Крупнейшая коллекция православного аудио и видео в Рунете. С 2005 года собираем лекции, проповеди, аудиокниги и фильмы — более 30 000 записей от 1500 авторов.
Пошехонская старина
Молодые годы мои были свидетелями самого разгара крепостного права. Оно проникало не только в отношения между поместным дворянством и подневольною массою — к ним, в тесном смысле, и прилагался этот термин, — но и во все вообще формы общежития.
«Щедрин — писатель сложный, трагический и при всех его сатирических уколах в адрес современного ему клира писатель глубоко христианский», — так отзывался о прозе Щедрина игумен Петр (Мещеринов). Здесь вы найдете роман Щедрина «Пошехонская старина» — его последнее произведение, во многом автобиографическое, описывающее детство Щедрина. Цитаты:
«Детство и молодые годы мои были свидетелями самого разгара крепостного права. Оно проникало не только в отношения между поместным дворянством и подневольною массою — к ним, в тесном смысле, и прилагался этот термин, — но и во все вообще формы общежития, одинаково втягивая все сословия (привилегированные и непривилегированные) в омут унизительного бесправия, всевозможных изворотов лукавства и страха перед перспективою быть ежечасно раздавленным. С недоумением спрашиваешь себя: как могли жить люди, не имея ни в настоящем, ни в будущем иных воспоминаний и перспектив, кроме мучительного бесправия, бесконечных терзаний поруганного и ниоткуда не защищенного существования? — и, к удивлению, отвечаешь: однако ж жили! И, что еще удивительнее: об руку с этим сплошным мучительством шло и так называемое пошехонское «раздолье», к которому и поныне не без тихой грусти обращают свои взоры старички. И крепостное право, и пошехонское раздолье были связаны такими неразрывными узами, что когда рушилось первое, то вслед за ним в судорогах покончило свое постыдное существование и другое. И то и другое одновременно заколотили в гроб и снесли на погост, а какое иное право и какое иное раздолье выросли на этой общей могиле — это вопрос особый. Говорят, однако ж, что выросло нечто не особенно важное.
Ибо хотя старая злоба дня и исчезла, но некоторые признаки убеждают, что, издыхая, она отравила своим ядом новую злобу дня и что, несмотря на изменившиеся формы общественных отношений, сущность их остается нетронутою. Конечно, свидетели и современники старых порядков могут, до известной степени, и в одном упразднении форм усматривать существенный прогресс, но молодые поколения, видя, что исконные жизненные основы стоят по-прежнему незыблемо, нелегко примиряются с одним изменением форм и обнаруживают нетерпение, которое получает тем более мучительный характер, что в него уже в значительной мере входит элемент сознательности…
Местность, в которой я родился и в которой протекло мое детство, даже в захолустной пошехонской стороне, считалась захолустьем. Как будто она самой природой предназначена была для мистерий крепостного права».
Кроме текста романа вы здеь также найдете:
— Аудиокнигу по первой половине романа: исп. Вячеслав Невинный. Зап.: 1990г.
Аудиофайлы
Другие произведения автора
Салтыков-Щедрин, Михаил Евграфович
Господа Головлевы. Убежище Монрепо
Великий русский роман, страшное и гениальное описание общественного и личного греха
Великий русский роман, страшное и гениальное описание общественного и личного греха
Помпадуры и помпадурши. История одного города
«Все они секут обывателей, но первые секут абсолютно, вторые объясняют причины своей распорядительно…
«Все они секут обывателей, но первые секут абсолютно, вторые объясняют причины своей распорядительности требованиями цивилизации, третьи желают, чтоб обыватели во всем положились на их отвагу».
Современная идиллия
«Герои под влиянием шкурного сохранения, пришли к убеждению, что только уголовная неблагонадежность …
«Герои под влиянием шкурного сохранения, пришли к убеждению, что только уголовная неблагонадежность может прикрыть и защитить человека от неблагонадежности политической, и согласно с этим поступают…»
Губернские очерки
Жили мы тут как у Христа за пазушкой; съездишь, бывало, в год раз в губернский город, поклонишься че…
Жили мы тут как у Христа за пазушкой; съездишь, бывало, в год раз в губернский город, поклонишься чем бог послал благодетелям и знать больше ничего не хочешь. Этого и не бывало, чтоб под суд попасть, или ревизии там какие-нибудь, как нынче…
Пошехонские рассказы
«Помещиков множество, и все прегостеприимные. У всякого или жена, или дочери, или свояченицы. У неко…
«Помещиков множество, и все прегостеприимные. У всякого или жена, или дочери, или свояченицы. У некоторых, сверх того, дульцинеи. Вскоре, однако ж, наступила отмена крепостного права – и куда все эти перины и дульцинеи девались!»
За рубежом. Письма к тетеньке
Ложь сделалась руководящим принципом жизни, исходным пунктом всей жизнедеятельности. Лжем потому, чт…
Ложь сделалась руководящим принципом жизни, исходным пунктом всей жизнедеятельности. Лжем потому, что боимся притронуться к правде: «Смотри! только пикни! — и все эти основы, краеугольные камни и величественные здания — все разлетится в прах!»
Критика. Публицистика. Статьи. Проза. Рецензии. Разные произведения
Щедрин — писатель сложный, трагический и при всех его сатирических уколах в адрес современного ему к…
Щедрин — писатель сложный, трагический и при всех его сатирических уколах в адрес современного ему клира писатель глубоко христианский.
В среде умеренности и аккуратности. Культурные люди
О, стократ блаженные Молчалины! Они бесшумно, не торопясь переползают из одного периода истории в др…
О, стократ блаженные Молчалины! Они бесшумно, не торопясь переползают из одного периода истории в другой, никому не бросивши слова участия, но и никого не вздернувши на дыбу (то есть, быть может, кого-нибудь и вздернули, но, ей-богу, не сами собой)!
Рекомендуем
Господа Головлевы. Убежище Монрепо
Великий русский роман, страшное и гениальное описание общественного и личного греха
Великий русский роман, страшное и гениальное описание общественного и личного греха
Отец Сергий
Рассказ-предупреждение Л. Н. Толстого об опасностях гордыни под личиной благочестия
Рассказ-предупреждение Л. Н. Толстого об опасностях гордыни под личиной благочестия
Лето Господне
Чудная книга Ивана Шмелева. Мир глазами ребенка: полнота радости, присутствие Божье, благой ритм пра…
Чудная книга Ивана Шмелева. Мир глазами ребенка: полнота радости, присутствие Божье, благой ритм праздников. Работа над романом заняла у писателя около 14 лет. «В ней, — говорил Шмелев о своей книге, — я показываю лицо Святой Руси».
Максим Горький: pro et contra
Личность и творчество Максима Горького в оценке русских мыслителей и исследователей 1890-1910-е гг. …
Личность и творчество Максима Горького в оценке русских мыслителей и исследователей 1890-1910-е гг. Антология
Рассказы
Михаил Евграфович Салтыков (1826–1889), взявший себе псевдонимом фамилию Щедрин, подвязался на попри…
Михаил Евграфович Салтыков (1826–1889), взявший себе псевдонимом фамилию Щедрин, подвязался на поприще моралистической литературы. Избрав стиль сатиры, порой сказочно, порой сказово он выставлял напоказ пороки общества во всей их неприглядности.
Сказки. Пестрые письма. Мелочи жизни
«Щедрин — писатель сложный, трагический и при всех его сатирических уколах в адрес современного ему …
«Щедрин — писатель сложный, трагический и при всех его сатирических уколах в адрес современного ему клира писатель глубоко христианский».
Господа «ташкентцы». Дневник провинциала
«Всякий, кто в физиономии своего ближнего видит не образ Божий, а ток, на котором может во всякое вр…
«Всякий, кто в физиономии своего ближнего видит не образ Божий, а ток, на котором может во всякое время молотить кулаками, есть ташкентец; всякий, кто, не стесняясь, швыряет своим ближним, как неодушевленною вещью, кто видит в нем лишь материал…»
Пошехонские рассказы
«Помещиков множество, и все прегостеприимные. У всякого или жена, или дочери, или свояченицы. У неко…
«Помещиков множество, и все прегостеприимные. У всякого или жена, или дочери, или свояченицы. У некоторых, сверх того, дульцинеи. Вскоре, однако ж, наступила отмена крепостного права – и куда все эти перины и дульцинеи девались!»
Помпадуры и помпадурши. История одного города
«Все они секут обывателей, но первые секут абсолютно, вторые объясняют причины своей распорядительно…
«Все они секут обывателей, но первые секут абсолютно, вторые объясняют причины своей распорядительности требованиями цивилизации, третьи желают, чтоб обыватели во всем положились на их отвагу».
Комментарии
Комментарии для сайта Cackle