Одиннадцатое Евангелие Святых Страстей (Ин. 19, 38–42)

Во вре́мя о́но моли́ Пила́та Ио́сиф, и́же от Аримафе́я, сый учени́к Иису́сов, потае́н же стра́ха ра́ди иуде́йска, да во́зьмет те́ло Иису́сово: и повеле́ Пила́т. Прии́де же и взят те́ло Иису́сово. Прии́де же и Никоди́м, прише́дый ко Иису́сови но́щию пре́жде, нося́ смеше́ние сми́рнено и ало́йно, я́ко литр сто. Прия́ста же те́ло Иису́сово и обви́ста е́ ри́зами со арома́ты, я́коже обы́чай есть иуде́ом погреба́ти. Бе же на ме́сте, иде́же распя́тся, верт и в ве́рте гроб нов, в не́мже николи́же никто́же положе́н бе. Ту у́бо, пятка́ ра́ди иуде́йска, я́ко близ бя́ше гроб, положи́ста Иису́са.

Стихиры,глас 1:

Вся тварь изменя́шеся стра́хом, зря́щи Тя на Кресте́ ви́сима, Христе: со́лнце омрача́шеся и земли́ основа́ния сотряса́хуся, вся сострада́ху Созда́вшему вся. Во́лею нас ра́ди претерпе́вый, Го́споди, сла́ва Тебе.

глас 2:

Стих: Раздели́ша ри́зы Моя́ себе и о оде́жди Моей мета́ша жребий.

Лю́дие злочести́вии и беззако́ннии, веку́ю поуча́ются тще́тным? Веку́ю Живота́ всех на смерть осуди́ша? Во́лне чу́до, я́ко Созда́тель ми́ра в ру́ки беззако́нных предае́тся, и на Дре́во возвыша́ется Человеколю́бец, да я́же во а́де ю́зники свободи́т зову́щия: Долготерпели́ве Го́споди, сла́ва Тебе́.

Стих: Да́ша в снедь Мою́ желчь и в жа́жду Мою́ напои́ша Мя о́цта.

Днесь зря́щи Тя Непоро́чная Де́ва на Кресте́, Сло́ве, возвыша́ема, рыда́ющи Ма́тернею утро́бою, уязвля́шеся се́рдцем го́рце и стеня́щи боле́зненно из глубины́ души́, лице́ со власы́ терза́ющи те́мже и пе́рси бию́щи, взыва́ше жа́лостно: увы́ Мне, Све́те ми́ра! Что заше́л еси́ от о́чию Мое́ю, Агнче Бо́жий?

Те́мже во́инства безпло́тных, трепетом содержи́ми бя́ху, глаго́люще: непостижи́ме Го́споди, сла́ва Тебе.

Стих:Бог же Царь наш прежде века соде́ла спасение посреде земли́.

На Дре́ве ви́дящи ви́сима, Христе́, Тебе́, всех Зижди́теля и Бо́га, безсе́менно Ро́ждшая Тя вопия́ше го́рько: Сы́не Мой, где добро́та за́йде зра́ка Твоего́? Не терплю́ зре́ти Тя непра́ведно распина́ема: потщи́ся у́бо, воста́ни, я́ко да ви́жу и Аз Твое́ из ме́ртвых тридне́вное Воскресе́ние.

Слава, глас 8:Го́споди, восходя́щу Ти на Крест, страх и тре́пет нападе́ на тварь: и земли́ у́бо возбраня́л еси́ поглоти́ти распина́ющих Тя, а́ду же повелева́л еси́ испусти́ти ю́зники на обновле́ние челове́ков. Судне́ живы́х и ме́ртвых, жизнь прише́л еси́ пода́ти, а не сме́рть: Человеколю́бче, сла́ва Тебе́.

И ныне:Уже́ омака́ется трость изрече́ния, от суде́й непра́ведных Иису́с суди́м быва́ет и осужда́ется на Крест: и стра́ждет тварь, на Кресте́ ви́дящи Го́спода. Но естество́м телеса́ мена́ ра́ди стражда́й, Благи́й Го́споди, сла́ва Тебе.

Двенадцатое Евангелие Святых Страстей(27, 62–66)

Во у́трий день, и́же есть по пятца́, собра́шася архиера́е и фариса́е к Пила́ту, глаго́люще: го́споди, помяну́хом, я́ко льста́ц Он реча́, еща́ сый жив: по триа́х днех воста́ну. Повели́ у́бо утверди́ти гроб до тра́тияго дне, да не ка́ко, приша́дше, ученицы́ Его́ но́щию укра́дут Его́ и реку́т лю́дем: воста́ от мертвых. И бу́дет последняя лесть го́рша па́рвыя. Реча́ же им Пила́т: и́мате кустоди́ю: иди́те, утверди́те, я́коже весте. Они́ же ша́дше утверди́ша гроб, зна́менавше ка́мень с кустоди́ею.

Тропарь,глас 4:

Искупи́л ны еси́ от кля́твы законный, честно́ю Твоею Кро́вию, на Кресте́ пригвозди́вся, и копие́м пробо́дся, безсме́ртие источи́л еси́ челове́ком, Спа́се наш, сла́ва Тебе́.