Русская литература — Каталог

Рождественские рассказы зарубежных и русских писателей

О. Генри, А. Грин, В. Набоков, А. Чехов, Н. Гоголь, Ч. Диккенс, К. Станюкович, И. Бунин, И. Шмелев, С. Чёрный, П. Бажов, Н. Лесков, А. Куприн, Л. Чарская, К. Лукашевич, В. Никифоров-Волгин

Рождественские рассказы

Антология рассказов Победоносцева, Лукашевич, Лагерлеф, Достоевского, Андерсена, Шмелева, Федченкова, Никифорова-Волгина и др.

Христов подарок. Рождественские истории для детей и взрослых

Антология классических и современных, зарубежных и российских святочных рассказов. Антология имеет два раздела: «Рождественские рассказы и сказки для детей» и «Рождественские истории для взрослых».

Рассказы и юморески 1880-1887

Чехов, Антон Павлович

Чехов — может быть умнейший, человечнейший русский писатель; не «обличитель», не «критик», не «патологический талант» — но несравненный живописец утопания в пошлости, в бессмыслице, в несчастье.

Записные книжки и тетради

Достоевский, Федор Михайлович

Книги, из которых мы можем увидеть как думал великий писатель и мыслитель: первые наброски его романов, статей, просто промелькнувшие мысли, как бы поток сознания и т.п.

Рассказы и повести 1888-1891

Чехов, Антон Павлович

«Спать хочется», «Степь», «Огни», «Неприятность», «Красавицы», «Именины», «Припадок», «Сапожник и нечистая сила», «Пари», «Княгиня», «Вынужденное заявление», «Скучная история», «Воры», «Гусев», «Бабы», «Дуэль», «Жена», «В Москве» и др.

Рассказы и повести 1898-1903

Чехов, Антон Павлович

«У знакомых», «Ионыч», «Человек в футляре», «Крыжовник», «О любви», «Случай из практики», «По делам службы», «Душечка», «Новая дача», «Дама с собачкой», «В овраге», «На святках», «Архиерей», «Невеста», «Расстройство компенсации», «Калека» и др.

Пьесы 1878-1888

Чехов, Антон Павлович

«Иванов», «Безотцовщина», «На большой дороге», «Лебединая песня (Калхас)», «Медведь», «Предложение».

Рассказы и повести 1892-1894

Чехов, Антон Павлович

«Попрыгунья», «После театра», «Отрывок», «История одного торгового предприятия», «Из записной книжки старого педагога», «В ссылке», «Рыбья любовь», «Соседи», «Палата № 6», «Страх», «Рассказ неизвестного человека» и пр.

Рассказы и повести 1894-1897

Чехов, Антон Павлович

«Три года», «Супруга», «Белолобый», «Ариадна», «Убийство», «Анна на шее», «Дом с мезонином», «Моя жизнь», «Мужики», «В родном углу», «Печенег», «На подводе», «Шульц».

Чевенгур. Котлован

Платонов Андрей Платонович

Одни из величайших текстов мировой литературы, чудо искусства, языка, мысли, философии — прекраснейшие, волшебные, причудливые, поэтические, слезные тексты; одни из лучших вообще в мировой культуре тексты о трагедии утопии.

Проза военных лет

Платонов Андрей Платонович

«Возвращение», «Взыскание погибших», «Одухотворенные люди», «В Могилёве», «В Белоруссии», «На могилах русских солдат», «Три солдата», «Афродита», «Внутри немца», «Страх солдата» и др.

Записные книжки

Платонов Андрей Платонович

Полное издание записных книжек Андрея Платонова — великого писателя, и более того: художника-мыслителя, философа и философа религиозного, что как раз очень хорошо по его записным книжкам видно.

Красный Платонов. Фабрика литературы. Статьи 1918-1926. Статьи и рецензии 1936-1941

Платонов Андрей Платонович

Коммунист и атеист Платонов здесь выражает глубинный пафос Октябрьской Революции — и вот этот пафос совпадает с глубинным пафосом христианства.

Рассказы о детях и для детей. Русские и башкирские народные сказки в пересказе

Платонов Андрей Платонович

Иван-Чудо, Безручка, Чудесный мальчик, Волшебное кольцо, Иван Бесталанный и Елена Премудрая, Умная внучка, Морока, Финист – ясный сокол, Солдат и царица, Сказка о курае, Аминбек, Мудрый старик и глупый царь, Абзалил, Кто сильнее?, Падчерица и пр.

Рассказы и стихотворения 1920-х годов

Платонов Андрей Платонович

«Антисексус», «Государственный житель», «Война», «Московское общество потребителей литературы (МОПЛ)», «Надлежащие мероприятия», «Дикое место», «Че-Че-О», «Усомнившийся Макар», «Отмежевавшийся Макар», «Записи потомка» и др.

После бала

Толстой, Лев Николаевич

Рассказ Л. Н. Толстого о двойственности нашего мира: прекрасный бал и жестокая казнь…

Отцы и дети

Тургенев Иван Сергеевич

Тургенев, в отличие от большинства своих современников, открыто признавал свое неверие. Некий холодок шел уже на него из «пустой беспредельности» — он называл так небо. Но если заглянуть в сердце Тургенева, видится в нем всё-таки христианство.

Ася. Повести и рассказы 1853–1857

Тургенев Иван Сергеевич

Тургенев, в отличие от большинства своих современников, открыто признавал свое неверие. Некий холодок шел уже на него из «пустой беспредельности» — он называл так небо. Но если заглянуть в сердце Тургенева, видится в нем всё-таки христианство.

Клара Милич. Повести и рассказы 1881–1883. Стихотворения в прозе. Статьи и рецензии 1858-1881

Тургенев Иван Сергеевич

Тургенев, в отличие от большинства своих современников, открыто признавал свое неверие. Некий холодок шел уже на него из «пустой беспредельности» — он называл так небо. Но если заглянуть в сердце Тургенева, видится в нем все-таки христианство.

Новь. Повести и рассказы 1874–1877

Тургенев Иван Сергеевич

Тургенев, в отличие от большинства своих современников, открыто признавал свое неверие. Некий холодок шел уже на него из «пустой беспредельности» — он называл так небо. Но если заглянуть в сердце Тургенева, видится в нем все-таки христианство.

Стихотворения, статьи, наброски. Литературные и житейские воспоминания. Либретто, речи, записки, незавершенное

Тургенев Иван Сергеевич

Тургенев, в отличие от большинства своих современников, открыто признавал свое неверие. Некий холодок шел уже на него из «пустой беспредельности» — он называл так небо. Но если заглянуть в сердце Тургенева, видится в нем все-таки христианство.

Сцены и комедии 1843–1852

Тургенев Иван Сергеевич

Тургенев, в отличие от большинства своих современников, открыто признавал свое неверие. Некий холодок шел уже на него из «пустой беспредельности» — он называл так небо. Но если заглянуть в сердце Тургенева, видится в нем все-таки христианство.

Записки охотника

Тургенев Иван Сергеевич

Тургенев, в отличие от большинства своих современников, открыто признавал свое неверие. Некий холодок шел уже на него из «пустой беспредельности» — он называл так небо. Но если заглянуть в сердце Тургенева, видится в нем всё-таки христианство.