Выдающийся испанский (по национальности — баск) писатель, философ и общественный деятель. Нетривиальный представитель религиозного экзистенциализма. Ректор Саламанского университета. В 1924 г. за выступления против диктатуры Примо де Риверы Унамуно был сослан на Канарские острова, откуда отправился в добровольное изгнание во Францию. На родину он вернулся в 1930 г., был депутатом Кортесов (1931–1932 гг.). Унамуно выступил против республики, считая, что она не может обеспечить гражданский мир и национальное единство. Поддержав в первые недели франкистский мятеж, в октябре 1936 г. он выступил с его решительным осуждением, за что был смещен с поста ректора университета и фактически помещен под домашний арест. Накануне смерти он писал: «Я не знаю ничего омерзительнее того союза казарменного духа с церковным, который цементирует новую власть». Унамуно прошел тернистый духовный путь. В детстве мечтал стать священником, в юности — активный социалист. Смерть трехлетнего сына вызывает глубокий мировоззренческий кризис. После этого тема неизбежной смерти и чаемого бессмертия становится основной в его творчестве. Унамуно часто называют «верующим атеистом»: для разума Бог невозможен, для экзистенции — нужен только Бог. Выход из этой апории — кихотизм: вера в абсурд, вера несмотря на очевидность. Перед очевидным фактом конечности всего сущего человек все-таки живет так, как будто бы вечность существует: только так возможны творчество, любовь, дружба, материнство. Вера и сомнение здесь — одно. Символ такой юродивой веры для Унамуно — Дон Кихот (или шире — Воскресший Христос — «безумие для эллинов, соблазн для иудеев»). Унамуно — один из самых ярких и честных представителей религиозности XX в. — веры Гефсиманского борения, но не Пасхи. После атеистического Просвещения, перед лицом катастроф XX в. такая форма веры, наверное, закономерна. Унамуно писал: «Те, кто верит, что они верят в Бога — но без сердечного неистовства, без мучений разума, без неуверенности, без сомнений, без доли отчаяния даже в утешении, — верят лишь в Идею Бога, но не в самого Бога. […] разум сильнее воли. Они не в состоянии вырваться из тисков разума, он тянет их к злобе и презрению. Их охватывает отчаяние, они отрицают в отчаянии, и Бог нисходит к ним, открывая им Себя в самом их отрицании Его».

Лекция Рябова об Унамуно

Советская и российская оперная певица (меццо-сопрано), педагог. Народная артистка СССР (1966). Герой Социалистического Труда (1984). Лауреат Ленинской премии (1978) и Государственной премии Российской Федерации (1996). Кавалер ордена Святого апостола Андрея Первозванного (2005). Одна из лучших меццо-сопрано мира. Ирина Архипова родилась в Москве. Отец — Ветошкин Константин Иванович. Мать — Галда Евдокия Ефимовна. Супруг певицы — народный артист СССР Владислав Пьявко. В студенческие годы училась в МАРХИ, там же занималась в вокальном кружке у Н. М. Малышевой. По окончании института в 1948 г. поступила в МГК имени П. И. Чайковского в класс пения Л. Ф. Савранского. В 1953 г. окончила консерваторию. В 1954–1956 гг. — солистка Свердловского театра оперы и балета. В 1956–1988 гг. — солистка Большого театра. Исполнение партии Кармен в одноименной опере Жоржа Бизе получило мировое признание. Ей было свойственно глубокое внутреннее раскрытие образа и продуманность интерпретации. Она обладала даром сценического перевоплощения. С 1955 года гастролирует за рубежом (Австрия, Польша, ГДР, Финляндия, Италия, Венгрия, Румыния, Чехословакия, Болгария, США, Япония, Франция, Канада)[2]. В 1967 и в 1971 гг. пела в театре Ла Скала (партия Марфы и партия Марины Мнишек). С 1975 года преподавала в МГК имени П. И. Чайковского, с 1984 г. — профессор. В 1980-е гг. выступила с циклом концертов «Антология русского романса». В 1966 г. была приглашена в жюри Конкурса имени П. И. Чайковского, а с 1968 г. являлась бессменным председателем жюри Конкурса имени М. И. Глинки. С тех пор входила в состав жюри многих престижных конкурсов мира, в том числе: «Вердиевские голоса» и имени Марио дель Монако в Италии, конкурс Королевы Елизаветы в Бельгии, имени Марии Каллас в Греции, имени Франсиско Виньяса в Испании, вокального конкурса в Париже, вокального конкурса в Мюнхене. С 1974 г. (за исключением 1994 г.) являлась бессменным председателем жюри Конкурса имени П. И. Чайковского в разделе «сольное пение». В 1997 г. по приглашению Президента Азербайджана Гейдара Алиева и министра культуры Азербайджана Полада Бюль-Бюль Оглы возглавила жюри Конкурса имени Бюль-Бюля, организованного к 100-летию со дня его рождения. С 1986 г. — председатель Всесоюзного музыкального общества, в конце 1990 года преобразованного в Международный Союз музыкальных деятелей. С 1993 г. — председатель Фонда Ирины Архиповой. Почетный доктор молдавской Национальной академии музыки имени Музическу (1998), президент Общества дружбы «Россия — Узбекистан». Ирина Константиновна увлеклась органной музыкой,услышав ее в превосходной акустике Домского собора в Риге. Именно там начались регулярные выступления Ирины Константиновны в сопровождении органа. В величавых «вокальных конструкциях» Баха и Генделя, где техническое мастерство исполнителя должно быть безупречным, инструментальная ровность, выразительность и эмоциональное богатство голоса Архиповой проявились во всей полноте. Депутат ВС СССР 6-го созыва (1962–1966) и народный депутат СССР (1989–1991). Автор книг: «Музы мои» (1992), «Музыка жизни» (1997), «Бренд по имени “Я”» (2005). Сын — Андрей Евгеньевич (1947 — 2006). Внук — Андрей Андреевич (1972), артист Большого театра. Правнучка — Ирина. 19 января 2010 года Ирина Константиновна Архипова была госпитализирована с сердечной патологией в городскую клиническую больницу имени Боткина. 11 февраля 2010 г. певица скончалась. Похоронена 13 февраля 2010 г. в Москве на Новодевичьем кладбище Значение Ирины Архиповой не исчерпывается ее совершенным пением. Она была большим педагогом и большим организатором, воспитавшим и давшим путевку в жизнь многим современным русским певцам. Почти все из наших соотечественников, кто сегодня блистает на мировых сценах, включая самые громкие имена (Хворостовский, Бородина, Гулегина, Нетребко и пр.), прошли через руки Архиповой — именно она на конкурсах Глинки или Чайковского, жюри которых возглавляла много лет, отметила, поддержала молодые дарования, выросшие затем в больших артистов. Она была неустанна в поиске новых талантов и поддержке молодежи — надежды русской музыкальной культуры, для чего создала собственный фонд, который за почти двадцать лет своего существования дал огромное количество самых разнообразных концертов, представляя публике новые имена. Архипова объединяла людей — не зря, в конце 1980-х, когда все рушилось в нашей стране, именно она возглавила Международный союз музыкальных деятелей, всемерно сохраняя, укрепляя и развивая творческие контакты на просторах бывшего СССР. Продвижение молодых талантов и просветительство было основным смыслом жизни Архиповой в последние десятилетия, и на этом поприще ей удалось сделать очень много, что говорит о ней не только как о выдающейся артистке, но и как о незаурядной личности и гражданине, патриоте своей страны.

Александр Гречанинов имел типаж настоящего русского интеллигента — статный, белокурый, в очках, с «чеховской» бородкой; но над всем этим — особая чистота души, строгость нравственных убеждений, которые определили его жизненную и творческую позицию, верность традициям отечественной музыкальной культуры, истовый характер служения ей.
Творческое наследие Гречанинова огромно — ок. 1000 произведений, в том числе 6 опер, детский балет, 5 симфоний, 9 крупных симфонических произведений, музыка к 7 драматическим спектаклям, 4 струнных квартета, многочисленные инструментальные и вокальные сочинения. Но самая драгоценная часть этого наследия — хоровая музыка, романсы, хоровые и фортепианные произведения для детей. Музыка Гречанинова пользовалась популярностью, ее охотно исполняли Ф. Шаляпин, Л. Собинов. А. Нежданова, Н. Голованов, Л. Стоковский. Однако творческая биография композитора складывалась далеко не просто.
Гречанинов Александр Тихонович родился (13) 25 октября 1864 г. в Калуге, (по другим сведениям — в Москве, в купеческой семье). Семья московского купца Гречанинова хотела, чтобы Саша связал свою жизнь с торговлей. «Только когда мне было 14 лет, я впервые увидел фортепиано… С той поры фортепиано делается моим неизменным другом». Упорно занимаясь, Гречанинов в 1881 г. втайне от родителей поступил в Московскую консерваторию, где занимался у В. Сафонова, А. Аренского, С. Танеева. После перехода в Петербургскую консерваторию, где молодой композитор встретил понимание и поддержку Н. Римского-Корсакова. Консерваторию Гречанинов закончил в 1893 г., представив в качестве дипломной работы кантату «Самсон», а через год за Первый струнный квартет был удостоен премии на Беляевском конкурсе.

Гречанинов написал также немало хороших произведений и для церковных хоров. Особенно характерны его отдельные песнопения, из которых некоторые представляют собой переложения-обработки уставных напевов русской церкви для хора, но большая часть его духовно-музыкальных произведений является свободными сочинениями. Наиболее характерными для духовно-музыкального творчества А. Т. Гречанинова являются именно отдельные песнопения. Как в своих обработках распевных мелодий, так и в своих свободных духовно-музыкальных сочинениях Гречанинов нередко применяет обороты и приемы, подсказанные народными песнями. Но иногда он не чуждается приблизиться к условным формам хоровой фактуры в стиле духовно-музыкальных произведений П. И. Чайковского. Наиболее характерной в этом отношении является его первая литургия, опус 13 (1897 г.), в которой он как бы за образец берет литургию Чайковского, опус 41.
Самостоятельна его вторая литургия, опус 29, написанная им в 1902 г. для большого, сильного хора. Особенное внимание в этой литургии привлекло «Верую…», получившее громадное распространение. В этом «Верую…» Гречанинов поручил альту читать текст Символа Веры, причем хор создает этому чтению гармонический фон: он протяжно поет слово «верую», («исповедую», «чаю») на соответственно меняющихся аккордах. Получилось замечательное, еще до тех пор никем не применявшееся сочетание простой, почти что традиционной псалмодии и хорового, напоминающего орган, пения хора. Все внимание слушателей сосредотачивается на тексте; аккордовый фон совершенно не отвлекает внимания. Это «Верую…» прочно вошло в обиход многих русских церковных хоров, вышло много граммофонных пластинок с этой записью.
Впоследствии Гречанинов сделал попытку выйти за рамки традиционной православной богослужебной музыки: в 1917 г. им была написана «Литургия демественная», опус 79, для солистов, тенора и баса, хора, струнного оркестра, органа и арф. Ее концертное исполнение состоялось уже за границей, в 1926 г. Необычность этого произведения, наряду с демественными напевами и богослужебными текстами, использующего весьма современные музыкальные приемы, у многих вызвала неприятие его в качестве церковного, то есть предназначенного для молитвы, поскольку оно не укладывалось в рамки исторически сложившегося типа церковного пения. С другой стороны, несомненен религиозный характер демественной литургии, так что она пользуется заслуженной популярностью и сейчас.
Вскоре после 1925 г. А. Т. Гречанинов эмигрировал и жил сначала в Париже, а с 1939 г. — в США (получил американское гражданство в 1946 г.). В эмиграции он продолжал (но очень мало) писать произведения для церковных хоров, но печатать их ему уже не удавалось. Незадолго до своей кончины, в 1943 г., Гречанинов написал для смешанного хора литургию, опус 177, N 4, названную им «Новый Обиход». Композитору было уже за восемьдесят, когда появилась его третья опера — «Женитьба» (по Гоголю). Творческое наследие Гречанинова включает также 5 симфоний, массу произведений камерно-инструментальных жанров, сотни фортепианных пьес, романсов, обработок народных песен; большую ценность имеет его музыка для детей (в том числе 4 детских оперы). Кроме православной церковной музыки он сочинил ряд католических месс и мотетов, а также духовные хоры на английские тексты. Его перу принадлежит книга «Моя жизнь».

Все годы пребывания за рубежом Гречанинов испытывал острую тоску по родине, постоянно стремился к контактам с Советской страной, особенно в годы Великой Отечественной войны. Событиям войны он посвятил симфоническую поэму «К победе» (1943), ноты которой выслал в Советский Союз, и «Элегическую поэму памяти героев» (1944).
24 октября 1944 г. в Большом зале Московской консерватории торжественно отмечалось 80-летие Гречанинова, исполнялась его музыка. Это чрезвычайно воодушевило композитора, вызвало новый прилив творческих сил.
До последних дней Гречанинов мечтал вернуться на родину, но этому не суждено было осуществиться. Почти оглохший и ослепший, в крайней бедности и одиночестве он скончался в Нью-Йорке 4 января 1956 г. в возрасте 92 лет.

Был крещен в храме Трех Святителей на Кулишках. В Центральном государственном историческом архиве Москвы хранится «метрическая книга, данная из Московской духовной консистории Ивановского Сорока в Трехсвятительскую, что на Кулишках, церковь», в которую и была внесена запись о рождении будущего композитора. Семья Скрябина принадлежала к московской дворянской интеллигенции. Родители, впрочем, не смогли сыграть заметной роли в жизни и воспитании их гениального сына. Отец Скрябина, Николай Александрович, на момент рождения сына едва окончил юридический факультет Московского университета. Поступил в Петербургский университет восточных языков, после которого служил в Турции и в России появлялся редко. Мать композитора, Любовь Петровна Скрябина (Щетинина), была блестящей пианисткой. Окончила консерваторию в Петербурге, гастролировала по городам под фамилией Скрябина. Умерла от туберкулеза в 1873 г. Александра Скрябина воспитала родная тетка, Любовь Александровна. Саша имел превосходный музыкальный слух и память. С ранних лет он по слуху легко воспроизводил услышанную один раз мелодию, подбирал ее на рояле или на других попадавшихся под руку инструментах. Самым любимым инструментом маленького Скрябина был рояль. Еще не зная нот, он мог проводить за ним многие часы, до того, что протирал педалями подошвы на обуви. В 1882 г. 10-летний Александр Скрябин был принят во 2-й Московский кадетский корпус. Постепенно у Саши созрело решение поступить в консерваторию. Параллельно он стал заниматься частным образом у видного московского педагога Н. Зверева. При этом он также начал брать уроки по теории музыки у Сергея Ивановича Танеева. В возрасте 16 лет Скрябин поступил в консерваторию. Одновременно Скрябин был принят также в класс фортепиано. Здесь его педагогом стал Василий Ильич Сафонов, крупный музыкальный деятель, пианист и дирижер. Известен случай, когда Скрябин исполнял гавот Баха и немного сбился. Не растерявшись, он начал импровизировать, подражая немецкому композитору. Очень скоро Скрябин наряду с Рахманиновым обратил на себя внимание педагогов и товарищей. Танеев ценил талант своего ученика и относился с большой теплотой к нему лично. Скрябин отвечал учителю глубоким уважением и любовью. Созданные Скрябиным в период учения произведения написаны почти исключительно для его любимого инструмента. За 1885–1889 гг. им было написано более 50 различных пьес. В 1894 г. он впервые выступил в Петербурге, как пианист-исполнитель собственных произведений. Здесь он познакомился с известным музыкальным деятелем М. Беляевым. Это знакомство сыграло важную роль в начальном периоде творческого пути композитора. При всеобщем признании феерического таланта Александра Николаевича, восхищение одних, недоумение и неприязнь других с годами лишь возрастают, деля аудиторию на «скрябинистов» и «антискрябинистов», шокированных новаторским характером его сочинений. Однако профессиональная карьера композитора складывалась в целом удачно, не только благодаря незаурядной воле и творческой активности самого Скрябина, но и из-за постоянной поддержки почитателей его искусства — Митрофана Петровича Беляева, М. К. Морозовой, Сергея Александровича Кусевицкого, Александра Ильича Зилоти и др. Через Беляева завязались отношения Скрябина с Римским-Корсаковым, Глазуновым, Лядовым и другими петербургскими композиторами. Отзывы французских критиков о русском композиторе были в целом положительны, некоторые даже восторженны. Отмечались его индивидуальность, исключительная тонкость, особое, «чисто славянское» очарование. Кроме Парижа Скрябин выступил тогда же в Брюсселе, в Амстердаме, Гааге. В последующие годы он бывал в Париже неоднократно. В начале 1898 г. здесь состоялся большой концерт из произведений Скрябина, в некотором отношении не совсем обычный: композитор выступил вместе со своей женой-пианисткой Верой Ивановной Скрябиной (урожденной Исакович), на которой женился незадолго до этого. Из пяти отделений сам Скрябин играл в трех, в двух остальных — Вера Ивановна, с которой он чередовался. Концерт прошел с огромным успехом. В 1898 г. Скрябин принял руководство классом фортепиано в Московской консерватории и стал ее профессором. Среди небольших произведений этих лет первое место занимают прелюдии и этюды. Созданный им в 1894–1895 гг. цикл из 12 этюдов представляет замечательнейшие образцы этой формы в мировой фортепианной литературе. Последний этюд (ре-диез минор), именуемый иногда «патетическим», — одно из самых вдохновенных мужественно-трагедийных произведений раннего Скрябина. Кроме пьес малой формы, Скрябин создал в эти годы также ряд крупных фортепианных произведений. Первую сонату он написал всего через год после окончания консерватории. Важной в творческом развитии Скрябина является его Третья соната. Здесь впервые четко воплощена идея, составившая в дальнейшем основу его симфонических произведений — необходимость активной борьбы для достижения цели, основанное на непоколебимом убеждении в конечном торжестве света. Летом 1899 г. Скрябин приступил к сочинению Первой симфонии. В основном она была окончена в этом же году. Музыка симфонии захватывает романтической взволнованностью и искренностью переживаний. Вслед за Первой симфонией Скрябин сочинил в 1901 г. Вторую, продолжая и развивая круг образов, намеченный в ее предшественнице. В 1904 г. Скрябин завершает свою Третью симфонию. К этому времени он разошелся со своей женой Верой Ивановной. Второй женой Скрябина стала Татьяна Федоровна Шлецер, племянница профессора московской консерватории. Сама Татьяна Федоровна имела музыкальную подготовку, занималась одно время даже композицией (ее знакомство со Скрябиным и завязалось на почве занятий с ним по теории). Но, преклоняясь перед творчеством Скрябина, она пожертвовала ради него всеми личными интересами. В Париже 29 мая 1905 года состоялось первое исполнение Третьей симфонии — она стала замечательным памятником русской и мировой симфонической музыки начала XX столетия. При ярко выраженном своеобразии в ней отчетливы связи с традициями отечественной и зарубежной музыки. Еще через год у Скрябина зародилась идея следующего крупнейшего оркестрового произведения — поэмы «Прометей». Музыка поэмы была в основном в 1909 г. Первое исполнение состоялось 15 марта 1911 г. «Прометей» породил, по выражению современников, «ожесточенные споры, экстатический восторг одних, глумление других, большей же частью — непонимание, недоумение». В итоге, однако, успех был огромный: композитора забросали цветами, в течение получаса публика не расходилась, вызывая автора и дирижера. Первые месяцы 1915 г. Скрябин много концертировал. В феврале состоялись два его выступления в Петрограде, имевшие очень большой успех. В связи с этим был назначен дополнительно третий концерт на 15 апреля, который оказался последним. Вернувшись в Москву, Скрябин через несколько дней почувствовал себя нездоровым. Ранним утром 27 апреля душа Александра Николаевича покинула тело…