Крупнейшая коллекция православного аудио и видео в Рунете. С 2005 года собираем лекции, проповеди, аудиокниги и фильмы — более 30 000 записей от 1500 авторов.
Не мир, но меч
Opus magnum Мережковского, где его взгляды предстают наиболее эксплицитно. Приведем начало этого текста: «Есть Бог или нет? Вот, кажется, самый нелюбопытный вопрос в наши дни. Кто-то недавно хотел «убить Бога». Жалкое безумие — убивать мертвого».
«Не мир, но меч» — opus magnum Мережковского, где его взгляды предстают наиболее эксплицитно. Приведем начало этого удивительного текста:
«Есть Бог или нет? Вот, кажется, самый нелюбопытный вопрос в наши дни. Кто-то недавно хотел «убить Бога». Жалкое безумие — убивать мертвого.
Впрочем, жив Бог или умер, какое дело людям до Бога? Они наги — Бог не одел их; голодны — Бог не накормил; в рабстве — Бог не освободил. У зверей нет Бога, а люди живут хуже зверей. Сначала сделайте людей людьми, а потом говорите им о Боге.
Чем на это возразить? Словами — стыдно; а делами — где же собственно религиозные дела наших дней? Как не доказать, а показать, что религия — самое нужное из всех человеческих дел? Если что-либо в религиозных переживаниях потеряно окончательно и как будто невозвратно, то это именно ощущение религиозного действия. Пока говоришь о религии, как об идеале, все соглашаются или, по крайней мере, никто не спорит — кажется, впрочем, потому, что всем наплевать; но только что пытаешься связать религию с реальной действительностью, оказываешься или в дураках, или в подлецах, ибо за память современного человечества единственная религиозно-общественная реальность — глупость обманутых, подлость обманщиков.
Умер Бог в человечестве, но не в человеке; в обществе, но не в личности; во всех, но не в каждом. Потребность религиозная свойственна человеку в такой же мере, как и все естественные потребности. Религиозное чувство есть высший метафизический предел физического чувства самосохранения, предел, который достигается из всех животных одним человеком, сознающим смерть. Я знаю, что умру; но хочу жить и после смерти — вот начало религии. Религия и есть именно то, что отличает вид животного — человека от всех прочих животных: человек — религиозное животное.
Едва ли даже люди, чуждые всякой религии, не согласятся с тем, что цель и смысл жизни есть счастье и что счастье — любовь. Любить — значит радоваться тому, что есть любимый, и хотеть, чтобы он всегда был; не хотеть, чтобы он был, — согласиться на то, чтобы его не было, значит не любить. Любовь есть реальное и в то же время трансцендентное утверждение личного бытия. Смерть есть такое же реальное и в то же время трансцендентное отрицание этого бытия, уничтожение личности. Всякая жизнь побеждается смертью. Чтобы дать жизни смысл, мы должны в любви утверждать вечное бытие личности; но смертью, уничтожающей личность, уничтожается и любовь, единственный возможный для человека смысл жизни.
Для того чтобы понять неотразимость этой антиномии, нужен опыт любви и смерти. У всякого человека он был или будет. Всякий человек в известное мгновение своей сознательной жизни приводится двумя величайшими реальностями бытия — любовью и смертью — к необходимости религии. Всякий человек более или менее знает, что такое Бог, потому что более или менее знает, что такое любовь или смерть».
Другие произведения автора
Мережковский Дмитрий Сергеевич
Тайна Трех: Египет и Вавилон. Тайна Запада: Атлантида — Европа
Философско-художественная проза, ряд афоризмов; окончательная картина главной мысли Мережковского — …
Философско-художественная проза, ряд афоризмов; окончательная картина главной мысли Мережковского — истории христианства как внутреннего смысла вообще всей истории, от первобытного человечества до современности.
Иисус Неизвестный
Главная книга Мережковского, посвященная Иисусу. Довольно спорная. Трудно определить ее жанр: художе…
Главная книга Мережковского, посвященная Иисусу. Довольно спорная. Трудно определить ее жанр: художественная проза несомненно — и блестящая, но и философская и даже богословская — тоже.
Данте
«Биографический роман», как определяют издатели, или скорее, как писал о. А. Мень, «синтетический жа…
«Биографический роман», как определяют издатели, или скорее, как писал о. А. Мень, «синтетический жанр огромных эссе» о Данте
Александр Первый
Вторая часть трилогии «Царство Зверя», своего рода продолжения — в плане художественных средств и фи…
Вторая часть трилогии «Царство Зверя», своего рода продолжения — в плане художественных средств и философии — трилогии «Христос и Антихрист»
Смерть Богов. Юлиан Отступник
Первый роман из трилогии Мережковского «Христос и Антихрист». Мережковский писал: «тема этой трилоги…
Первый роман из трилогии Мережковского «Христос и Антихрист». Мережковский писал: «тема этой трилогии — отражение в истории, — вселенской, то есть все века, все народы и культуры объединяющей, — идеи христианства».
Антихрист (Петр и Алексей)
Последний роман трилогии Мережковского «Христос и Антихрист» и, как считается, — лучший роман Мережк…
Последний роман трилогии Мережковского «Христос и Антихрист» и, как считается, — лучший роман Мережковского.
Гоголь и черт
Здесь читатель найдет не только блестящий анализ жизни и творчества Гоголя, но и прекрасное описание…
Здесь читатель найдет не только блестящий анализ жизни и творчества Гоголя, но и прекрасное описание христианского видения зла.
Полное собрание стихотворений
«…Мережковский-поэт неотделим от Мережковского-критика и мыслителя. Его романы, драмы, стихи говорят…
«…Мережковский-поэт неотделим от Мережковского-критика и мыслителя. Его романы, драмы, стихи говорят о том же, о чем его исследования, статьи и фельетоны. “Символы” развивают мысли “Вечных Спутников”, “Юлиан” и “Леонардо” воплощают в образах идеи».
Рекомендуем
Царь Давид
Достойная экранизация истории царя и псалмопевца Давида. Режиссер: Брюс Бересфорд. В ролях: Ричард Г…
Достойная экранизация истории царя и псалмопевца Давида. Режиссер: Брюс Бересфорд. В ролях: Ричард Гир, Томас Милиэн, Эдвард Вудворд, Элис Крайдж, Денис Куилли, Найолл Багги, Херд Хэтфилд, Джек Клэфф, Джон Касл, Тим Вудворд.
По ком звонит колокол
«Это скверная война; я знаю, что республиканцы расстреливают священников; но зачем же Церковь встает…
«Это скверная война; я знаю, что республиканцы расстреливают священников; но зачем же Церковь встает на сторону угнетателей вместо того, чтобы становиться на сторону простых людей или оставаться вне политики?»
Отец Сергий
Рассказ-предупреждение Л. Н. Толстого об опасностях гордыни под личиной благочестия
Рассказ-предупреждение Л. Н. Толстого об опасностях гордыни под личиной благочестия
Царство Антихриста
Если бы житель иной планеты спросил у нас, что сейчас происходит с земным человечеством, то мы могли…
Если бы житель иной планеты спросил у нас, что сейчас происходит с земным человечеством, то мы могли бы ответить тремя словами: люди забыли Бога.
Страсти по Луке
Пендерецкий взял за модель для своих «Страстей по Луке» пассионы Баха, то есть события, непосредстве…
Пендерецкий взял за модель для своих «Страстей по Луке» пассионы Баха, то есть события, непосредственно ведущие к Распятию и выраженные в последовательности текстов, арий и хоровых номеров.
Хельсинки // Ночь на земле
Последний из пяти эпизодов знаменитой киноантологии о таксистах «Ночь на Земле» Джима Джармуша: зимн…
Последний из пяти эпизодов знаменитой киноантологии о таксистах «Ночь на Земле» Джима Джармуша: зимние Хельсинки, подвыпившие гуляки садятся в такси и выслушивают трагическую историю таксиста.
Мандерлей
Продолжение «Догвилля», к сожалению, не стоящее на его высоте. Сделанный по тем же художественным пр…
Продолжение «Догвилля», к сожалению, не стоящее на его высоте. Сделанный по тем же художественным принципам, что и «Догвилль», «Мандерлей» пытается продолжать его тематику.
Трио-соната для двух скрипок и бассо континуо op. 1 № 7 ми-бемоль мажор RV 65 (op. 1)
Трио-соната для двух скрипок и бассо континуо op. 1 № 7 ми-бемоль мажор RV 65 (op. 1)
Трио-соната для двух скрипок и бассо континуо op. 1 № 7 ми-бемоль мажор RV 65 (op. 1)
В темных религиозных лучах. Метафизика христианства
Книги Розанова дарят нам крайне нетривиальный фокус рассмотрения: Розанов — апологет семьи, супружес…
Книги Розанова дарят нам крайне нетривиальный фокус рассмотрения: Розанов — апологет семьи, супружества, деторождения, причем — религиозный апологет, а вот главным врагом семьи он считает христианство.
Комментарии
Комментарии для сайта Cackle