
Вся жизнь в России — аскетизм
Аскеза — это не просто духовные упражнения, которые необходимо выполнять: поклоны или чтение каких-то правил. Христианство через аскетизм постулирует идею инаковости.

Аскеза — это не просто духовные упражнения, которые необходимо выполнять: поклоны или чтение каких-то правил. Христианство через аскетизм постулирует идею инаковости.

Господь показывает на примере святых апостолов, что главное призвание человека — это призвание верить.

Мы получили письмо от нашего читателя, которое приводим здесь. Хорошим ответом на это письмо, как нам кажется, служит проповедь протоиерея Александра Сорокина, которую мы также публикуем.

Публицист Андрей Рогозянский опубликовал критику на лекцию, которую, по-видимому, не послушал.

Бог творит мир Своим Словом в Духе Святом. Он мог бы создать весь мир в его полноте в одно мгновение, но хотел, чтобы он развивался постепенно. Творение показано как процесс во времени, от простого к сложному, к своей вершине — человеку.

«Она знает, чего хочет». Величайшая трудность для родителя — помочь эту цель найти.

Человек — очень хитрое и сложное существо. Он не всегда с собой честен и не может сказать, где кончается его собственный выбор и начинается что-то другое.
Андрей Солоид не всегда был инвалидом. Способность ходить своими ногами он потерял в 15 лет, на пороге выхода во взрослую жизнь. К труднейшим обстоятельствам ему пришлось привыкать в самом чувствительном возрасте. Но он справился, восстановился наско...

Если не можешь достичь желаемого — желай достижимого, говорили стоики. Каждый — сам кузнец своего счастья, а где же тогда наковальня? Возможно, эта наковальня — уровень притязаний?

Сознание людей сильно изменилось, в нем появились промежуточные ступени: вот древнему человеку понятно, что на день усекновения главы Иоанна Предтечи нельзя резать круглое — арбузы, яблоки. А сейчас эти смыслы провисают.

В его сомнении сквозит обида: ну как так-то, меня нельзя было подождать! Они все врут? Или Он действительно жив, а меня видеть не хотел?

Это был живой во всех смыслах человек, и как архипастырь тоже: он стремился не к обновлению, а к оживлению Церкви.

Заигрывания с христианскими образами начались в советском кино очень рано, еще до Великой Отечественной войны.