Крупнейшая коллекция православного аудио и видео в Рунете. С 2005 года собираем лекции, проповеди, аудиокниги и фильмы — более 30 000 записей от 1500 авторов.
Грендель
«Грендель» — самый известный роман Джона Гарднера. Пересказ «Беовульфа» с точки зрения чудовища, а не героя.
«Грендель» — самый известный роман Джона Гарднера. Пересказ «Беовульфа» с точки зрения чудовища, а не героя. Творчество Гарднера пыталось быть ответом на вызов постмодернизма и атеистического экзистенциализма, пыталось учесть их наработки, но не впадать в их ошибки. Его творчество отличалось моральной — и на своих пределах — религиозной серьезностью.
Цитата из «Гренделя»:
«— Меня зовут Орк, — робко говорит он. — Я старейший и мудрейший из всех жрецов.
Я улыбаюсь и молчу. Пожалуй, я разукрашу этих идолов горячей кровью старика.
Мне ведомы все тайны, — говорит жрец. — Единственный среди живущих ныне, я познал их все.
Мы довольны тобой, Орк, — говорю я серьезно-торжественным тоном. Тут на меня находит блажь (временами я не могу удержаться). — Скажи нам, что тебе известно о Царе Богов.
Царе Богов? — говорит он.
Царе Богов. — Я не хихикаю.
Он закатывает слепые глаза, прикидывая что к чему и вороша в голове подходящие доктрины.
— Выскажи нам свое понимание Его несказанной красоты и ужаса, — говорю я и жду.
Снег тихо засыпает фигурки богов. Коленопреклоненный старик-жрец придавил одним коленом бороду и никак не может поднять голову. Он весь дрожит, будто паралич — еще одна стихия вне его, вроде ветра.
— Царь Богов есть последнее ограничение, — лепечет он, — а его существование — последняя иррациональность. — Нервная дрожь пробегает по его щеке; уголок рта дергается. — Ибо нельзя указать основание иного ограничения, которое налагается его собственной природой. Царь Богов не конкретен, но Он есть основание конкретной действительности. Нет оснований для объяснений природы Бога, потому что эта природа есть основание самой рациональности.
Он поднимает голову, ожидая от меня ответа, который подскажет ему, на правильном ли он пути. Я молчу. Старик прочищает горло, и лицо его приобретает еще более благостное выражение. Щека опять дрожит.
— Царь Богов есть действительная сущность, благодаря которой все множество вечных объектов иерархически упорядочивается на каждой стадии сращения. Вне его не может быть никакой значимой новизны. Я с удивлением замечаю, что слепые глаза жреца наполняются слезами. Слезы скатываются по его щекам в бороду. В недоумении я прижимаю пальцы к губам.
— Целью Верховного Бога в процессе творения является создание новых напряженностей. Он есть соблазн для наших чувств,
— Орк уже неудержимо рыдает, расчувствовавшись так, что спазмы душат его. Я с удивлением гляжу. Его узловатые руки дрожат и трясутся.
— Он есть вечное побуждение желания, определяющее цели всех существ. Он являет собой бесконечное терпение, неослабную заботу о том, что бы ничто в мире не пропало даром.
Он начинает стонать, его бьет дрожь, и мне приходит в голову, что старик просто-напросто замерз. Но вместо того чтобы сжаться от холода, как можно ожидать, он поднимает руки к небесам; пальцы с чудовищно распухшими суставами скрючены и изогнуты так, словно он хочет напугать меня.
— О, конечное зло в преходящем мире глубже любого отдельного проявления зла, такого, как ненависть, или страдание, или смерть! Конечное зло состоит в том, что Время есть постоянное исчезновение, а действительное существование неотделимо от уничтожения. Природа зла, следовательно, может быть кратко выражена в двух простых, но страшных и сокровенных фразах: «Все угасает» и «Альтернативы исключают друг друга». Тайна Его такова: красота требует контраста, и дисгармония лежит в основании творения новых напряженностей чувствования. Высшая мудрость, как я теперь вижу, состоит в приятии того, что торжество и величие вселенной проистекает из медленного процесса слияния, в котором задействованы все разнородные виды существования, и ничто, ничто не утрачивается.
Старик падает вперед, распластав руки перед собой, и заливается благодарными слезами. Я с трудом соображаю, что делать дальше».
Другие произведения автора
Гарднер Джон Чамплин (John Champlin Gardner Jr.)
Осенний свет
«Осенний свет» — книга, совмещающая сатиру и философию с чертами «низких» жанров (детектив, местами …
«Осенний свет» — книга, совмещающая сатиру и философию с чертами «низких» жанров (детектив, местами — «боевик»).
Никелевая гора. Королевский гамбит. Рассказы
«Никелевая гора. Пасторальный роман» — история о любви, а главное, о том, как сквозь грех пробиваетс…
«Никелевая гора. Пасторальный роман» — история о любви, а главное, о том, как сквозь грех пробивается смирение и сострадание. «Королевский гамбит» — притча, которую сам Гарднер характеризовал как «странный неуклюжий монумент».
Книга Фредди
В первой части романа рассказывается о двух странных типах — профессоре и его сыне по имени Фредди, …
В первой части романа рассказывается о двух странных типах — профессоре и его сыне по имени Фредди, вторая представляет собой «книгу Фредди» — о борьбе шведского рыцаря XVI в. с дьяволом.
Рекомендуем
Симплициссимус
«Жрать и упиваться, глад терпеть и от жажды изнывать, таскаться и волочиться, кутить да мутить, в зе…
«Жрать и упиваться, глад терпеть и от жажды изнывать, таскаться и волочиться, кутить да мутить, в зернь и карты играть, других убивать и самим погибать, смерть приносить и смерть принимать, пытать и пытки претерпевать» и т. д.
На пути
Этот один из лучших романов европейской литературы посвящен чрезвычайно редкому сюжету — пребыванию …
Этот один из лучших романов европейской литературы посвящен чрезвычайно редкому сюжету — пребыванию в монастыре: писатель, современный интеллектуал, неофит изнутри наблюдает монастырскую жизнь.
Сага о Йесте Берлинге
Приключенческий, даже фэнтезийный роман (роман в рассказах) Сельмы Лагерлёф. Герой — бывший священни…
Приключенческий, даже фэнтезийный роман (роман в рассказах) Сельмы Лагерлёф. Герой — бывший священник в кругу авантюристов, переживающий разные приключения, но роман включает в себя моральную и религиозную проблематику.
Эркюль Пуаро и патер Браун действуют
Радиопостановка по рассказам двух классиков детективного жанра — Агаты Кристи и Гилберта Честертона …
Радиопостановка по рассказам двух классиков детективного жанра — Агаты Кристи и Гилберта Честертона — рассказам о, соответственно, одних из главных героев детективной литературы — Эркюле Пуаро и патере Брауне.
Щелкунчик и другие рождественские сказки
Классика рождественской, детской, сказочной — и вообще просто мировой классической — литературы.
Классика рождественской, детской, сказочной — и вообще просто мировой классической — литературы.
История Древнего Востока
Лекции о восточном Средиземноморье, зарождении великих цивилизаций, формах деспотии, Египте, Хеттско…
Лекции о восточном Средиземноморье, зарождении великих цивилизаций, формах деспотии, Египте, Хеттском государстве, Древней Греции и ее религии, эпохе эллинизма, Древнем Риме и верованиях римлян, а также о многом другом.
Учители. Мыслители. Пророки
Цикл 15-минутных мини-лекций об античных интеллектуалах, патриархах, царях и пророках Ветхого Завета…
Цикл 15-минутных мини-лекций об античных интеллектуалах, патриархах, царях и пророках Ветхого Завета, апостолах Нового Завета
Потоп
Исторический роман Генрика Сенкевича — повествование о нашествии шведов на Речь Посполитую
Исторический роман Генрика Сенкевича — повествование о нашествии шведов на Речь Посполитую
Парадоксы мистера Понда
«Так как во всех восьми рассказах происходящие события описываются мистером Пондом, то главным их де…
«Так как во всех восьми рассказах происходящие события описываются мистером Пондом, то главным их действующим лицом становится язык. Именно языковые сбои — те самые «парадоксы мистера Понда», давшие сборнику название, — и становятся завязкой».



Комментарии
Комментарии для сайта Cackle