4294. Л. В. СРЕДИНУ

20 января 1904 г. Москва

20 янв. 1904.

Дорогой Леонид Валентинович, кончилась у меня канитель с пьесой*, теперь могу на свободе сесть за стол и написать Вам. Москва очень хороший город, по крайней мере таковой она кажется в эту зиму, когда я почти здоров, мороз небольшой, и время идет необычайно быстро. Но здесь страшная толкотня, ни одной свободной минуты, все время приходится встречать и провожать и подолгу говорить, так что в редкие свободные минуты я уже начинаю мечтать о своем возвращении к ялтинским пенатам, и мечтаю, надо сознаться, не без удовольствия.

О Вашем здоровье наши общие знакомые говорят хорошо, я доволен и рад. Ваш страх перед белком мне не нравился; мне все казалось, что если я стану искать у себя белка, то найду его непременно… и тоже начну бояться. Между тем у меня есть хорошие знакомые, например Лавров, редактор «Русской мысли», выделяющий белок и цилиндры с 1884 года, пьющий помногу, временами как пьяница, и только теперь начавший стареть. Мне кажется, что Вам не следует подолгу засиживаться на одном месте и каждое лето нужно уезжать куда-нибудь.

Горький в Москве, но я редко вижу его*. Вчера был у меня Пятницкий, он печатает в сборнике мою пьесу*. Леонид Андреев похудел; рассказ его печатается в том же сборнике*. И Скитальца видел*. Бунин в Ницце*. Вашего Анатолия еще не видел, но слышал о нем много хорошего; говорят, ему очень нравится Москва. Я скоро возвращусь в Ялту*, очень скоро, но, вероятно, не раньше средины или конца февраля. Как бы ни было, я успею еще получить здесь от Вас письмо, если Вы вздумаете написать мне. Софье Петровне*и Зиночке нижайший поклон и привет, низко кланяюсь и крепко жму руку. Будьте здоровы и веселы. Надеюсь, что у Вас в Ялте все благополучно. (Только вот одного нет в Ялте – хорошей телятины! Сейчас я ел телячьи котлеты, великолепные, и думал об этом.) Жена тоже кланяется Вам и просит написать, что она думает о Вас и о Софье Петровне.

Напишите.

Ваш А. Чехов.

На конверте:

Ялта. Доктору Леониду Валентиновичу Средину.