На пиру богов

Сергей Булгаков писал это своеобразное подражание соловьевским «Разговорам» во время революционного краха России и краха всей Европы (Первая мировая война как срыв гуманистической цивилизации). Время «прожекторства», «человеческого, слишком человеческого» с очевидностью ушло. Для Булгакова это значило оказаться от славянофильских иллюзий и увидеть историю в ее истинном — апокалиптическом — свете, свете Конца. «Пир богов» — метафора для этого выявления эсхатологической сути исторического времени («Жутко и, пожалуй, страшно, но вместе с тем и весело, словно пьянеешь, отдаваясь сладостному головокружению. […] Трудно быть современником великих событий, быть гостем на пиру богов»). Вопрос Булгаковым ставятся так: сможет ли Россия достойно пройти Суд, придет ли она на пир в брачных одеждах? («Да, но в какой же одежде мы оказались на этом пиру? Россия! О, моя Россия! Что с тобою сделалось? Что мне этот пир богов, если она из него извергнута как неимущая одеяния брачного? Что мне до всемирно-исторических перспектив, если в них видится мне разлагающийся труп моей России? Не хочу я мира без России, преображения мирового без нее не приемлю»). Как и Соловьев в «Трех разговорах», Булгаков в диалогах «На пиру богов» приходит к пониманию, что история — дело не человеческого устроения, единственная Надежда и единственный Господин истории — Христос («Перед самым октябрьским переворотом мне пришлось слышать признание одного близкого мне человека. Он рассказывал с величайшим волнением и умилением, как у него во время горячей молитвы перед явленным образом Богоматери на сердце вдруг совершенно явственно прозвучало: Россия спасена. Как, что, почему? […] Христос воскресе!»)

Полное название этой книги Булгакова — «На пиру богов. Pro и contra. Современные диалоги». Диалоги «На пиру богов» впервые были опубликованы в знаменитом сборнике «Из глубины» (продолжении «Вех»), отвечавшем на революционные события.