Более того, именно в этой среде я нашёл занятие, которому потом отдал лет пятнадцать жизни.

Это произошло как раз в «Осанне».

Там любили задавать провокационные вопросы.

И однажды меня спросили:

«А что ты можешь сделать для Церкви?»

Под Церковью имелось в виду непосредственное христианское окружение. Не епископы, не иерархи, не какая-то далёкая структура, а вот люди вокруг тебя — твои единоверцы, которых ты регулярно видишь.

Что ты можешь сделать для них?

Мне тогда было лет двадцать. Лобные доли ещё, видимо, не сформировались.

Я сказал:

«Я ничего не умею. Посуду мыть умею довольно неплохо, а больше ничего».

Мне говорят:

«Не может такого быть. Что у тебя в жизни реально хорошо получалось?»

Я говорю:

«В походы хорошо хожу. У меня сил много».

Мне отвечают:

«Вот бери ребят и веди в поход».

И потом лет пятнадцать я водил горные походы.

Тех самых людей, с которыми мы читали Писание, водил в разные горы. Много-много раз.

И это было прекрасно.

Это была молодость такой, какой она и должна быть.

Собираются люди, у которых ещё не слишком много дел, зато много энергии, над которыми пока не висит огромное количество обязательств, — и вместе занимаются тем, что им нравится.

Мне кажется, именно так и должна проходить молодость.