
Вода как Великая агиасма. Тексты к Богоявлению
«Странный» праздник: короткое замыкание высочайших догматических истин и материи, стихии.

«Странный» праздник: короткое замыкание высочайших догматических истин и материи, стихии.

То, что совершает один человек, так или иначе касается всего человечества. То, что случилось с Богочеловеком, говорит о предназначении каждого из нас.

Чтобы понять праздник Благовещения глубже, узнать, какие акценты ставили в понимании этого события христианские авторы разных эпох, мы подготовили эту подборку.

Симеон Богоприимец и пророчица Анна ждали Бога, надеялись на Него, но не пытались предугадать, каким будет Его пришествие. Потому Вочеловечение не стало для них неожиданностью, не стало чем-то невозможным, не вмещающимся в опыт.

Есть ли у Введения во храм историческая основа? Когда зародилось его празднование? Разбираемся вместе.

Когда Бог откликается, в сердце человека рождается нечто чистое — а именно жажда принять в себя Бога.
Вова родился рано, роды прошли сложно, послеродовой период – ещё хуже. И Вова рос больным, и постоянно лечился, и лечится до сих пор. И есть результаты, и есть перспективы, но ресурсы семьи исчерпаны, и чтобы мальчик однажды приблизился к условно нор...

Читая Сказание об успении Святой Богородицы, я обнаружила, что, узнав о приближающейся кончине, Пресвятая Дева вернулась домой и… занялась уборкой. Я долго думала: почему?

Праздник Преображения — о чем он? Не о яблоках же? И даже не о винограде. Разбираемся вместе.

Понять Церковь можно только будучи внутри ее Богочеловеческого организма. Божественная благодать — это не теоретический постулат, а данность оберегаемого Церковью опыта.

Где в Новом Завете говорится о Вознесении? Почему в древности разделили празднование Вознесения и Пятидесятницы? Разбираемся вместе.

Перевод с древнегреческого, предисловие и комментарий архимандрита Феогноста (Пушкова).

Почему христианство так подчеркивает биологическую составляющую чуда рождения Иисуса? Согласуется ли это с современными естественными науками? Об этом рассуждает архимандрит Феогност (Пушков).