Воздушный пешеход

«Воздушный пешеход — пьеса, где Ионеско высказал свои взгляды вполне эксплицитно. Главный герой пьесы (который, собственно, и есть Воздушный пешеход) говорит: «Я спрашиваю себя, могут ли литература и театр действительно отразить невероятную сложность реальной жизни. Может ли кто-нибудь сегодня ясно понимать других или себя? Мы переживаем дикий кошмар: литература никогда не была столь же мощной, острой, напряженной, как жизнь, — а сегодня и подавно». Это начало «Воздушного пешехода»: человек вопрошающий перед абсурдом мира, перед бессмыслицей культуры.

Пьеса резко разворачивается с появлением Господина из Антимира: границы обыденного мира раздвинуты. Обыденность, пошлость мира и — несмотря ни на что — возможность чуда, свободы — темы «Воздушного пешехода».

«Летать — не сложнее, чем кататься на велосипеде. […] Если тебе приходит в голову мысль, что летать без пропеллера и крыльев ненормально, вера ослабевает, теряешь высоту и опускаешься, но не быстрее, чем на лифте. Иногда усилием воли можно заставить себя вновь подняться повыше, как будто ты сбросил балласт. Но ненадолго. Достаточно лишь мизерного неверия — и скольжение вниз убыстряется. Сколько раз, вспоминая этот секрет, я говорил себе, устремляясь вверх: «Теперь я знаю, не забуду никогда, я же не могу забыть, как вижу и слышу» […] Я не могу больше сдерживаться. Мне хочется подняться в воздух, взлететь намного выше. Я перелечу через эту долину. Я хочу увидеть другие долины, я хочу знать, что за этими холмами» — присутствие чуда в мире, его естественность, необходимость, тяга к трансценденции — главная мысль Ионеско. Но почему мир не хочет, почему он ненавидит чудо?: «Вы несчастны, сами о том не подозревая. Отсюда все людские беды — от того, что люди не умеют летать, от того, что они забыли. Что бы вы сказали, если бы разучились плавать, ходить, стоять, сидеть?»