Введенie
Существо Православія вообще и въ частности Православія Русского, ни въ чемъ, быть можетъ, такъ полно и такъ ярко не сказалось, какъ въ почитаніи Божіей Матери и Святыхъ. Равно далекое какъ отъ безплоднаго—сухого раціонализма «головы», такъ и отъ нездоровой мечтательной мистики «чрева», исходя отъ сердца — подлинного источника здоровой и живой религіозности — почитаніе это цѣликомъ коренится въ библейско–евангельскомъ и святоотеческомъ духѣ. Этотъ духъ, какъ въ буквѣ, такь и въ предав ніи составляешь дѣйствителъную основу Русского Православія, для которого національная плоть служить гибкимъ,живымъ послушнымъ орудіемъ, покорно принимающимъ есть тончайшіе изгибы налагаемой на нее святой печати. Однако эта основа является вмгьстгь сь тѣмъ и виновницей той небывалой красоты («доброты»), всегда новой и неисчерпаемой, которая несешь съ собою оправданье личного и національнаго начала.
Нужно раскрыть глаза для этой красоты, нужно всматриваться въ нее пристально, любовно. И если мы это сдѣлаемъ, то увидимъ, что Саровскій Угодникъ и Чудотворець являешь собою одно изъ самыхъ яркихъ выраженій не только всего Русского Православія, но въ немъ же и черезъ него — стихіи Вселенского Христіанства.
Житіе Преподобнаго, его житійный ликъ, икона, есть живой отвѣтъ на столь многократно задававшійся вопросъ—что такое Православіе? — и неразрывно съ нимъ связанный другой вопросъ: что такое Россія,"русская идея"?.
Уже при бегломъ знакомствѣ съ житіемъ и дѣяніями преподобнаго, ясно чувствуется нездѣшняя новизна, обличеніе того, что до времени сокрыто. И не всуе названъ онъ "земнымъ ангеломъ и небеснымъ человѣкомъ". Совѣтуя одному изъ усердствовавиіихъ обратить во время чтенія символа вгьры вниманіе на двенадцатый членъ, онъ этимъ устремляешь кь последнему свершенію сердца всехъ чтущихъ его святую память. "Воскресеніе мертвыхъ" и "жизнь будущаго века" черезъ Воскресеніе Христово, черезъ Его Пасху дано намъ вкушать еще здесь на этой земле. И последнее съ особенной силой раскрылъ Преподобный въ своемъ благовестіи о Св. Духе.
Духе Святой есть "мертвыхъ воскресент согласно преп. Симеону Новому Богослову. И ставь "избранникомъ возлюбленнымъ" Божіей Матери Преподобный принесь на землю видимое откровеніе о "сокрытой тайне", о "сокровище безымянномъ"
— о Господе Святомъ Духе.
Осіянный этой новизной не напрасно въ новейшую эпоху является великій святой, новое раскрывая и въ самомъ Православии, раскрывая въ немъ то, что до времени было "сокрытою тайной". Въ свете этого откровенія Православіе встаете передъ нами какъ образе "свершившагося", какъ символе и начало уже сущаго Вечно Нового, обновленного въ еще пребывающемъ Ветхомъ Адаме. Преподобный процвелъ среди насъ какъ образе икона полного обновленія, грядущаго въ міръ безе времени, и сроки которого хотя скрыты, но прообразованы.
Немного далее мы видимъ тысячи ежедневныхъ посетителей самыхь разнообразныхъ слоевъ и состояній, и, непрерывный потоке богомолъцевъ по его отшествіи, — вплоть до нашихъ дней.
Для всего этого людского моря онъ сталь великою ценностью; и даже скептике, если онъ только элементарно добросовествнъ, должал по изслѣдованіи данныхъ недавняго прошлаго и современного, настоящаго признать, что здесь на лицо нечто такое,чему нѣтъ места въ рамкахъ обыденщины — какъ житейской такь и научной.
