4303. Н. П. КОНДАКОВУ

26 января 1904 г. Москва.

26 января 1904 г.

Многоуважаемый Никодим Павлович!

Холодное равнодушие*, о котором Вы пишете мне (петербургской публики ко «Дну»), вероятно, уже забыто Художественным театром; вчера Немирович-Данченко поехал в Петербург, чтобы нанять театр*– представлений на двадцать, а то и тридцать. Если ему это удастся, то повезут «Юлия Цезаря» и «Вишневый сад». Смотрите пока эти пьесы, а уж в будущем году можно будет возвратиться к пьесам Кукольника и Полевого.

Здоровье мое недурно сравнительно с прошлогодним; меньше кашляю и чувствую себя бодрее, хочется работать, и если не работаю, то виноваты в этом мои двери, пропускающие*сквозь себя бесчисленное множество посетителей. Около 10 февраля уеду*, по всей вероятности, в милую Ялту. Собирался за границу*, но не поехал и не скоро поеду, так как нет денег; и к тому же летом поеду с женой в Швецию*, по крайней мере мечтаю об этом, а для этой поездки нужно приберечь и деньги, и силы.

Вы ищете имение, а я ищу для себя дачу и никак не найду. Имение найти теперь трудно, купить еще труднее, а жить в собственном имении еще труднее; по-моему, лучше всего арендовать у удельного ведомства на 99 лет десятин десять, на реке или где-нибудь у озера.

Вы ничего не написали мне о Вашем здоровье и не написали, куда Вы собираетесь в марте уехать*. Опять в Италию?

Когда напишете рассказ*, то, пожалуйста, пришлите. А чтобы пьесу написать в современном духе, или вкусе, то для этого нужно знать секрет, который я, пожалуй, открою Вам: нужно писать пьесу зажмурясь.

За письмо, которое Вы прислали мне, я бесконечно благодарен Вам и долго, долго буду считать себя Вашим должником. Большое Вам спасибо. От души желаю Вам сил и здоровья.

Ваш А. Чехов