся и улыбнулся.

- Этот малыш уже устал, - заметил он, - мы лучше его посадим к тебе в телегу.

Он поднял шатающегося теленка на телегу, а Даник обнял его за шею своими ручонками и, абсолютно счастливый, затих.

Это был очень красивый теленок с кроткими глазами и несколькими кудряшками на лбу. Так они и сидели вместе всю дорогу, глядя на лес и вдыхая ароматы цветов, сосен и елей.

Спустя некоторое время процессия свернула с лесной тропинки и вышла на опушку. Отсюда уже виднелось их летнее жилище. К маленькому деревянному коровнику была пристроена жилая комната. Всюду росли нарциссы. Само место словно располагало к тому, чтобы поселиться здесь. Рядом с коровником стояло большое деревянное корыто, в которое из трубы стекала вода. Коровы сразу же направились к нему и долго и жадно пили.

В комнатушке было сыро и холодно, ведь всю зиму она находилась под снегом. Они затопили печку (дрова привезли с собой). Анита открыла ставни, и горячие лучи солнца залили сырую и темную комнату.

Подошло время дойки. Коровы одна за другой заходили в коровник. Затем приготовили ужин. Папа и Анита сели на табуретки, а Даника усадили на коврик на полу, чтобы ему было удобнее. Они ели хлеб, копченую колбасу и сыр, пили кофе из больших деревянных кружек. Все ужинали молча, разморенные ярким горным солнцем и дурманящими запахами весеннего леса. Съев последний кусок, Даник с трудом поднялся на ноги и протянул руки к отцу.

- Хочешь спать? - спросил отец, беря его на колени.

- Нет, - твердо ответил Даник, - я хочу, чтобы ты отнес меня на вершину горы.

Господин Бурни растерянно посмотрел на сына. До вершины добрых полчаса крутого подъема, а Даник - увесистая ноша. Но отцу всегда было трудно отказывать в чем-либо своему маленькому сынишке. Стряхнув усталость, он посадил мальчика на плечи и вышел из комнатки. Анита последовала за ними, держа в руках пальто Даника.

Склон горы был усыпан редкими красивыми цветами. Анита бросилась собирать их. Господин Бурни молча шагал вперед - одышка мешала ему говорить. Только добравшись до цели, он опустил Даника на землю и перевел дух. Все трое молчали, очарованные разлитой вокруг красотой. Куда бы они ни взглянули, всюду поднимались снежные вершины, озаренные заходящим солнцем.

Лиловые сумерки все больше сгущались над долиной, а островерхие макушки гор жадно ловили последние лучи солнца - они словно купались в багровом свете. Ребенок, никогда не видевший подобного зрелища, мог подумать, что Альпы горят. Но Даник, привыкший к этой картине, лишь восхищенно вздыхал. Пока они так сидели, солнце спустилось ниже и вскоре совсем исчезло за лесом. Теперь были видны лишь холодные синеватые склоны, покрытые снегом.

На небе показались первые звездочки. Вскоре из-за гор выплывет луна, и тогда вершины заискрятся серебряным светом.

Анита вздохнула и встала. Она не любила этот вечерний холодный сумрак, когда последний луч света и тепла исчезал за горами. Приход сумерек всегда навевал на нее печаль, в такие моменты она чувствовала себя очень одиноко. Ей казалось, будто она теряет что-то очень красивое, теряет навсегда - чувство, похожее на то, которое Анита испытала в ту ночь, когда ее разбудили и сказали, что мама умерла. Как хорошо было снова вернуться в домик и увидеть веселый свет огня в камине! Усесться возле тлеющих поленьев и закрыться от ночи...

Дверь, которая вела из комнатки в коровник, не закрывали. Вдруг к троим сидящим у огня вышел теленок и улегся на полу возле Даника.

- Я хочу спать с теленком, - решительно сказал Даник.

- Нет, Даник, - воспротивилась Анита, - ты нахватаешься от него блох.

Ну, если у Наполеона есть блохи, я должен был нахвататься их еще в телеге, - рассудительно ответил Даник. - Пожалуйста, папа, я очень хочу спать с Наполеоном!

За коровником над горами показалась луна и залила все серебряным светом.