Агония христианства

«На большой иконе с образом Христа, заполнявшей тимпан, было написано по-гречески: “Я есмь путь и истина и жизнь”. Прочитав эту надпись, я вдруг снова почувствовал себя на уединенном острове, и тогда мне подумалось, а вернее пригрезилось: правда ли, что путь, жизнь и истина суть одно и то же; что если истина убивает, а жизнь обманывает нас? Это и навело меня на мысль об агонии христианства во мне самом и в каждом из нас. Да и возможно ли христианство вне каждого из нас?

Здесь-то и кроется корень трагедии. Ведь истина — это нечто коллективное, социальное, гражданское: истинно то, в чем все мы согласны и посредством чего понимаем друг друга. А христианство — это нечто индивидуальное, непередаваемое. Именно поэтому оно и агонизирует в каждом из нас.

«Агония», означает «борьба». Агонизирует тот, кто живет в борении, кто вступает в борьбу с самою жизнью. И со смертью тоже. “Умираю, потому что не умираю”, — говорится в молитве Святой Тересы де Хесус.

О моей агонии, о моей борьбе за христианство, об агонии христианства во мне, его смерти и его воскресении в каждое мгновенье моей духовной жизни я и хочу поведать тебе, читатель».

«Я пишу это свое заключение вдали от моей родины, Испании, в то время, как ее терзает самая унизительная и самая бессмысленная из тираний — тирания выжившей из ума военщины; я пишу его, будучи оторван от родного очага, от семьи, от моих восьмерых детей — внуков у меня пока что нет — и в своей собственной душе я переживаю гражданскую войну, а одновременно с нею и войну религиозную. Агония моей умирающей родины разбудила в моей душе агонию христианства. И теперь я чувствую, как в душе моей политика возгоняется в религию, и в то же самое время религия возгоняется в политику. Я переживаю в своей душе агонию испанского Христа, Христа агонизирующего. И я чувствую в себе агонию Европы, агонию цивилизации, которую мы называем христианской, цивилизации греколатинской, или западной. Агония христианства и агония западной цивилизации — это все одна и та же агония, а не две разные. Христианство убивает западную цивилизацию и одновременно западная цивилизация убивает христианство. Так они и живут, убивая друг друга».

«Я пишу эти строки вдали от моей Испании; но моя Испания, дочь моя, Испания воскресения и бессмертия, она здесь, со мною, в этой моей Франции, которая питает плоть мою и дух мой, мое воскресение и мое бессмертие. Вместе с агонией христианства я чувствую в своей душе агонию моей Испании и агонию моей Франции, и я говорю, за Испанию и Францию, а в их лице и за все — христианское и нехристианское — человечество: “Да приидет Царствие Божие… Пресвятая Дева Мария, Матерь Божия, молись за нас, грешных, на сей час и в час нашей смерти…”. Сейчас, сейчас, ибо час сей — это час нашей агонии».

«В своей агонии, в своем борении на горе Елеонской (Лука, XXII, 44) он обливался потом, и пот его был, “как капли крови”. И те капли пота, подобные каплям крови, стали семенами агонии, агонии христианства. А Христос тем временем молился: “Не Моя воля, но Твоя да будет” (Лука, XXII, 42).

Христос наш, Христос наш! Для чего Ты нас оставил?»