Божественное Писание говорит:расторгните сердца ваши, а не ризы ваши(Иоиль 2:13). Что пользы, скажи мне, если мы будем раздавать бедным имущество свое, а от зла не отстанем и греха не возненавидим? Что также пользы, если мы делом не будем совершать какого–либо плотскаго греха, а в сердце будем питать срамные и нечистые помыслы, совершая таким образом грех тайно в душе своей и обладаемы будучи нечистыми страстями душевными? Отринем же, молю вас, вместе с сребром и златом и обычное нам рабство страстям; не будем стоять в нерадении, как доселе, но восприимем подвиг отмыть скверну страстей слезами покаяния.

Как если царь какой, сидя на троне своем, с короною на главе и в царских одеждах, по своей воле возьмет что–либо нечистое и своими руками вымажет тем свое лицо и замажет чувства свои, до невозможности видеть, слышать и обонять, а потом раскаявшись, что так сделал, положит очиститься от этой скверноты, но не войдет тотчас в жилище свое, чтоб омыться водою и, отмыв ту нечистоту, опять чистым, каков был прежде, возсесть на престол свой, а вместо того, чтоб отмыть эту нечистоту, станет раздавать бедным сокровища свои и богатство свое; то хотя бы он раздал все движимое и недвижимое имущество свое, не получит от этого никакой пользы, если не отмоет водою нечистоты своей, и все смотрящие на него, когда он, имея на лице своем такую нечистоту, обращается с синклитом своим и с князьями своими, будут иметь его в посмешище: так невозможно получить какую–либо пользу и тому, кто также раздаст все богатство свое и сделается совсем нищим, если не оставит греха, не отвратится от зла и не очистит души своей покаянием и слезами. Пусть какой–либо человек, нагрешивший и чувства души своей закрывший нечистотою греховных сластей, раздаст бедным все богатство свое и оставит славу чинов своих, великолепные дома, рабов, родных, друзей и знаемых, и обеднев таким образом, нищим и ничего не имущим придет и сделается монахом: но при всем том, ему, пока жив, потребны и слезы покаяния, которыя совершенно необходимы, чтоб омыть и очистить ими скверну грехов, особенно если он, как и я, нечист не кое–какими, а большими и многими грехами.

Итак, если хотим очистить души свои от скверн греховных, то для этого недостаточно только раздать бедным имущества свои, но потребно еще плакать и проливать слезы от всего сердца. Я так думаю о себе, что если не очищу скверны грехов моих слезами моими, но отыду из настоящей жизни оскверненным, то праведно буду предан поруганию и Богом и Ангелами, и ввергнут в неугасимый огнь вместе с демонами. Да, братия мои, так есть воистину. Ничего не внесли мы в настоящую жизнь, чтоб, когда согрешим, дать то Богу для искупления грехов наших, как и Евангелие говорит:что даст человек измену за душу свою?(Мф. 16:26). Се суд правый! Се праведное и истинное смирение, как говорит и Дух Святый устами Давида:не прииму от дому твоего тельцов, ниже от стад твоих козлов. Яко мои суть вси зверие дубравнии и проч.(Псал. 49:9, 10). И еще:аще бы восхотел еси жертвы, дал бых убо: всесожжения не благоволиши. Жертва Богу дух сокрушен: сердце сокрушенно и смиренно Бог не уничижит(Пс. 50:18, 19). Опять и Христос говорит:не мните, яко приидох разорити закон или пророки: не приидох разорити, но исполнити(Мф. 5:17). Ибо ветхий закон не мог врачевать души от невидимой болезни страстей греховных земными врачевствами, то–есть телесными оправданиями, дарами, жертвами, всесожжениями и прочим. Почему и Предтеча Иоанн говорит:се Агнец Божий, вземляй грехи мира(Иоан. 1:29). Также и Апостол Павел:закон духа жизни о Христе Иисусе освободил мя есть от закона греховнаго и смерти(Рим. 8:2).

Желаете ли знать, как Христос исполнил закон и пророков, как говорит сам Он? Послушайте. Закон говорит: не убий, а Христос: не гневайся; закон: не прелюбодействуй, а Христос: не похотствуй; закон: не клянись ложно, а Христос: совсем не клянись. Разсуди теперь: кто не гневается, тому как возможно убить? Кто не допускает похотствования, тому как возможно соблудить? Тому, кто совсем не клянется, как можно поклясться ложно? Итак, Христос Господь законом Духа, т. е. Евангелием, отсекает от души корни грехов; и это есть исполнение закона, — то, чтоб кто не за какое–нибудь дело оправдывал себя или считал себя праведным, но чтоб во всем и пред всеми был как мертвый, чтоб уж совершенно ничем не смущаться и не тревожиться, и не вздорит с теми, которые опечаливают его чем–либо прискорбным, но жить вполне по заповедям Христа Господа и исполнять ревностно Его повеления. Все заповеди Христовы даны нам в противность грехам; в этих заповедях надлежит жить и их ревностно исполнять всякому, кто желает сподобиться царствия небеснаго; для всего же прочаго надо быть бездейственну и мертву. Христос Господь говорит:аще пребудете во Мне, и глаголы мои в вас пребудут, егоже аще хощете, просите и дастся вам(Иоан. 15:7). Последуем же слову Христову с усердием и ревностию, пока достигнем того места, где пребывает Христос. Христос где сам пребывает, туда влечет и последующих Ему и помещает их во святом святых, как великий архиерей, — там, куда, как человек подобный нам, Он вошел первым, как сам говорит:никтоже приидет к Отцу токмо Мною. Аз есмь путь, истина и живот(Иоан. 14:6). И еще: Отче, ихже дал еси Мне, хощу, да идеже есмь Аз, и тии будут со Мною: да видят славу Мою, юже дал еси Мне(Иоан. 17:24). Распнемся же и мы со Христом, т. е. будем претерпевать всякое искушение, какое ни найдет на нас, и умертвимся по любви к Нему для всех удовольствий мирских, чтобы жить с Ним. Будем вместе с Ним шествовать путем ведущим на небо, храня чистыми сердца свои; ибо когда будем шествовать путем заповедей Его и последовать Ему, не обращаясь вспять, тогда никакого вреда не возможет причинить нам враг наш диавол, особенно если будем шествовать с мудрым руководителем и добрыми спутниками. Убоимся примера безплодной смоковницы, проклятой Христом за безплодие, и принесем Христу достойные плоды чрез покаяние. Не дадим себе воздремать нерадением души своей и не попустим влаяться туда и сюда в прелестях мира, в то время, когда надлежит трудиться в делании заповедей Божиих, чтоб не погасить светильника возженнаго и светящаго под действием плодов покаяния и не уподобиться пяти юродивым девам. — Но делами добрыми и богоугодными будем приумножать талант благодати Христовой.

Ибо для всех вообще, не для монахов только, но и для мирян, возможно всегда каяться и плакать, молиться Богу и преуспевать во всех добродетелях. А что то, что я говорю, истинно, подтверждает слово мое и св. Иоанн Златоуст, великий столп и учитель церкви, в беседе, в коей истолковывает пятидесятый псалом, где говорит, что и для того, кто имеет жену и детей, рабов и множество слуг, большое богатство и почести, и кто велик и славен по мирским делам, возможно не только каждодневно плакать, молиться и каяться, но достигнуть и совершенства добродетели и приять Святаго Духа, соделаться другом Богу и сподобиться созерцания Его. Таковы были жившие прежде Христа: Авраам, Исаак, Иаков, Лот, Моисей, Давид, — оставлю прочих, потому что их было премного, а в новой благодати во время воплощенного домостроительства Христа, Бога нашего, Апостол Петр, рыбарь неученый, проповедавший Христа по всей вселенной. Впрочем всех их кто исчислит, когда они — паче песка морскаго? Много было царей, князей и лиц властных (не говоря уже о бедных), которые с большим иждивением строили города, дворцы, храмы Божии, богадельни, странноприимницы, сохраняющиеся доселе. Имея же все сие при жизни, они пользовались тем благочестно и богоугодно, не как господа и властители, а как слуги Божии, распоряжаясь тем, что дал им Бог, так, как было угодно Богу. Они пользовались миром, как говорит св. Павел, но не злоупотребляли. Почему, и живя в мире, они были славны и знамениты, и в другой жизни в царствии небесном в нескончаемые веки будут славнейшими и светлейшими. Так и мы, еслибы не были нерадивыми и безпечными презрителями заповедей Божиих, но усердными, ревностными, и внимательными исполнителями их, то не имели бы нужды оставлять имущества свои, удаляться от мира и делаться монахами.

Опять и мужам, — царям и властителям скажет Он также: не слышали вы, как Давид согрешил, и когда пришел к нему пророк Нафан и обличил его, не противоречил ему, не разгневался и не скрыл греха своего, но тотчас встал с престола своего и, падши на землю пред всеми, сказал: согрешил я пред Господом моим, и во всю жизнь свою не переставал день и ночь плакать, проливать о том слезы? Не слышали, что тот же Давид говорил:от гласа воздыхания моего прильпе кость моя плоти моей. Уподобихся неясыти пустынней. Пепел яко хлеб ядях, и питие мое с плачем растворях?(Псал. 101:6—7, 10). И опять:утрудихся воздыханием моим, измыю на всяку нощь ложе мое, слезами моими постелю омочу?(Пс. 6:7). Не слышали, как еще говорил он:Господи Боже мой, аще сотворих сие, аще есть неправда в руку моею, аще воздах воздающим ми зла: да отпаду убо от враг моих тощь, да поженет убо враг душу мою, и да постигнет и поперет в землю живот мой, и славу мою в перстъ вселит?(Пс. 7:4—6). Почему же и вы не подражали ему и подобным ему? Уж не подумали ль вы, что вы славнее и богаче его, и потому не восхотели смириться предо Мною? Бедные и несчастные! вы при всем том, что тленны и смертны, хотели быть единодержавцами, и если где–либо оказывался кто такой, который не подчинялся вам, вы тотчас возставали на него, как на ничтожнаго раба своего, при всем том, что он сораб ваш и вы ничего не имеете преимущественнаго пред ним: как же вы не хотели работать и покоряться со страхом и трепетом Мне, Творцу своему и Владыке? И когда вы делали зло тем, которые погрешали против вас, то что подумывали о том, в чем сами погрешили против Меня? — Что нет никого, кто бы взыскал кровь онеправдываемых вами? Или, что нет никого, кто бы видел все, что вы делаете в тайне? Или забыли вы Меня, Творца своего и Бога и подумали, что уж никого нет больше вас? Или не чаяли вы, что имеете некогда предстать предо Мною обнаженными и против воли своей? Не слышали вы, что Я говорил:иже хощет в вас вящший быти, да будет вам слуга: и, иже аще хощет в вас быти первый, буди всем раб?(Мф. 20:26, 27). Как же не вострепетали вы и не пришли в чувство, чтоб сознать ничтожество свое и смириться, боясь пасть в гордость от суетной славы мира сего, преступить заповедь Мою и преданными быть в неугасимый огнь адский? Не слышали разве вы, как Давид, когда поносил его Семей, называя убийцею, не только не разгневался, но сознал себя хуждшим его и запретил тем, которые хотели убить его?

Итак вот и Моисей, и Иисус Навин, и Давид, и многие другие прежде воплощеннаго домостроительства, и еще множайшие после него, ныне, как видите, прославляются вместе со Мною. Многие из них были царями, властителями, богатыми, как и вы, но жизнь свою провели в страхе Божием, в правде и смирении, не воздавая никому злом за зло, хотя многократно были безчестимы и презираемы не равными только себе, но и низшими, и Мне оставляя сделать за них отмщение; а в чем согрешали предо Мною, в том каялись от всей души и плакали о том со страхом и трепетом всю жизнь свою: ибо слышали, что будет день втораго пришествия Моего и суда и веровали тому. Вы же презрели заповеди мои, как какого–нибудь ничтожнаго и безсильнаго лица. Так с теми, с которыми вы предпочитали обращаться, которых слова слушались, которых дела делали, и которым последовали, с теми вместе получите и уготованное им, то есть геенну огненную.

Таким же образом и грешным патриархам противопоставит Он патриархов святых, — Иоанна Златоустаго, Иоанна милостиваго, Григория Богослова, св. Игнатия, Тарасия, Мефодия и всех прочих, которые были образами и подобиями истиннаго Бога, не только словом, но и делом. И грешным митрополитам противопоставит Он митрополитов святых, — Василия Великаго, Григория, брата Василиева, Григория чудотворца, св. Амвросия, Николая — и, словом сказать, всякаго патриарха, всякаго митрополита и всякаго епископа грешнаго сопоставит Он с апостолами и свят. отцами, просиявшими прежде их в тех же епархиях, и, поставив всех их, одних против других, то–есть праведных против грешных, или, как сказано, овец одесную, а козлищ ошуюю, скажет последним: не в тех же ли местах проводили жизнь и вы, как и те, мне угождавшие и служившие? Не на тех же ли кафедрах сидели и вы? — Почему же не подражали вы делам их? Как не убоялись вы держать и вкушать Меня, чистаго и непорочнаго, нечистыми руками и еще более нечистыми душами своими? Как не ужасались и не трепетали вы, делая сие? Зачем тратили вы достояние бедных на собственныя свои удовольствия и на своих родных? Зачем продавали вы Меня за сребро и злато, подобно Иуде? Зачем покупали вы Меня как какого раба непотребнаго и Мною пользовались на удовлетворение пожеланий плоти вашей? Почему, как вы не почтили Меня, так и Я не попечалюсь о вас. Отыдите от Меня, делатели греха, отыдите!

Мы же монахи, такие т. е., которые, подобно мне, ленивы, нерадивы и грешны, — что мы постраждем тогда? Какой стыд, какия муки обымут нас, когда увидим тех, которые в жизни сей имели жен и рабов и рабынь, веселящимися в царствии небесном вместе с женами и детьми своими? Когда увидим тех, которые исправляли разныя должности и обладали богатством, угодившими Богу? Или, короче сказать, — когда увидим всех тех мирян, которые исправляли всякую добродетель и жизнь свою проводили в покаянии и слезах, со страхом Господним, стоящими в веселии светлости праведных? — Когда помыслим, что мы, которые оставили отцев и матерей, братьев и сестер и весь вообще мир, для спасения душ своих, — некоторые же из нас оставили чины, богатство и все другия блага мира сего, — и удалившись из мира, сделались нищими и монахами, для стяжания царствия небеснаго, за свое нерадение и леность и за поблажку худым похотям своим, сами себя довели до того, что нас отбросили ошуюю вместе с блудниками и прелюбодеями, и со всеми жившими непотребно в мире сем: тогда, — увы нам! — какой страх и трепет, и какой стыд покроет нас?! Поверьте мне, братие, что этот стыд будет для нас мучительнее всякаго мучения грешных мирян. Когда я, отвергшийся мира и всего мирскаго стану наряду с грешными мирянами, которые имели жен и детей и были озабочиваемы делами мирскими, чтоб равной вместе с ними подвергнуться муке, а они, обратившись и увидев меня вместе с собою, скажут: и ты монах, оставивший мир, здесь с нами стоишь? Как же это, как? — тогда имею защититься пред ними, и что сказать им? Кто может, братия мои описать, как следует, словом, ту великую скорбь, какою я имею объят быть тогда? Конечно никто. Да и что сказать, и чем защититься?

Оставили мы, монахи, мир и все что в мире, но не отвратились от него всею душею между тем то и есть истинно удаление от мира и всего мирскаго, когда кто, убегши от мира возненавидит все мирское. И что есть мир? — Послушай. Не есть он ни сребро, ни злато, ни лошади, ни мулы, ни яства, ни вино, ни хлеб; потому что все, что необходимо для поддержания телесной жизни, употребляем и мы монахи, едим и пьем, сколько потребно. Не есть он ни дома, ни поля, ни виноградники, ни загородныя жилища; а что же есть? Грех, пристрастие к вещам и страсти. Аяже в миречто суть? Пусть это скажет нам Иоанн Богослов, возлюбленный ученик Христов: не любите мира, ни яже в мире: яко все, еже в мире, похоть плотская, похоть очес и гордость житейская, несть от Отца, но от мира сего есть(1 Иоан. 2:15, 16). Почему, если мы, удалившись от мира и оставивши его, не соблюдаем этого, что нам пользы от одного удаления? Из какой бы части мира мы ни вышли, и в какую бы страну ни переселились, везде встретим теже вещи и теже нужды; потому, будучи человеками, куда ни пойдем, нигде не можем жить иначе, как живут человеки, яко человеки. Где бы мы ни находились, везде нам необходимо потребное для тела, и кроме того везде встретим жен, детей, вино, всякаго рода плоды и прочее. Так уж устроена жизнь наша. Итак от всего этого не убежишь; а от чего убежать можно? От пристрастия к сему. Тогда и от греха легко избежать. Если же мы имеем похоть плоти, похоть очес и парение помыслов, то как, находясь среди всего этого, избежать нам греха и не подвергнуться уязвлению от стрел его? Но я знаю очень хорошо, что многие и в древния, и в нынешния времена сохраняли и сохраняют себя неузвленными от него, и, находясь среди вещей и дел мирских, среди попечений и забот житейских, проводили и проводят жизнь в совершенной чистоте и святости, следуя указанию св. Павла, который говорит:время сокращено есть прочее, да имущии жены, яко не имущии будут… и купующии, яко не содержаще: преходит бо образ мира сего(1 Кор. 7:29—31). Посему и о прочем разумевай, т. е. кого безчестят и обижают и тем подвигают на гнев, тот пусть не гневается; кого хвалят, тот пусть не держит в уме своем того, что говорят в похвалу ему; кто побуждается сделать кому отмщение, — тот пусть будет в мире как мертвый всем сердцем своим, и прочее. Кто раз сделался таковым, тот прочее пусть усердно ревнует о том, чтоб уж и всегда соблюдать себя безпечальным даже о самой жизни тела. Таковыми были и во всякое время бывают те, которые усердно подвизаются.

Другой перевод:

Почему вы [цари, властители и военноначальники] не были подражателями ему (Давиду) и подобным ему? Или, может быть, вы считали себя более славными и богатыми, чем он, и потому не захотели смириться (пред Богом)? Жал­кие и несчастные, вы, будучи тленными и смертными, захотели стать единодержцами и миродержцами. И если только находился кто-нибудь в другой стране, не желающий вам подчиняться, вы превозносились над ним, как над вашим ничтожным рабом, и не выносили его неподчинения, хотя и он был таким же, как и вы, рабом Божиим, и у вас не было никакого преимущества пред ним. А Мне, вашему Творцу и Владыке, вы не хотели подчиниться... Разве вы не слыхали, как Я говорил: «Желающий в вас быть первым да будет са­мым последним, рабом и служителем всех»? Как вы не боялись... впасть в гордость от этой пустой славы и стать преступниками этой Моей за­поведи... Но вы презрели Мои заповеди, как будто это были заповеди одного из отверженных и слабых.

[Цит. по Архиепископ Василий (Кривошеин). Преподобный Симеон Новый Богослов и его отношение к социально-политической действительности своего времени]