Духовная жизнь православного христианина не исчерпывается тем, что он следует законам христианской нравственности и верует согласно учению Церкви. Началом духовной жизни в христианстве является принятие таинства Крещения — рождение от Святого Духа, а её целью — стяжание Духа Святого, непосредственное общение с Богом, уподобление Ему и, насколько это возможно для человека, приобщение к Нему, или обожение. Путь этот принципиально открыт для всех.

Христианская святоотеческая традиция выделяет четыре составляющие духовной жизни: участие в таинствах Церкви (прежде всего в Евхаристии), чтение Евангелия и творений отцов Церкви, доброделание (так называют борьбу со страстями и приобретение добродетелей) и молитву.

Не здоровые имеют нужду во враче, но больные(Мф. 9:12), — говорит Христос. Это значит, что излечиться (спастись) может только тот, кто осознаёт болезнь своей души, свою греховность и неспособность исцелиться собственными силами. «Начало обращения ко Христу заключается в познании своей греховности, своего падения, — пишет святитель Игнатий (Брянчанинов). — От такого взгляда на себя человек признаёт нужду в Искупителе и приступает ко Христу посредством смирения, веры и покаяния».

Христианский взгляд на духовную жизнь и нравственность отличается от аналогичных светских представлений, поскольку, в отличие от них, основывается на любви, а не на идее справедливости.Пребывающий в любви пребывает в Боге,говорит святой апостол Иоанн Богослов (1 Ин. 4:16). Справедливость же без любви часто оборачивается жестокостью. В Нагорной проповеди Иисус Христос призывает:Любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас, да будете сынами Отца вашего Небесного(Мф. 5:43-45). Ещё более ясно Спаситель говорит о любви, отвечая на вопрос фарисея о наибольшей заповеди:Возлюби Господа Бога твоего всем сердцем твоим и всею душою твоею и всем разумением твоим: сия есть первая и наибольшая заповедь; вторая же подобная ей: возлюби ближнего твоего, как самого себя(Мф. 22:37-39).

Милосердие и бескорыстная любовь ко всем людям без различия — ещё один важный признак истинной духовности. Преподобный Амвросий Оптинский пишет: «Любовь, и милость, и смирение отличаются одними только наименованиями, а силу и действие имеют одинаковые. Любовь и милость не могут быть без смирения, а смирение не может быть без милости и любви».

Можно сказать, что смирение и любовь заключают в себе все христианские добродетели и являются самым действенным инструментом распознания истинной духовности.

Одной из главных составляющих духовной жизни святые отцы называют молитву — непосредственное общение с Богом. «Не хотеть молиться — значит не хотеть быть с Богом», — писал блаженный Августин. Ему же принадлежат такие слова: «Тот умеет хорошо жить, кто умеет хорошо молиться».

Так же невозможна христианская духовная жизнь без чтения Священного Писания (прежде всего Евангелия) и святоотеческих трудов. Плодом такого чтения, пишет святитель Игнатий (Брянчанинов), должно быть «жительство под руководством отеческих писаний с советом преуспевших современных братий».

Уклонение от греха, борьба со страстями, воспитание в себе добродетелей (вспомним о «доброделании») — ещё одна необходимая составляющая духовной жизни. Самое важное здесь, по слову преподобного Ефрема Сирина, «видеть свои прегрешения и не осуждать брата своего». Но «христианское совершенство есть дар Божий, а не плод человеческого труда и подвига, — предупреждает святитель Игнатий (Брянчанинов), — подвигом доказывается только действительность и искренность желания получить дар; подвигом... естество человеческое соделывается способным и предуготовляется к принятию дара». Иными словами, доброделание — лишь средство, а не цель духовной жизни. Вновь и вновь вспоминаем мы о необходимости смирения и о невозможности спастись без Спасителя.

Четвёртая (лишь по очерёдности, но не по важности!) составляющая духовной жизни — регулярное приступание к церковным таинствам. Здесь нельзя не вспомнить слова Христа:Истинно, истинно говорю вам: если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни. Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь имеет жизнь вечную, и Я воскрешу его в последний день. Ибо Плоть Моя истинно есть пища, и Кровь Моя истинно есть питие. Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь пребывает во Мне, и Я в нём(Ин. 6:53-56).

Святое Причащение, или Евхаристия (от греч. «благодарение»), — таинство таинств, стержень церковного богослужения, основа христианской духовной жизни и фундамент, без которого невозможно спасение. О важности Евхаристии, других церковных таинств и вообще церковной жизни точно, всеобъемлюще и ярко сказал священномученик Киприан Карфагенский: «Тот не может уже иметь Отцом Бога, кто не имеет матерью Церковь».

Господь Иисус Христос неоднократно говорил о том, что путь к Нему открыт для всех.Когда Я вознесён буду от земли, всех привлеку к Себе(Ин. 12:32), — обещает Он в одном месте Евангелия.Придите ко Мне все труждающиеся и обременённые, и Я успокою вас(Мф. 11:28), — призывает в другом. Богхочет, чтобы все люди спаслись и достигли познания истины(1 Тим. 2:4), — возвещает апостол Павел. Нет для Богани Еллина, ни Иудея, ни обрезания, ни необрезания, варвара, Скифа, раба, свободного, но всё и во всём Христос(Кол. 3:11).

Совсем иное представление о духовной жизни в йоге. Прежде всего оно связано с такими понятиями индийской философии, как дхарма и варны.

Дхарма (санскр. «правило, закон, учение») в широком смысле — это духовный закон, правда, праведность. В более узком — правила жизни, обязанности, ритуал.

Варны (санскр. «цвет, краска») — общественные (социальные) классы, сословия или касты в Индии. Древнеиндийское общество делилось на четыре основные касты: брахманы (жрецы), кшатрии, или раджаньи (воины), вайшьи (земледельцы, позже к ним добавились торговцы, скотоводы, ремесленники) и шудры (рабы, слуги, позднее наёмные работники). Такое разделение на варны, согласно «Ригведе», установили боги, когда приносили себе в жертву Пурушу — «рождённого в начале»:

К первым трём варнам принадлежали арийцы, а шудрами (слугами) были, по всей видимости, покорённые ими народы, изначально населявшие Индостан.

В самом общем виде индуизм и йога понимают духовную жизнь как следование «своей дхарме» в зависимости от того, к какой варне человек принадлежит по рождению.

Вот как определяет жизненные пути людей, родившихся в разных варнах, одна из священных книг индуистов — «Бхагавадгита». Обратимся к переводу кандидата филологических наук, одного из самых авторитетных санскритологов прошлого века и востоковеда, повлиявшего на формирование целого поколения российских индологов, В. С. Семенцова:

«Бхагавадгита» подчёркивает: человек, довольный своей дхармой и живущий в соответствии с ней, достигает быстрого успеха в свойственных ему занятиях:

Помимо представления об индивидуальной дхарме, у индуистов и йогов для трёх высших сословий существует ещё понятие «жизненной стадии» (ашрама), каждая из которых также предполагает свою дхарму.

Мужчина, родившийся в любой из высших варн, проходит в течение жизни как минимум три стадии. Первая — стадия ученичества (брахмачарья). Начинается она с обряда посвящения, приобщающего человека к священному знанию Вед. Посвящённый в это знание человек именуется «дважды рожденным». Раньше только «дважды рожденные» имели право изучать Веды; шудрам нельзя было даже слушать священные тексты, не говоря уже о том, чтобы читать их или заучивать наизусть. Стадия ученичества начиналась в 5-7-летнем возрасте и могла длиться 12 лет и более.

За ней следует стадия домохозяина (грихастха). Дхарма домохозяина — общественно-полезный труд и совершение жертвоприношений. Состарившись и дождавшись внуков, домохозяин должен перейти на следующую стадию — отшельничества (ванапрастха). На этой стадии ему предписано удалиться в лес, совершать там покаяние и предаваться размышлениям, готовя свою душу к освобождению из круговорота сансары. Таким отшельникам не запрещалось жить вместе: они могли создавать нечто наподобие поселений монастырского типа или скитов. Им позволялось брать с собою в лес даже жён (с их согласия).

Есть ещё и четвёртая стадия — стадия санньясина (отрешённого). На этот путь встаёт лишь тот, кто сам того пожелает. Санньясин порывает со всем: с социальным строем, с верованиями, для него не существует ни варн, ни обрядов, ни ограничений. Его удел — в одиночестве блуждать по городам и весям. Тяготы такой жизни должны окончательно разрушить его привязанность к мирскому бытию и превратить его в мудреца, обладающего высшим знанием и пребывающего в созерцании, свободного от земных привязанностей, от печали, зависти и надежды, пишет М. Элиаде.

Участвовать в религиозных ритуалах и читать священные тексты в индийском обществе традиционно могли только мужчины из высших варн — женщинам, как и шудрам, это было запрещено. Аналогичные ограничения распространялись и на занятия йогой. Претендовать на освобождение из круговорота рождений и смертей могли только представители мужской половины высших сословий. Для женщин и шудр вся духовная жизнь сводилась исключительно к преданному служению своему «господину» (мужу либо начальнику) в надежде на улучшение кармы и будущее рождение сыном брахмана или хотя бы кшатрия. Лишь тогда, в призрачном будущем, представитель низшего сословия мог получить такой же шанс на «спасение».

Сложно сказать, насколько такие представления мотивируют индусов к духовному совершенствованию. Очевидно лишь, что «перевоплощение» для них — это перспектива вынужденная и нежелательная, а вовсе не привлекательное и успокаивающее будущее.