Духовный «аристократизм», удерживающий гармоническое сожительство духовного, психического и соматического «состава» человека, обусловливает то, что среди монахов принято называть «душевным здоровьем». Однако, это гармоническое «сожительство» всех планов нашего существа приходит как венец долголетнего подвига, связанного с борьбою со страстями. Тысячи раз душа переживает самые различные «бури» духовные, посещения благодати, страшные нападения врагов, болезни тела, борьбу с унынием, борьбу за молитву, борьбу с людьми, по неразумию своему враждующих против духовных устремлений наших, и подобное.

Один известный ученый богослов, проведший достаточное время на Афоне, наблюдая двух монахов, к которым он был расположен, одному из них сказал:

– Отец А. и Вы – два противоположных типа христиан: отец А. – тип гармонический, а Вы – трагический.

Монах ответил:

– Я не знаю гармонии, кроме гармонии совершенной любви Христовой, и там, где ее нет, неизбежна трагедия борьбы. Я любви не достиг, и как я могу быть спокойным?

Монах в своем ответе обнаружил обычное сознание святогорцев, что Афон – это большая лечебница, что все люди в той или иной мере больны, поскольку здоровье души понимается как преодоление греха и страстей, и как новая благодатная жизнь в Боге. По обычным понятиям психиатрии – душевно здоровым человеком считается тот, у кого конфликты не приняли острой формы, явно разрушительной для индивидуума или не терпимой для общества. При этом психиатр совершенно не считается с тем, предается ли человек плотским излишествам, или обладает какою-либо другою страстью, лишь бы сам он не ощущал страдания от внутреннего конфликта или не совершал действий, нарушающих обычные нормы человеческого общества.

Итак, для психиатра вопрос исцеления сводится к устранению внутреннего конфликта, а для монаха – это вопрос святого совершенства.