Голубизна чужого моря,

Блаженный вздох весны чужой

Для нас скорей эмблема горя,

Чем символ прелести земной.

…Фитиль, любитель керосина,

Затрепетал, вздохнул, потух —

И внемлет арфе Серафима

В священном ужасе петух.