Гонзало
Молю вас, мой король, развеселитесь.
Ведь повод есть – мы все-таки спаслись,
А это – счастье. Каждый день приносит
Какому-нибудь кораблевладельцу,
Жене матросской или же купцу
Весть о пропавшем судне. Но не часто
Случаются чудесные спасенья,
Как наше. Взвесьте мудро, государь,
Что тут важней.
Алонзо
Себастьян (в сторону, Антонио)
Сейчас ему любые утешенья —
Холодная овсянка.
Антонио
Утешитель
Не может предложить иного блюда.
Себастьян (в сторону, Антонио)
Гляди-ка, он заводит пружину своего ума; сейчас часы начнут бить.
Гонзало
Синьор…
Себастьян
Бом!
Гонзало
Коль всякую печаль растить и холить,
Она…
Себастьян
…начнет, конечно, меланхолить.
Гонзало
Именно так, сударь, печаль превратится в меланхолию.
(Себастьяну)
Вы угадали случайно.
Себастьян
А вы случайно не угадали.
Гонзало
Государь, я должен вам изъяснить…
Себастьян
Скорее замутнить.
Алонзо
Умоляю вас, пощадите.
Гонзало
Молчу. Всё.
Себастьян
Ну нет, это еще не всё.
Антонио (в сторону, Себастьяну)
Побьемся об заклад, кто первым прокукарекает – он или Адриан.
Себастьян
Старый петух, конечно.
Антонио
А может быть, молоденький петушок.
Себастьян
Идет. Каков заклад?
Антонио
Три ха-ха.
Себастьян
Согласен.
Адриан
Хотя этот остров кажется необитаемым…
Себастьян
Ха-ха, ха-ха, ха-ха!
Антонио
Мы в расчете.
Адриан
…кажется необитаемым и непосещаемым людьми…
Себастьян
Тем не менее…
Адриан
Тем не менее…
Антонио
Этот сучок он не мог миновать.
Адриан
Природа здесь отличается мягкостью, нежностью и деликатностью.
Антонио
Он, верно, свою кумушку вспомнил. Деликатная, должно быть, особа.
Адриан
Ветерок веет так сладостно, так свежо.
Себастьян
Как будто у него гнилые зубы и вдобавок несварение желудка.
Антонио
Как будто машут надушенным зонтиком.
Гонзало
Все кругом благоприятно для жизни.
Антонио
Только нет ни пищи, ни питья, ни укрытия.
Себастьян
Чего нет, того нет.
Гонзало
А какая тут произрастает роскошная зеленая травка!
Антонио
Зеленая? Скорее бурая или сивая.
Себастьян
Если присмотреться, что-то зеленое в ней есть.
Антонио
Выходит, в чем-то он прав.
Себастьян
Да, только врет, как сивый мерин.
Гонзало
Но самое диковинное – во что даже трудно поверить…
Себастьян
А бывает диковина, в которую легко поверить?
Гонзало
…То, что наши одежды, вымокшие в соленой воде, сохраняют прежнюю яркость и лоск, как будто морская вода лишь освежила их краски.
Антонио
Если б хоть один из его карманов умел говорить, он бы воскликнул: «Врешь!»
Себастьян
А может, промолчал бы в тряпочку.
Гонзало
Мне кажется, наши одежды так же свежи, как были в Африке в первый день, когда мы их надели на свадьбу Кларибель, прекрасной дочери нашего короля, с царем Туниса.
Себастьян
Свадьба была ничего себе, да вот обратный путь подкачал.
Адриан
Тунис никогда еще не видал такого бриллианта среди королев!
Гонзало
По крайней мере, со времен вдовушки Дидоны.
Антонио
Он сказал: «Вдовушки Дидоны»? Дьявол его разрази! Откуда он взял эту «вдовушку»?
Себастьян
Он бы еще сказал: «вдовец Эней»! Боже милостивый, как ты такое терпишь!
Адриан
При чем тут Дидона? Разве она не была карфагенской царицей, а не тунисской?
Гонзало
Но ведь Тунис и есть Карфаген.
Адриан
Карфаген?
Гонзало
Уверяю вас, сударь.
Антонио
Его речь – арфа Амфиона.
Себастьян
С каждым словом воздвигается из руин дом или стена.
Антонио
Посмотрим, какие еще чудеса он сотворит.
Себастьян
Я думаю, сунет этот островок в карман, как яблоко, и отвезет сыну вместо гостинца.
Антонио
Или выковыряет из него семечки и посеет в океане, чтобы выросло много таких же милых островков.
Гонзало
Как это так?
Антонио
Не сразу, сударь, а через некоторое время.
Гонзало
Ваше величество, мы говорили о том, что наши одежды остались такими же свежими, какими они были в Тунисе на свадьбе вашей дочери, нынешней царицы Тунисской.
Антонио
И прекраснейшей из всех Тунисских цариц.
Себастьян
Выключая вдовушку Дидону.
Антонио
Хорошо. Выключая вдовушку Дидону.
Гонзало
И вправду, ваше величество, разве мой камзол не так же, некоторым образом, свеж, как в первый день, когда я его надел?
Антонио
Это «некоторым образом» он ввернул очень удачно.
Гонзало
А надел я его на свадьбу дочери вашего величества.
Алонзо
Довольно силой потчевать мой слух —
Меня уже тошнит от ваших прений.
О, если б никогда мне не видать
Земли Тунисской! На пути оттуда
Погиб мой сын; и дочь моя, вдали
От дома, для меня почти погибла —
Нам больше не увидеться. О сын мой,
Принц неаполитанский и миланский!
Какой неведомой холодной рыбе
Попался ты на ужин?
Франциско
Государь,
Принц, может быть, и жив. Я видел сам,
Как бился он с волнами, как взбирался
На спины к ним, как смело он встречал
Удары грозно вздувшихся валов,
Как яростно он рассекал руками
Пучину вод. Он голову держал
Над волнами и, вперекор стихиям,
Плыл к берегу, который был уж близок.
Он должен был доплыть.
Алонзо
Себастьян
Благодарите лишь себя, мой брат.
Лишив Европу дочери прекрасной,
Ее вы подарили африканцу.
Теперь она, по счастию, не видит
Отцовских глаз, набухших, как ручьи,
От скорби.
Алонзо
Себастьян
Мы соболезнуем вам, докучая;
И преданность колеблется меж правдой
И послушанием. Боюсь, что сына
Вам не вернуть. Неаполь и Милан
Недосчитаются мужей, зато
Обогатятся вдовами. И в этом
Виною – вы.
Алонзо
Я дорого плачу
За ту вину.
Гонзало
Синьор мой Себастьян,
Сужденья ваши не великодушны
И не ко времени. Вы бередите
Ту рану, что должны бы врачевать.
Себастьян
Антонио
Гонзало
Когда вы хмуритесь, мой государь,
В сердцах у нас – ненастье.
Себастьян
Антонио
Гонзало
Эх, государь, будь этот остров – мой…
Антонио
Я бы посеял здесь морковь.
Себастьян
Крапиву.
Гонзало
Будь я царем здесь, что бы я устроил?
Себастьян
Уж, верно, не кабак – тут нет вина.
Гонзало
Я сделал бы республику – на благо
И радость всем! Торговлю бы изгнал,
Суд запретил, письмо и чтенье – тоже,
Богатство, бедность, притесненье, слуг,
Наследство, власть, законы и налоги —
Все отменил бы – земледелье, скот,
Употребленье вин, зерна, металлов;
Труд запретил бы; все должны быть праздны,
Блаженны и чисты. Никто не должен
Быть первым…
Себастьян
Но при этом сам он – царь!
Антонио
Такова судьба всех республик – они забывают, с чего начинали.
Гонзало
Все, что потребно людям, даст природа
Без пота и усилий. Преступленья,
Предательства, ножи, мечи и копья —
Здесь не появятся. Все будут жить
Естественно, купаясь в изобилье
Самой природы.
Себастьян
Ну, а свадьбы – как?
Антонио
Никак! Все будут праздны – даже шлюхи.
Гонзало
Я правил бы так мудро, совершенно,
Как не бывало с золотого века.
Себастьян
Ура!
Антонио
Да здравствует король Гонзало!
Гонзало
Вы поняли меня, мой государь?
Алонзо
Прошу, довольно! Это все – пустое.
Гонзало
Согласен с вашим величеством. Я говорил только, чтобы угодить этим господам, у которых уши такие щекотливые, что они готовы смеяться над всяким пустяком.
Антонио
На этот раз смеялись мы над вами.
Гонзало
Мои дурачества – сущие пустяки в сравненье с вашими. Итак, продолжайте смяться над пустяками.
Антонио
Вот это удар!
Себастьян
Не в бровь, а в ухо!
Гонзало
Однако и вы, господа, не лыком шиты. Вам луну с неба достать – раз плюнуть, если только она подождет, не меняясь в лице, недель этак пять.
Входит Ариэль (невидимый), играя что-то задумчиво-печальное.
Себастьян
Достанем луну, сунем ее в сундук и пойдем играть в жмурки с дамами.
Антонио
А дураки пускай водят!
Гонзало
Слабовато, господа, острите! Вроде щекотки. Лучше убаюкайте меня своими хи-хи да ха-ха, потому что мне вдруг необычайно захотелось спать.
Антонио
Засыпайте, засыпайте, а мы над вами посмеемся.
Все засыпают, кроме Алонзо, Себастьяна и Антонио.
Алонзо
Как! Все уснули? И моим глазам
Я пожелал бы отдохнуть от горя.
Они устали…
Себастьян
Спите, государь.
Сон редко посещает тех, кто в скорби.
Но если все-таки он к ним приходит,
Нет лучше утешителя.
Антонио
А мы
Посторожим покуда, государь,
Ваш сон.
Алонзо
Благодарю. Мне очень сонно…
(Алонзо засыпает.)
Ариэль уходит.
Себастьян
Какая необычная сонливость
На всех напала.
Антонио
Себастьян
Но почему он нас не усыпляет?
Сна – ни в одному глазу.
Антонио
И мне не спится.
Мой разум бодр. Итак, они уснули —
Как громом пораженные, все сразу.
А что, как нам, достойный Себастьян…
Но нет, ни слова больше!.. И, однако,
Воображение мне говорит,
Что час благоприятен – и вот-вот
Вам на голову свалится корона.
Себастьян
Антонио
Себастьян
Но что-то странное. На бред похоже.
Бывает сон такой, что человек
Как будто смотрит, ходит, говорит —
И спит при этом.
Антонио
Сами не проспите,
Любезный Себастьян, своей Фортуны;
Не проморгайте час.
Себастьян
Сквозь этот храп
И смутный бред как будто что-то брезжит.
Антонио
Я говорю серьезно. Шутки прочь!
Прислушайся ко мне – и вознесется
Фортуна ваша.
Себастьян
Я застыл как речка
В затоне.
Антонио
Хватит ряску собирать.
Пора взбурлить.
Себастьян
Наследственная лень
Мешает шевелиться.
Антонио
Черт возьми!
Когда б вы так умели добиваться,
Как насмехаться! Так же миг ловить,
Как шутку иль намек. Кто не рискует,
Поверьте, не взлетает высоко.
Лень тянет вниз.
Себастьян
Ну, сударь, продолжайте!
Я вижу, вы готовы разродиться —
Но как мучительно!
Антонио
Суть такова.
Хоть этот многословный царедворец, —
О ком не много будут вспоминать,
Когда навеки он угомонится, —
Старался убедить нас так и сяк,
Что королевский сын, возможно, жив,
Но мы-то знаем, это невозможно,
Как червяку взлететь.
Себастьян
Я не надеюсь,
Что спасся он.
Антонио
А раз надежды нет,
Рождается великая надежда
Для вас. Такая смелая надежда,
Что даже страшно ей взглянуть в глаза.
Неправда ль? Вы готовы подтвердить,
Со мною вместе, гибель Фердинанда?
Себастьян
Антонио
Так назовите
Ближайшего наследника за ним
На неаполитанскую корону?
Себастьян
Антонио
Она теперь
Тунисская царица, а Тунис
Так далеко, что прежде, чем туда
Дойдет известье и назад вернется,
Младенцы нынешние станут бриться.
Тунис так далеко, что по дороге
Нас поглотило море – и обратно
Извергло лишь затем, чтоб мы свершили
То, что сию минуту в нашей власти,
К чему былое было лишь прологом.
Себастьян
Свершили – что? К чему ведешь ты речь?
Да, Кларибель – Тунисская царица,
Ближайшая наследница короны
Неаполя, – притом, что расстоянье
Немалое…
Антонио
Такое расстоянье,
Что каждый фут его вопит: «Зачем
В Неаполь плыть царице африканской?
Пускай она в Тунисе остается,
А тут есть Себастьян!» Представьте, смерть
Внезапно поразит их, как внезапно
Их сон свалил? Есть тот, кто будет править
Неаполем не хуже, чем усопший;
Есть лорды, что болтают так же много
И бесполезно, как старик Гонзало, —
Я так сороку выучу трещать.
О, если бы я мог вложить вам в душу
Свою решимость! Как бы этот сон
Могли бы вы использовать! Вам ясно?
Себастьян
Антонио
Нравится ли вам
Такой внезапный поворот Фортуны?
Себастьян
Допустим… Кстати, я припоминаю:
Не вы ли брата вашего, Просперо,
Изгнали из Милана?
Антонио
Я! И что же?
Не краше ли на мне сидит одежда,
Чем прежде? Слуги брата так же рьяно
Прислуживают мне.
Себастьян
Антонио
Ах, совесть? Бросьте! Мне нигде не трет,
Не саднит. Я никак не ощущаю
Присутствия богини этой в теле.
Будь между мною и миланским троном
Их не одна, а тридцать, я бы всех
Столкнул с дороги. Вот лежит ваш брат,
Недвижный и бесчувственный, как мертвый.
Достаточно трех дюймов этой стали,
Послушной мне, чтоб усыпить его
Навеки; в это время вы могли бы
Такую же услугу оказать
Вот этой старой осторожной утке,
Синьору Болтуну; он не успеет
Вас упрекнуть за это. Остальные
По первому же слову, как котята,
Начнут лакать из блюдца молоко
И кукарекать ровно столько раз,
Как им велят.
Себастьян
Я вашему примеру
Последую. Как взяли вы Милан,
Так я – Неаполь. Обнажите меч,
Один удар – и дань с Милана снята,
И я – король, ваш друг.
Антонио
Ударим вместе.
Я руку занесу над королем,
А вы – над стариком.
Обнажают мечи.
Отходят и шепчутся между собой.
Входит Ариэль (невидимый), сопровождаемый музыкой.
Ариэль
Хозяин мой предугадал опасность
Для друга своего и повелел мне
Сюда явиться и его спасти.
(Поет в ухо Гонзало.)
Беззаботность почивает,
А коварство не теряет
Ни минутки.
Если жизнью дорожите,
Просыпайтесь, не лежите!
Тут не шутки!
Антонио
Ударим одновременно и внезапно.
Гонзало (просыпаясь)
Да сохранят короля ангелы небесные!
Алонзо (просыпаясь)
Что тут такое? Просыпайтесь все!
Зачем у вас в руках мечи?
Гонзало
В чем дело?
Себастьян
Пока мы сторожили ваш покой,
Вдруг – только что – раздался страшный рев
Как будто бычий – иль скорее львиный.
Ужасный рык! Он вас не разбудил?
Алонзо
Я ничего не слышал.
Антонио
Звук такой,
Что затряслась земля. Как будто сотня
Взревела львов!
Алонзо
Гонзало
Клянусь, мой государь, я только слышал
Какое-то жужжанье возле уха —
И, крикнув, разбудил вас. В тот же миг
Увидел обнаженные клинки…
Был шум какой-то, это несомненно.
Верней всего – покинем это место
Во всеоружье и настороже.
Алонзо
Ведите нас; а по пути поищем,
Где мой несчастный сын.
Гонзало
Он где-то здесь,
На острове. Господь его храни
От этих страшных чудищ.
Алонзо
Ариэль
Помчусь, исполнив волю господина.
И пусть король скорей обнимет сына.
Уходит.
