Въ самомъ дѣлѣ, если созерцательная жизнь св. столпниковъ состояла въ самоуглубленіи, въ изученіи своей души въ ея тончайшихъ изгибахъ, непрестанномъ изслѣдованіи своихъ помысловъ, въ постоянной борьбѣ съ грѣховными движеніями души, въ молитвенномъ общеніи съ Богомъ, если они, при помощи этой работы надъ собою, дѣлались иногда глубокими психологами, хотя были даже совсѣмъ простецами, какъ это мы видимъ на примѣрѣ св. Симеона І-го столпника, бывшаго пастухомъ, то кто же, какъ не такое лицо, можетъ подать лучшій совѣтъ въ затрудненіи, исцѣлить душевныя язвы, примирить сомнѣнія, поднять падшаго, очистить, успокоить? вотъ потому нѣкогда и стремился народъ толпами къ Іоанну Предтечѣ, жившему въ пустынѣ и углубленному только въ Бога и въ свою душу. Потому-то тысячи духовно-страждующихъ шли въ пустыни къ св. столпникамъ, которые щедрою рукою раздавали всѣмъ плоды своей созерцательной жизни. Не смотря на то, что св. столпники бѣжали отъ людей, ради безмолвія восходили на столпы, однако массы народа стекались отовсюду къ спасительнымъ маякамъ-столпамъ: „И стали приходить к нему все, читаемъ въ житіи св. Симеона І-го[MXX]не только жившие окрест, но и из дальних стран, такие, которым для этого приходилось совершать продолжительный путь. Одни из них приводили к нему своих больных, другие просили исцеления больным, лежащим дома; иные сами были одержимы бедами и скорбями, иные терпели мучения от бесов. И никто из приходящих к преподобному не возвращался без утешения, но каждый получал просимое: кто – исцеление, кто – утешение, иной – полезное наставление, другой – иную какую-либо помощь. Все возвращались в дома свои с радостью, славя Бога… Как реки, стекались к Симеону различные народы и племена: приходили к нему из Аравии и Персии, из Армении и Иверии, из Италии, Испании и Британии."[MXXI]. Къ столпу св. Алипія „собирашеся множество народа мужей и женъ, старцевъ съ юнотами[MXXII]. Къ св. Симеону Дивногорцу „отъ всѣхъ странъ безчисленное множество народа прихождаху". И иноки, и мірскіе люди: одни посмотрѣть на него, другіе – послушать его бесѣды, третьи получить исцѣленіе[MXXIII]. Отъ чего зависѣло то, что св. столпники привлекали къ себѣ народъ? объяснить это можно просто. Какъ въ мірѣ физическомъ небесныя свѣтила притягиваются другъ къ другу безъ всякаго вещественнаго посредства, такъ и въ мірѣ духовномъ каждая духовная личность, даже безъ видимаго дѣйствія, – уже однимъ своимъ пребываніемъ на нравственной высотѣ, поднимаетъ и привлекаетъ къ себѣ все сродное въ душахъ человѣческихъ (напр. покойный отецъ Іоаннъ Кронштадтскій). Это одно. Затѣмъ, св. столпники – созерцатели, обращая вниманіе на свое сердце, способное обнять любовію всю вселенную и особенно на то, какъ дорога душа человѣка въ очахъ Божіихъ, что она искуплена честною кровію Сына Божія и въ обиліи снабжена благодатными силами къ животу и благочестію, конечно, считали себя призванными къ тому, чтобы изъ своего сердца изливать на всѣхъ добро, быть въ нѣкоторомъ отношеніи, позволимъ себѣ смѣлость выразиться, творцомъ блаженства другихъ. Въ ихъ любви къ ближнему, этому второму ихъ я, заключалась всякая власть, и сила, и истина. Вслѣдствіе этой любви и слово св. столпниковъ горѣло огнемъ неотразимаго убѣжденія, согрѣвая теплотою умиленное сердце, услышавшее его и чуждое холоднаго, мертваго нравоученія, оно давало ему миръ и счастіе. Вотъ разгадка того, что столпы были окружены народомъ. Надо полагать, что нравственное величіе подвига „столпничества" возвышается участіемъ послѣдователей его въ счастіи и спасеніи ближнихъ, отъ спасенія которыхъ зависѣло и ихъ нравственное благополучіе. Какимъ образомъ? Вѣдь, нравственный законъ долженъ быть исполненъ въ духовномъ обществѣ и всѣ повелѣнія этого закона могутъ быть подведены подъ одно общее велѣніе, – именно: обязанность, заключающая въ себѣ всѣ обязанности, состоитъ въ посвященіи себя, со стороны каждаго члена духовнаго общества, общему благу этого общества, т. е. его счастію, понимая подъ этимъ счастіемъ не преходящія радости, которыя могутъ расходиться съ долгомъ и противорѣчить ему, но счастливое состояніе, присущее тому порядку, выраженіе котораго и есть нравственный законъ. Св. столпники, провидя созерцательный образъ жизни, служили себѣ и вмѣстѣ содѣйствовали нравственному благу общества и духовный законъ, такимъ образомъ, осуществляли въ духовномъ обществѣ. Вѣдь, чрезъ исполненіе духовнаго закона чрезъ посвященіе себя общему благу и можетъ только осуществиться благо духовнаго общества. Общимъ выраженіемъ отношеній св. столпниковъ къ ближнимъ былъ законъ человѣколюбія, какъ мы уже говорили, и этотъ-то законъ красною нитью проходилъ чрезъ всю ихъ жизнь.

Признавая въ ближнихъ достоинство и права своей собственной природы, св. столпники самоотверженно стремились облегчать себѣ подобныхъ въ ихъ тѣлесныхъ прежде всего нуждахъ. Когда кто приходилъ къ св. Симеону Дивногорцу „наготствуяй", то онъ, снявъ съ себя свою одежду, отдавалъ тому, а самъ стоялъ нагой; дѣлалъ онъ это не только лѣтомъ, но и зимой „многажды"[MXXIV]. Св. столпники заботились удовлетворять и духовнымъ нуждамъ общества. Они входили въ состояніе и нужды несчастныхъ и давали необходимые жизненные совѣты. Ко св. Алипію собирались люди „послушати отъ него полезнаго словесе и исцѣлиться отъ недуговъ своихъ душевныхъ же и тѣлесныхъ[MXXV]. Св. Симеонъ І-й „всякий день наполнял он сердца слушавших рекой учения, и многие, наставляемые его учением, оставляли все земное и, как птицы, возносились горе, – одни уходя в монастыри, другие – в пустыни, а иные – оставаясь жить при нем”[MXXVI]. Св. Симеонъ Дивногорецъ по повелѣнію игумена столпника Іоанна поучаетъ братію, и самъ игуменъ въ сладость его слушаше. „И был таким образом юный отрок, замѣчаетъ житіе, мудрым и полезным учителем для старых"[MXXVII]. Такимъ образомъ, стоя на столпѣ и подвизаясь на немъ, св. столпники привлекали къ себѣ массы народа и выступали въ качествѣ учителей съ импровизированной каѳедры. Даже одинъ взглядъ на отрѣшенную отъ всего земного жизнь св. столпниковъ давалъ чувствовать мірскимъ людямъ, чего требуетъ отъ христіанина его небесное званіе, гдѣ его истинное отечество, истинныя радости. Живымъ стремленіемъ къ духовному совершенству св. столпники пробуждали безпечность осуетившихся мірскими заботами и показывали, что значитъ быть истиннымъ христіаниномъ. Истинная ихъ христіанственность и привлекала къ столпамъ не только простыхъ людей, но и царей, и высшихъ духовныхъ лицъ, жаждущихъ наставленія и нравственнаго утѣшенія. Патріархъ антіохійскій Домнъ нарочно изъ Антіохіи прибылъ къ св. Симеону І-му, который много съ нимъ о пользѣ души бесѣдовалъ[MXXVIII]. Императоръ Маркіанъ (преемникъ Ѳеодосія) часто посѣщаше препод. Симеона столпника (І-го) тайно и много отъ него пользовашеся[MXXIX]. Богатому запасу духовной опытности св. столпниковъ способствовали: трезвенность ихъ души, постоянная бдительность надъ собою, борьба съ различными искушеніями на пути къ духовному совершенству; но болѣе всего благодать св. Духа, обильно изливающаяся на усердно работающихъ Господу, – и отсюда даръ сердцевѣдѣнія, ученія и духовнаго помазанія были причиною необыкновенной дѣйственности ихъ наставленій на сердца мірянъ. Оттого „ И все не могли насытиться, замѣчаетъ житіе св. Симеона І-го столпника, и созерцанием святолепного лица его, и сладкоглаголивой беседой его, ибо уста его были исполнены благодати Святого Духа”[MXXX]. Св. Даніилъ „ имел еще великий дар столь благодатного слова, что слушатели от его наставлений приходили в глубокое умиление”[MXXXI].

Далѣе, св. столпники почитались мудрецами своего времени, глубокими знатоками предметовъ религіозныхъ: ихъ мудрость засвидѣтельствована и прославлена всѣми современниками, напр. Ѳеодоритомъ Кирскимъ[67], Евагріемъ, Ѳеодоритомъ чтецомъ, Космою халдейскимъ священникомъ и др. Императоры: Ѳеодосій, Леонъ, Маркіанъ, Левъ, Зенонъ не разъ въ затруднительныхъ случаяхъ пользовались наставленіями св. столпниковъ; царей и князей и всякихъ властителей св. Симеонъ І-й наставлялъ посредствомъ своихъ писемъ и располагалъ ихъ къ страху Божію, къ милосердію, любви, къ защищенію Божіей церкви[MXXXII]. Св. Даніилъ столпникъ совѣтуетъ императору Льву и патріарху Геннадію „дважды въ седмицѣ" совершать соборныя молебствія, чтобы избѣжать наказанія Божія, грядущаго на городъ. Императоръ Левъ такъ уважалъ св. Даніила, что неоднократно посѣщалъ его столпъ, прося благословенія св. столпника и наставленій; императорскія посѣщенія были исполнены глубокаго чувства смиренія; „царь совлечеся царскаго одѣянія, читаемъ въ житіи св. Даніила и смиренно къ нему на столпъ припаде къ святымъ ногамъ его, яже видѣвъ отекшыя и согнившыя отъ многаго стоянія, удивися великому терпѣнію его, и пріемъ благословеніе съ веселіемъ возвратися". Въ другой разъ императоръ Левъ посѣщаетъ св. Даніила послѣ бывшей страшной осенней бури и лично наводитъ справки о томъ – не причинила-ли она вреда св. столпнику и приказываетъ сдѣлать новыя желѣзныя связи въ замѣнъ сломавшихся отъ бури[MXXXIII]. Въ другой разъ онъ на колѣняхъ умоляетъ со слезами св. Даніила сдѣлать крышу надъ столпомъ: „пощади себе, аще не тебе ради, то нашея ради пользы, да не умреши прежде времени и оставиши насъ сирыхъ. Онъ же слезное моленіе царево видя, попусти создатися покрову не своего ради упокоенія, но прилежнаго ради моленія царева[MXXXIV]. Императоръ Левъ „всѣхъ отъ различныхъ земель приходящихъ къ нему пословъ и великихъ князей привождаше къ столпу св. Даніила, ово самимъ собою, ово же иными честными. Тіи же удивляющеся великому преподобнаго отца терпѣнію, како зиму и зной днемъ и нощію претерпѣваетъ, умиляхуся душею, и со многою возвращахуся пользою". Губазія, царя Лясарскаго, импер. Левъ, послѣ перемирія съ нимъ, свелъ къ св. Даніилу и, показывая его, сказалъ: „се есть чудо въ царствіи моемъ"; Губазій, подивився терпѣнію св. столпника, не только кланялся св. Даніилу, но и самому столпу и со слезами говорилъ: „благодарю Тя, Царю небесный, яко пришедша мя къ царю земному, сподобилъ еси видѣти небеснаго мужа и его пребываніе". Возвратившись домой, онъ часто вспоминалъ предъ своими подданными св. столпника Даніила и „писанія своя къ нему посылаше, прося святыхъ его молитвъ о защищеніи царства своего". Святость жизни и неподражаемый аскетизмъ по истинѣ могъ удивлять всѣхъ приходящихъ къ св. столпникамъ[68], уваженіе къ которымъ было такъ велико, что владѣтельныя особы считали счастіемъ для своей страны имѣть въ ней такого подвижника.” Такъ, царица Евдокія[MXXXV], посѣтивъ св. Даніила, приглашала его поселиться въ безмолвныхъ мѣстахъ ея державы, но св. Даніилъ, похваливъ ея благое намѣреніе, отказался отъ предложенія и, благословивъ императрицу, отпустилъ ее съ миромъ[MXXXVI]. Антіохіяне не отдаютъ мощей св. Симеона І-го импер. Льву въ Царьградъ, сказавъ ему: „они стѣна и защищеніе граду[MXXXVII].

Хотя св. столпники безпрерывно стояли на столпѣ, удаленномъ отъ мірской суеты, но они не были чужды хода мірскихъ событій и интересовъ, волнующихъ души ихъ современниковъ. Къ нимъ императоры обращаются за благословеніемъ и совѣтомъ предъ выступленіемъ въ походъ. Императоръ Левъ, прежде чѣмъ выступить на брань противъ Генсериха, царя вандальскаго, осадившаго г. Александрію, со всѣмъ синклитомъ отправляется къ св. Даніилу столпнику и проситъ его молитвъ. Св. столпникъ предсказываетъ, что Генсерихъ не только не возьметъ Александріи, но не успѣетъ осуществить еще и другихъ предварительныхъ плановъ „и тощь во своя возвратится". Импер. Зенонъ Исаврянинъ[69]тоже идетъ за благословеніемъ къ св. Даніилу предъ битвой съ варварами, опустошавшими Ѳракію, и св. столпникъ предсказываетъ ему успѣхъ въ битвѣ, воцареніе по смерти Льва, изгнаніе съ престола и новое возвращеніе на царство[MXXXVIII]. Св. столпники, способствуя душевному благу вѣрующихъ, вмѣстѣ съ тѣмъ содѣйствовали распространенію православія, обличая ереси того времени и разные непорядки церковные. Императоръ Ѳеодосій, по случаю распри, возникшей между Кирилломъ и Іоанномъ антіохійскимъ на Ефесскомъ соборѣ, писалъ къ св. Симеону І-му, какъ къ такому мужу, который одинъ мудростію своихъ совѣтовъ и силою молитвъ можетъ положить конецъ несогласіямъ и возстановить миръ въ церкви. Св. Симеонъ пишетъ посланіе къ импер. Ѳеодосію о томъ, чтобы была возвращена христіанамъ ихъ церковь, отданная іудеямъ, „наказуя его и страша гнѣвомъ Божіимъ, не обинуяся лица царска". Получивъ посланіе св. Симеона, Ѳеодосій распорядился возвратить обратно церковь христіанамъ, а эпарха, посовѣтовавшаго отдать ее іудеямъ, низложилъ, а къ св. столпнику послалъ моленіе, „прощенія прося, и да молитву о немъ сотворитъ къ Богу". Царицу Евдокію, впавшую въ евтихіанство послѣ смерти мужа[70]св. Симеонъ „ преподобный увещал своими письмами и в течение четырех месяцев снова обратил ее к благочестию. По обращении своем, проживши еще четыре года в покаянии, она сподобилась блаженной кончины в Иерусалиме”[MXXXIX]. Св. Даніилъ для умиротворенія церкви сходитъ даже съ столпа: когда въ 476 году Василискъ свергнулъ съ императорскаго престола Зенона, то „нача зѣло смущати церковь Божію, соборъ Халкидонскій отметая, разсѣвая же еретическія ученіи". Соборъ епископовъ во главѣ съ патріархомъ Цареградскимъ Акакіемъ оказывалъ возможное сопротивленіе Василиску, „но ничто же успѣ". Тогда были посланы нѣсколько епископовъ къ св. столпнику Даніилу съ просьбою о томъ, „да сошедъ съ столпа, къ нимъ въ царствующій градъ на помощь церкви воюющей пріидетъ. Преподобный же аще и не хотяше ниже на малое время снити отъ мѣста своего, обаче нужду церкве видя, къ сему же и свыше божественнымъ гласомъ увѣщанъ бывъ, сниде съ столпа, и во градъ къ патріарху и къ сущимъ съ нимъ епископомъ пріиде". Василискъ, узнавъ о прибытіи св. столпника. скрылся отъ него въ одно селеніе, но преподобный послѣдовалъ за нимъ, но такъ какъ, по причинѣ болѣзни отекшихъ ногъ, онъ идти не могъ, то его несли на рукахъ. Василискъ не хочетъ видѣться съ св. Даніиломъ, и тотъ возвращается въ городъ. Василискъ является къ св. столпнику и на колѣняхъ и со слезами проситъ у него прощенія. Св. Даніилъ разоблачаетъ его лицемѣріе; вскорѣ отъимется отъ тебя царство; прогнѣвляяй Царя небеснаго, сокровиществуетъ себѣ злая многая, смиреніе твое и умиленіе притворно есть, одеждою овчею прикровенный волчій нравъ, но вскорѣ узрите всевидящее око Божіе и всесильную Его руку, сильныхъ съ престола низлагающую". Послѣ этого свиданія съ Василискомъ св. Даніилъ опять возвращается на свой столпъ[MXL]. Св. Симеонъ Дивногорецъ пишетъ письма императорамъ Юстиніану и Юстину о возникшихъ въ то время ересяхъ несторіанъ и самаританъ, какія посланія читались въ 4-мъ и 5-мъ засѣданіяхъ на VII вселенскомъ соборѣ[MXLI]. Когда св. Кириллъ Туровскій подвизался на столпѣ, въ то время на епископскихъ каѳедрахъ явились недостойные пастыри: Леонъ, епископъ сперва ростовскій, а потомъ суздальскій и Ѳеодоръ, епископъ ростовскій[MXLII]. Леонъ запрещалъ разрѣшать постъ среды и пятницы въ праздники, не исключая даже праздниковъ Рождества Христова и Богоявленія; Ѳеодоръ, напротивъ, училъ, что должно разрѣшать постъ среды и пятницы не только для всѣхъ господскихъ праздниковъ, но и для праздниковъ нарочитыхъ святыхъ и въ теченіе всей пятидесятницы. Св. Кириллъ возсталъ противъ нихъ со всею ревностью: обличалъ одного, увѣщавалъ, умолялъ и, наконецъ, проклялъ другого[MXLIII].

Св. столпники были и миссіонерами. Про св. Симеона говорится: „не подобаетъ же и сего умолчати, яко преподобный отецъ нашъ Симеонъ, стоя на столпе, как свеча на свещнике, преподобный отец наш Симеон явился светом для мира, просвещая народы, пребывавшие во тьме идолослужения, и наставляя их к свету познания истинного Бога. Слава дивной благодати Божьей, действовавшей в нем! Стоя на одном месте, подвижник привел к вере столь многих, как если бы проходил всю вселенную, уча и проповедуя. Ибо, как солнце, испускал он лучи добродетельного жития своего и сладкоглаголивого учения и просвещал окрестные страны. При его столпе можно было видеть персов и армян, принимавших святое крещение; измаильтяне же приходили толпами – по двести, по триста, а иногда и по тысяче человек; с криком отвергались они от заблуждений отцов своих и принося к столпу идолов, которых они с древних лет почитали и которым поклонялись, сокрушали их при столпе и попирали ногами; и приняв закон истинной веры от медоточивого языка преподобного и сподобившись причащения Божественных Таин, возвращались с радостью великой, просвещенные светом святого Евангелия”[MXLIV]. Св. столпники, значитъ, были великими благодѣтелями человѣчества, отрадными свѣтилами, разливавшими теплоту, жизнь и радость вокругъ себя. Оттого многіе изъ приходившихъ къ нимъ не хотѣли отойти отъ нихъ и, оставляя свои дома и имѣнія, поселялись при столпахъ для того, чтобы непрестанно наслаждаться лицезрѣніемъ св. столпниковъ и поучаться ихъ бесѣдами. Столпы, поэтому, являлись центрами, гдѣ сосредоточивалась религіозная жизнь. Возлѣ каждаго св. столпника мало по малу возникали обители и устроялись монастыри. Объединяясь въ братскія общины съ цѣлію молиться и трудиться для своего спасенія въ братскомъ единодушіи, при взаимной другъ другу помощи, при поощреніи и утѣшеніи въ подвигахъ духовныхъ со стороны св. столпниковъ, эти подвижники при столпахъ разливали свой подвижническій духъ по окрестностямъ, привлекая къ себѣ массы народа. Вотъ что читаемъ въ житіи св. Симеона І-го: „и многие, наставляемые его учением, оставляли все земное и, как птицы, возносились горе, – одни уходя в монастыри, другие – в пустыни, а иные – оставаясь жить при нем"[MXLV]. Нѣкоторые жити при столпѣ св. Алипія изволяху[MXLVI]. Такъ какъ около столповъ организовывались общины, то св. столпники заботились объ объединеніи членовъ общины путемъ построенія монастырей съ церквами. У столпа св. Симеона „создана была во имя его прекрасная крестообразная церковь и устроен большой монастырь "[MXLVII].

На Дивной горѣ созданъ былъ тоже монастырь съ церковью, устроенною руками исцѣленныхъ[MXLVIII]. Императоръ Левъ по желанію св. Даніила строитъ церковь во имя св. Симеона столпника, на сѣверъ отъ столпа Даніилова, куда съ честію переноситъ часть мощей св. Симеона, „Даниил был глубоко обрадован этим, и по случаю перенесения мощей обратился к народу с надлежащим поучением "; воздвигаетъ также при церкви и страннопріимницу[MXLIX]. Св. Алипій столпникъ располагаетъ знакомыхъ своихъ гражданъ и сосѣднихъ жителей къ построенію храма въ честь св. великомученицы Евѳиміи на мѣстѣ эллинскихъ гробовъ и „освященнѣй ей бывшей, начаша приходити отъ града людіе на славословіе Божіе, и слышати полезная святаго поученія, иніи же и жити при ней изволяху". Въ виду громаднаго стеченія народа къ своему столпу св. Алипій построилъ по ту и другую сторону столпа два монастыря – мужской и женскій и „Сам же стоял на столпе посередине, просвещая оба монастыря своим учением и примером своей Ангельской жизни и защищая их своими молитвами. Алипий дал им законы и уставы иноческого жития, повелев тщательно блюсти себя от козней бесовских, притом женщинам он особенно заповедал никогда не показываться на глаза мужчин”[ML]. Можетъ возникать недоумѣніе относительно близости монастырей мужского и женскаго. Оно устраняется обычаемъ тогдашняго христіанскаго востока, по которому женскія обители располагались по сосѣдству съ мужскими, на небольшомъ разстояніи. Управляясь самостоятельно въ своей внутренней жизни, онѣ пользовались отъ мужскихъ монастырей только руководствомъ опытныхъ въ духовной жизни старцевъ, назначавшихся обыкновенно на это дѣло настоятелями мужскихъ обителей по просьбѣ настоятельницъ обителей женскихъ, или же лицами, близкими къ монастырю[71]. Близъ этихъ монастырей часто жили благочестивыя лица того и другого пола, иногда съ цѣлыми семействами. Они не принадлежали обыкновенно ни къ одной обители, а жили своею самостоятельною жизнію, посвящая себя молитвамъ, воздержанію и цѣломудрію. Они также поселялись вблизи обителей для того, чтобы пользоваться уроками духовной опытности подвижниковъ[MLI]. Св. столпники отчасти управляли монастырями сами, какъ сейчасъ мы видѣли изъ житія св. Алипія, или поручали близкимъ себѣ; напр., тотъ-же св. Алипій столпникъ послѣ того, какъ постригъ свою мать діакониссу въ инокини, поручилъ ей управленіе женскимъ монастыремъ при столпѣ[MLII].

Смиреніе и кротость являются характеристическими чертами жизни св. столпниковъ, какъ въ отношеніи къ себѣ, такъ и къ ближнимъ. Всѣ ихъ слова и поступки ознаменованы глубокимъ уничиженіемъ. Св. Симеонъ І-й, уважая всякаго безъ исключенія, называлъ себя не иначе какъ презрѣннымъ и отверженнымъ монахомъ, псомъ смердящимъ[MLIII]. Мудрость своихъ совѣтовъ всегда старался прикрывать какою-то особенною простотою и скромностію и самъ внималъ совѣтамъ другихъ (напр.: когда велѣли ему снять цѣпь съ ноги, которою онъ приковался къ горѣ, въ виду того, что надобно связывать волю, то онъ со смиреніемъ исполнилъ приказаніе и съ любовію послушалъ поученіе о связываніи воли). Безчисленныя и многоразличныя исцѣленія, совершаемыя св. столпниками, они относили единственно къ благодати Божіей, запрещая исцѣленнымъ говорить про нихъ: „наказываше преп. Симеонъ (І-й), Прославляй Господа, даровавшего тебе исцеление, и отнюдь не дерзай говорить, что тебя исцелил Симеон – чтобы не случилось с тобой большее бедствие "[MLIV]. Св. Даніилъ „силу чудотворенія не своей добродѣтели причиташе, но молитвамъ св. Симеона: ибо приходящихъ къ себѣ больныхъ отсылаше въ церковь Симеонову къ св. его мощамъ"[MLV]. Св. Симеонъ, сознавая непрестанно свою виновность и недостоинство предъ Богомъ, обыкновенно поручалъ себя молитвамъ другихъ просіявшихъ подвигами и добродѣтелями[72]. Онъ безъ ропота принялъ несправедливое отлученіе его отъ монашескаго общества и безъ всякаго прекословія повиновался требованію Сирійскихъ посланниковъ, повелѣвавшихъ ему сойти со столпа[MLVI]. Св. Даніилъ по приказанію Геласія[73]сходитъ съ столпа и снова возвращается на него по просьбѣ того же Геласія[74]. Никакія клеветы и оскорбленія не могли возбудить въ св. столпникахъ негодованія. Св. Симеона І-го обвиняли въ тщеславіи[MLVII]; мѣстные клирики клевещутъ на св. Даніила цареградскому патріарху Анатолію, называя его чародѣемъ, лицемѣромъ, льстецомъ, волшебникомъ и просятъ изгнать св. Даніила изъ той мѣстности[75]. Патріархъ Геннадій хотѣлъ казнить св. Даніила за столпостояніе[MLVIII]. Нѣкоторые изъ еретиковъ, которыхъ, вѣроятно, обличалъ св. Даніилъ, подкупаютъ блудницу Вассіану и распускаютъ молву о блудодѣйствѣ съ нею св. столпника[MLIX]. Нѣкто публично ругаетъ св. Даніила и, показывая народу печеную рыбу, съ насмѣшкою говоритъ: „вотъ что ѣстъ вашъ постникъ"[MLX]. Братія Пильскаго монастыря, гдѣ подвизался на столпѣ св. Симеонъ Дивногорецъ, ненавидитъ его, и когда случилось съ св. Симеономъ діавольское навожденіе (плотская брань), то они злорадостно говорили: „гдѣ нынѣ есть пощеніе его, человѣческія силы превосходящее; гдѣ подвиги его; гдѣ чудотворенія; да поможетъ нынѣ самъ себѣ"[MLXI]. Св. столпники обидъ не помнили, молились за своихъ враговъ и исцѣляли клеветниковъ. Св. Даніилъ наказаннаго клеветника (показывавшаго рыбу) бѣснованіемъ исцѣляетъ своею молитвою, „не памятозлобствуя, ни воздая досажденія за досажденіе[MLXII]. Жесточайшій врагъ св. Даніила Геласій становится чрезъ кротость св. столпника почитателемъ его И предъ царемъ (Львомъ) прославляетъ его добродѣтели[MLXIII]. Св. Даніилъ исцѣляетъ блудницу Вассіану отъ бѣснованія, несмотря на то, что она оклеветала его въ блудѣ съ нею по наущенію еретиковъ[MLXIV]. Словомъ, св. Даніилъ, по замѣчанію его житія, бѣ милостивъ и незлобивъ нравомъ, добротворя ненавидящимъ его[MLXV]. Св. Дивногорецъ исцѣляетъ пастуха, который хотѣлъ убить его[MLXVI]. Ради смиренія св. столпники отказывались отъ всякаго начальствованія, даже отъ пресвитерства. Св. Даніилъ, несмотря на усиленныя просьбы братіи отказывается отъ игуменства и уходитъ въ затворъ.[MLXVII]Св. Дивногорецъ, долго отказывавшійся отъ пресвитерства, только 33-хъ лѣтъ соглашается принять священство отъ Діонисія, епископа Селевкійскаго[MLXVIII]. Самое восхожденіе на столпы носило характеръ смиренія. Св. Даніилъ, „да не увѣсть о немъ никтоже", ночью уходитъ изъ затвора и восходитъ на столпъ[MLXIX]. Св. Дивногорецъ тоже тайно удаляется на Дивную гору[MLXX]. Смиреніе, кротость, послушаніе, любовь св. столпники считали главными добродѣтелями инока. Это ясно засвидѣтельствовано нѣкоторыми изъ нихъ въ ихъ предсмертныхъ завѣщаніяхъ. Вотъ что написалъ св. Даніилъ своимъ ученикамъ, повелѣвъ прочитать этотъ завѣтъ всѣмъ инокамъ: „гоните смиреніе, служите послушанію, любите страннопріимство, постъ, бдѣніе, нищету, и яже первая и большая есть заповѣдь любовь; та, яже благочестію суть прилична, право держите еретическихъ плевелъ блюдитеся, матери же вашея св. церкви нимало же отлучайтеся: и аще та вся сотворите, будете добродѣтелію совершени[MLXXI]„Хощу, завѣщалъ предъ смертію св. столпникъ Іоаннъ, да вси будутъ подражатели св. Симеона (Дивногорца) въ пламенносердечной его любви къ Богу"[MLXXII]. Св. Савва Вишерскій предъ смертію завѣщалъ ученикамъ своимъ быть смиренными, а насколько онъ самъ былъ смиренъ можно заключать изъ слѣдующей его предсмертной просьбы къ ученикамъ: „егда отъ тѣла душа моя разлучится, да не коея же чести мя сподобите, но тако: просто по земли влекуще до гроба, земли предадите"[MLXXIII].

Пророчества св. столпниковъ направлены были къ тому, чтобы путемъ предсказанія бѣдствій обратить къ покаянію и исправленію нерадивыхъ. Такъ св. Симеонъ І-й предсказывалъ голодъ, засухи, нападенія враговъ и призывалъ народъ къ покаянію, и самъ многими слезами и непрестанной мольбою умилостивлялъ Бога[MLXXIV]. Св. Симеонъ Дивногорецъ увѣщаетъ антіохійцевъ принести раскаяніе въ грѣхахъ въ виду нашествія Хозроя, и самъ молится объ избавленіи города[MLXXV]и пр. и пр. Точно также для возбужденія грѣшниковъ направлены были и всѣ чудеса св. столпниковъ. Вѣдь, и Іисусъ Христосъ Свою любовь къ человѣческому роду излилъ въ благодѣтельныхъ чудесахъ, и людей привлекалъ къ Себѣ чудеснымъ благодѣтельствованіемъ несчастнымъ, такъ что большая часть Его первыхъ послѣдователей были люди, освобожденные Имъ отъ неисцѣльныхъ болѣзней и мучительства бѣсовъ; и, посылая учениковъ Своихъ на проповѣдь, заповѣдалъ имъ: „болящія исцѣляйте, прокаженныя очищайте, мертвыя воскрешайте, бѣсы изгоняйте"[MLXXVI], и этимъ то путемъ въ короткое время привлечены къ Христу многія тысячи послѣдователей. Этотъ путь къ возбужденію грѣшниковъ наиболѣе свойственъ Промыслу Божію, Который свое божественное дѣйствіе проявляетъ и чрезъ святыхъ рабовъ Божіихъ. Св. столпники своими чудотвореніями возстановляли человѣка въ его истинномъ достоинствѣ, освобождая отъ грѣховъ или приводили путемъ ихъ къ истинной вѣрѣ. Исцѣленная св. Даніиломъ блудница Вассіана перемѣняетъ образъ жизни. Св. Симеонъ прежде чѣмъ исцѣлить разслабленнаго сарацина наставляетъ его въ вѣрѣ и спрашиваетъ: „- Отрицаешься ли злочестия отцов твоих? Он сказал: – Отрицаюсь. И опять спросил святой: – Веруешь ли во Отца и Сына и Святого Духа? Расслабленный исповедал, что верует без всяких сомнений. Тогда святой сказал: «восстань»"[MLXXVII]. Предъ исцѣленіемъ одного бѣсноватаго св. Даніилъ утверждаетъ въ вѣрѣ его отца: „аще вѣруеши, яко Господь мой Іисусъ Христосъ исцѣлитъ сына твоего мною, то по вѣрѣ твоей буди тебѣ"[MLXXVIII]. Св. Никита Переяславскій „всѣмъ приходящимъ къ нему пользы ради исцѣленіе подаваше"[MLXXIX]. Св. Симеонъ Дивногорецъ со слезами молится Богу о томъ, чтобы Онъ помиловалъ людей Своихъ и отвратилъ бы отъ нихъ смертныя болѣзни, посылаемыя имъ въ наказанія; „И слышал святой глас от Господа, говоривший: – Зачем ты болеешь сердцем за людей этих? Неужели ты любишь их более, чем Я? Так как умножились грехи и беззакония их, то они заслуживают наказания. Однако для того, чтобы не опечалить тебя, даю тебе власть исцелять различные их недуги и болезни"[MLXXX].

Значитъ, исцѣленіе болѣзней тѣлесныхъ служило предуказаніемъ исцѣленія души и изъ житій св. столпниковъ видно, что исцѣленные оставляли прежній образъ жизни, перемѣняя его на хорошій. Такъ, напр. блудница Вассіана исправила свою жизнь. Конюхъ Іорданъ императора Льва оставилъ аріанство[MLXXXI], благодаря увѣщаніямъ св. Даніила. Разбойникъ Іонаѳанъ перемѣняетъ образъ жизни и становится праведникомъ чрезъ увѣщаніе Симеона[MLXXXII]. По ученію священнаго писанія всѣ болѣзни обязаны своимъ происхожденіемъ грѣху и исцѣляющіе отъ болѣзней тѣмъ самымъ врачевали отъ грѣховъ.

Такимъ образомъ, основу всей нравственной дѣятельности св. столпниковъ въ отношеніи къ ближнимъ составляла любовь, проникавшая, какъ можно видѣть изъ представленнаго обзора общественной дѣятельности св. столпниковъ, во всѣ мельчайшіе оттѣнки ихъ отношеній къ ближнимъ. Она являлась у нихъ чувствомъ благорасположенія, участія, снисхожденія ко всякому человѣку, истекающимъ изъ мысли, что всѣ люди суть творенія Божіи и братья во Христѣ. Любовь возбуждала въ св. столпникахъ самое искреннее, горячее желаніе выполнить высокія и святыя правила, предписываемыя евангеліемъ. И вотъ это-то обстоятельство и было причиною того, что около св. столпниковъ собирались люди разныхъ званій и состояній, объединявшіеся здѣсь взаимною любовью.