Сцена II
В другом месте степи. Буря не стихает.
Входит Лир и Шут.
Лир
Дуй, дуй, ветрище, лопни от натуги!
Хлещи наотмашь, ливень! Затопи
Коньки домов и шпили колоколен!
Вы, мстительные вспышки грозовые,
Предвестники громовых мощных стрел,
Валящих наземь сосны, опалите
Седую голову мою! Ты, гром,
Расплющи чрево круглое земли,
Испепели зародыши Природы
И размечи по ветру семена
Людей неблагодарных!
Шут
И то, дядюшка! Сладкая водичка при дворе небось лучше, чем ливень в поле. Воротись-ка назад, поклонись дочкам. Эта ночь не щадит ни дурака, ни умного.
Лир
Греми, гроза! Плюй ветром и дождем!
В неблагодарности не упрекну
Вас, гром и ливень, молния и буря;
Ведь я не отдавал вам королевства,
Не называл вас дочками родными.
С чего бы стал я ждать от вас добра?
Вершите вашу волю. Вот я здесь
Пред вами – слабый, жалкий и несчастный
Больной старик. О буйные стихии!
Не стыдно ль вам – со злыми дочерьми
Против отца седого ополчиться
Всей вашей силой грозной? О-хо-хо!
Шут(поет)
В такую пору мы с дружком
За двери ни ногой;
Укрылся в домике один,
И в гульфике – другой.
Бродяга нынче, как султан,
Ночует в шалаше,
И с ним в обнимку – весь отряд
Его любимых вшей.
И только умник под дождем
Блуждает без дорог;
Он пятку до небес вознес,
А сердцем пренебрег.
Лир
Молчи, старик, будь образцом терпенья.
Входит Кент.
Кент
Кто здесь?
Шут
Двое в штанах: один умный, другой шустрый.
Кент
Вы, государь? Увы, в такую бурю
И рыщущий по дебрям хищный зверь
Спасается от ярости небес
В своей норе. Таких огромных молний,
И оглушительных ударов грома,
И страшных стонов ветра я не помню
За жизнь свою. Невыносимо смертным
Терпеть подобный ужас.
Лир
Пусть боятся
Те, кто богов разгневал. Трепещите,
Избегнувшие кары негодяи!
Убийцы тайные, забейтесь в щели,
Чтобы от мести спрятаться! Дрожите,
Кровосмесители, в своих постелях!
Предатели, лжецы и лицемеры,
Не сомневайтесь: боги сыщут вас,
Просите милости, пока не поздно.
Кент
Под ливнем, с непокрытой головой!
Вот горе! Сэр, тут рядом есть лачуга;
Она вас может защитить на время
От непогоды; я же той порой
Вернусь к тем гордым, чьи сердца черствее,
Чем каменные стены, и заставлю
Не долг, так хоть учтивость соблюсти.
Лир
Постой, постой… все в голове смешалось…
Сейчас я вспомню…
(Шуту)
Что с тобой, мой милый?
Тебе не холодно? Я сам продрог…
(Кенту)
Ну, где твоя лачуга? Жизнь заставит,
Так и солому станете ценить.
Идем, мой шут! Каким-то краем сердца
Тебя мне жалко, бедный плут.
Шут(поет)
Кому мозгов не много дано, —
Дуй, ветер, дождь, поливай! —
Тому роптать на судьбу смешно…
Веди нас, милый, в сарай!
Лир
Хорошо сказано, дружок.(Кенту)Ну, веди меня к своему шалашу.
Уходит вместе с Кентом.
Шут
Славная ночка! После гулянки хорошо протрезвляет. Скажу-ка напоследок предсказание.
Когда ханжу Псалтырь исправит,
И эль кабатчик не разбавит,
И будет маяться в цепях
Не еретик, а вертопрах,
Когда в суды закон вернется,
И сыч голубкой обернется,
Когда исчезнет в мире мзда,
И вор заплачет от стыда,
И ростовщик вернет поживу,
И сводня скажет речь не лживу, —
Тогда с небес раздастся звон,
И пошатнется Альбион,
И все начнут – представьте сами —
Ходить не вверх, а вниз ногами!
Это пророчество Мерлина, который еще не родился, но скоро родится.
Уходит.
