Богатый материал по истории монастырей Древней Руси содержит, к сожалению, слишком мало из того, что нам нужно, чтобы понять, каковы основные формы старчества и пути аскетического воспитания. Рассказы о святых и уставы монастырей не позволяют пролить свет на этот вопрос. Даже в житии прп. Сергия Радонежского (f 1392), который был самой значительной личностью своего времени, прямо не указывается, было ли в его монастыре старчество как сформировавшееся явление. У него было много учеников, образовавших его школу. Известно, что в монастыре одного из них, а именно Павла Обнорского (1317—1429), были некие старцы.

Прп. Павел Обнорский провел 50 лет в монастыре прп. Сергия, после чего ушел на север в непроходимые девственные леса Вологодской земли. Три года он жил в дупле высокого липового дерева. В 1389 г. вблизи реки Обноры он основал монастырь во имя Пресвятой Троицы. Там он скончался в возрасте 112 лет.

Из его монастыря происходит замечательное письменное наставление, относящееся к 1–й половине XV в. Оно объясняет, как надо руководить молодыми монахами, и дает нам возможность взглянуть на состояние старчества того времени. Хотя наставление касается главным образом внешней жизни новичка, в нем встречаются такие понятия, как «духовная молитва», «самособранность», «молчание». Под «духовной молитвой» здесь понимается, как и вообще в русских монастырях, молитва Иисусова, совершаемая умом в сердце, — умная молитва.

Из одной поучительной рукописи XV в.

Игумен призывает к себе почтенного старца, испрашивает его благословения и передает ему новопостриженного брата, поручая ему руководство им, и при этом говорит: «Брат, заботься о нем так, как будто ты получил его от Евангелия Христова, чтобы передать его потом нашему Небесному Отцу». Затем он говорит новопостриженному: «Сыне, уважай старца как своего отца и учителя, будь ему послушным и служи ему, как Самому Христу. Все предоставляй ему и отсеки свою собственную волю мечом слова Божия». Ибо не подобает нам, братия, проявлять непослушание, напротив, следует выполнять все приказания так, как будто они исходят от Бога, Который однажды

391

J.

сказал Своим апостолам: Слушающий вас Меня слушает, и отвергающийся вас Меня отвергается (Лк. 10. 16).

Какое зло — непослушание! Сам Христос был послушен, даже до смерти, и смерти крестной. Послушание есть вторая лествица на небо, большая, чем пост и одинокое подвижничество. Ангел Господень идет вслед за послушником и считает его шаги и сообщает о каждом его дне Господу, считает каждую каплю его пота, приравнивая их к каплям крови мученика, принося их Богу, как некое благоухание. Служить брату равносильно тому, что служить Богу».

Старец берет новопостриженного из рук игумена, приводит его в свою келью и учит Иисусовой молитве так, как учили святые отцы, считая эти молитвы по четкам. «Молитва эта такова: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй мя, грешнаго». Нужно произносить Иисусову молитву тихо, чтобы держать себя вдалеке от всех возможных искушений. После сотни молитв подвинуть одну четку, после следующей сотни — еще одну. Так нужно делать после исполнения утреннего и вечернего правила и упражняться в этом ежедневно, так чтобы в каждом дыхании заключались две или три молитвы. После этого перевести дыхание и продолжать. Упражняйся в Иисусовой молитве во всех местах, где ты находишься: в церкви, в келье, во время работы, до тех пор пока твои глаза не закроются для сна. Потом, чтобы усовершенствовать свое упражнение, поставь в твоей келье низенькую скамеечку и упражняйся по совету святых отцов, повторяя молитву громко или только в уме и сердце; повторяй всегда на одном дыхании или без дыхания и наблюдай за своим сердцем. Когда же на тебя нападет стадо бесов, будь осторожен относительно видений: о видениях света или сонных явлениях, откуда бы они ни пришли — изнутри или снаружи, знай, что это бесы».

Далее старец поучает ученика, как он должен вести себя в келье, где он должен сидеть и где спать: «Не садись на место старца или другого брата, не переставляй предметов с одного места на другое, перед работой или другим деланием скажи своему отцу: «Отче, во имя Божие, прости меня и благослови!» Если хочешь разговаривать в келье, то спрашивай и отвечай тихим голосом».

Также нужно старцу служить: принести ему дров, положить в печку, зажечь огонь и хорошо размешивать кочергой, чтобы дрова горели весело; нужно убирать в келье и приносить воду, тихо открывая и закрывая дверь, а после работы испросить благословения старца.

Старец должен поучать новичка, что со сменой одежды и имени необходимо также изменить образ жизни — отказаться от мирских обычаев и жить как монах: предать себя в руки Божий и только Бога Единого иметь в своих мыслях, предавая волю свою старцу, ему служить в послушании, подобно Христу, Который сказал: Я не для того пришел, чтобы Мне служили, но чтобы послужить (ср. Мф. 20. 28).

«Когда колокольчик в церкви возвестит час работы или молитвы — надень свою мантию, оставь все в радости духа и страхе Божием и скажи «Господи, помилуй» два раза, и затем: «Слава Отцу и Сыну и Святому Духу», и затем: «Господи, благослови», и в заключение: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, молитвами Пречистый Твоея Матере, силою Чест–наго и Животворящего Креста, молитвами моего Ангела Хранителя; препо392

добнаго и богонос наго отца нашего Сергия Радонежскаго, чудотворца; Павла Оонорскаго, чудотворца, и всех святых, помилуй и спаси меня, грешнаго. Аминь».

После этого сделай три земных поклона, если это будний день, или три поясных — если праздник. После этого иди к своему старцу, произнеси Иисусову молитву и попроси его: «Благослови, владыко, мой исход к богослужению». Если старец тебя не слышит или молчит, чтобы тебя испытать, попроси его еще раз. Получив благословение, иди в церковь, не смотри ни налево, ни направо, ступай неспешно, но и не лениво; чтобы не обрадовать беса, скрести руки свои на груди. Иди в церковь в боязни и смирении и думай, что ты грешник и недостойный. Поскольку ты стоишь на «земных небесах», устреми свои помышления не на земные вещи, но на Небесное Царство и свои грехи и по возможности постарайся испустить слезы. Как только ты занял свое место, начни со слов: «Господи, помилуй» — и поклон. «Господи, очисти меня, грешнаго» — и еще поклон. Далее, молитва Божией Матери, потом пять земных поклонов; «Слава Отцу и Сыну и Святому Духу», «Господи, помилуй»; два метания и метание в сторону игумена; если же он не пришел, то в сторону его места. Затем метание направо и налево для окружающих братии. Земные поклоны твори следующим образом: стоя на коленях, прикоснись руками и лбом к земле, не лежа и беззвучно, как и другие братия. Не разговаривай с братиями и не прислоняйся к стене.

Когда после богослужения ты идешь в трапезную, произноси псалом: Вознесу Тя, Боже мой, Царю мой, и благословлю имя Твое в век и в век века (Пс. 144. 1). Если ты не можешь произнести псалом наизусть, произноси Иисусову молитву. За столом сиди молча и слушай то, что читают. С другими братиями не разговаривай, не смейся, не спорь. До благословения игумена не начинай есть. Думай при вкушении пищи, что она дана Богом. Ешь и пей умеренно. Не обращай внимания на блюда и ешь один раз в день, за исключением суббот и воскресений и особых праздничных дней. Ничего из пищи не бери в свою келью.

Зимою, когда дни коротки, не спи после еды; летом, когда дни длинные, можешь отдохнуть один или два часа. Сиди в своей келье не без дела. Читай Священное Писание или исполняй работу, по благословению старца, молча и с молитвою. Если ты заболеешь, не спеши ложиться, но говори молитвы Матери Божией (с тремя метаниями), твори Иисусову молитву и другие молитвы. Направь свой разум от всех земных помышлений к Богу, вспомни Страшный суд и ад и тогда ложись в постель. Не обнажай своего тела, чтобы тебе не было стыдно перед твоим Ангелом Хранителем. Упражняйся в Иисусовой молитве, пока не заснешь. Когда во сне будешь переворачиваться на другой бок, осени себя крестным знамением два раза и прочти Иисусову молитву. Если тебя постигнет бессонница, лежи спокойно, обращая разум и сердце к Богу, и произноси Иисусову молитву… Часто во сне случаются злые истории, в особенности с теми монахами, которые не исповедуют своих искушений старцу.

Если захочешь посетить брата в «то крльс, встань пгред его окошечком и произнеси Иисусову молитну. И если не услышишь «Амипп», то произнеси ее еще ран громче, и если опять не услышишь и отиет «Аминь», то произнеси

393

ее и третий рам еще громче и постучи спопми пальцами тихонько ы окошко. Если опят!) нс услышишь «Аминь», уйди, чтобы не искушать брата споего. Брат, находящийся н келье, должен после нерпой или нторой молитны проич нести «Лминь» и открыть окошечко, просунуть слегка голону и спрос ить «Для чего ты пришел, господин?» Входя, произнеси молитву входа, склонись,

8 перед старшим братом пади ниц, испроси его благословения и лишь тогда изложи то, что хотел. В других случаях, когда ты покидаешь келью, опять склонись и испроси благословения хозяина кельи: «Господин, помяни меня, грешного, в твоих святых молитвах Богу нашему, Господу Иисусу Христу и Пречистой Божией Матери». А он ответит: «Бог, Который любит псех людей, научая и воспитывая их по Своей воле, да помянет тебя и меня в той степени, в какой считает полезным. Аминь».

Старец Нил Сорский

Только что изложенный документ регулирует внешнее поведение монаха, и притом в монастыре; между тем у Нила Сорского мы находим совершенно новые взгляды и особенный образ жизни, прокладывающий новые пути дрен нерусскому аскетизму. Тогда в церковной жизни существовали две возмож ности: или следовать застывшим формам византийской церковности, или нч духа древней Восточной Церкви почерпнуть свежие силы. Нил Сорский — главный представитель второго направления.

Преподобный Нил происходил из благородной семьи, родился он в 1433 г в окрестностях Москвы. Его аскетическая жизнь началась в девственных лесах близ Белого озера в Кирилло–Белозерском монастыре, основанном Кириллом Белозерским (f 1427), монахом из обители прп. Сергия Радо нежского. Нил принял монашеский постриг и делил свое время между молитвой, постом и монастырскими работами, которые, по свидетельстну современников, были весьма тяжелыми. Но здесь его богато одаренная и мне тически настроенная душа не могла найти удовлетворения. Поэтому он пред–принял паломничество на Афон, надеясь обрести там новые возможности С ним отправился его сподвижник, именем Иннокентий.

Нил посетил многие монастыри на Святой горе, был в кельях и пещерах старцев–святогорцев. Под их руководством он получил необходимые пред. ставления о существе аскетической жизни, о том, что такое (лрд^гд) и (вещна), об умной молитве, о хранении сердца и о трезвении ума. Он изучил все Гюгат ство аскетических преданий, «перелетая, подобно пчеле, в цветущем саду с одного цветка на другой для того, чтобы оживить свою зачерствевшую душу и приготовить ее ко спасению». Здесь он расширил и углубил свои аскетические познания. Именно здесь он в первый раз пережил красоту погружении

9 13ога, духовную радость «райской трапезы», которою награждаются Ьи–Жней благодатью подвижники отречения.

Нил черпал свои познания преимущественно из творений великих хрж ш анских отцов: св. Антония Великого, Василия Великого, Ефрема Сирина, Макария Египетского, Исаака Сирина, Иоанна Лествичника, авны Доро фея, Максима Исповедника, Симеона Нового Богослова, Нила Синайского,

394

Григория Синаита и других. Это были отцы, которые старались поставить монастырский аскетизм на мистический фундамент. I Ьэтому неудивительно, что в писаниях самого Нила мы часто встречаем ссылки на Григория Синаита. Тогда на Афоне воспоминания о Григории Синаите были еще очень свежи, и почти каждый старец, которого Нил посещал, был верным хранителем аскетически–мистических взглядов Григория. Рука и воля этого великого учителя еще чувствовались повсюду.

Переполненный глубокими впечатлениями, Нил наконец возвратился на родину. Здесь он вместе с Иннокентием решил начать новое житие в удалении от мира. В чаще девственных лесов, недалеко от Кирилло–Белозерского монастыря, протекала маленькая речка Сора. Там они поставили келью и часовню, и вскоре возникла обитель с новым в то время у нас скитским уставом.

Видные современники прп. Нила — прп. Иосиф Волоцкий (f 1515) и митрополит Даниил (f 1547) были сторонниками строгого общежительного устава. Свои религиозно–аскетические и церковные взгляды они связали с идеей «Москва — третий Рим». Это направление получило широкое распространение, взгляды же и писания св. Нила были почти забыты. Только в XVIII в. старец Паисий Величковский извлек писания Нила на свет Божий и положил их в основу своих собственных творений, имевших целью возрождение старчества.

Нил и его ученики установили в своих монастырях строгие правила жизни, прежде всего вернув все монастырские имущества государству. Поэтому их называли «нестяжателями». Если бы они имели успех, то произошли бы большие изменения в церковной жизни.

Однако планы Нила не осуществились, он вернулся в свой скит и ограничился тем, что окормлял своих учеников, заботясь о спасении их душ. Сведения о его дальнейшей жизни очень скудны, и это, может быть, лучшая похвала христианскому аскету, который умер для всего земного и устремлен лишь к созерцанию горнего мира.

Противоречивы и сведения относительно причисления Нила к лику святых. Мы можем предположить, что это произошло в конце XVIII или начале XIX в., но народ всегда считал его святым. На смертном одре Нил завещал своим ученикам бросить его тело в чаще леса на растерзание зверям и хищным птицам, так как, по его словам, он много грешил пред Богом и недостоин погребения. Нил преставился 7 мая 1508 г.

Спустя полстолетия царь Иван Грозный, высоко ценивший заслуги Нила в организации монастырской жизни, повелел построить над его могилой каменную часовню, однако вскоре буря разрушила эту часовню до основания. Так небесные стихии исполнили желание святого.

В полном уединении жили Нил и его сподвижник Иннокентий в хижинах на берегу реки Соры, но с течением времени к ним собрались в небольшом числе подвижники, ибо всегда в Древней Руси находились люди, стремившиеся к равноангельному монашескому житию. Тогда Иннокентий переселился дальше на восток — в вологодские леса, а Нил принял руководство над своим все увеличивавшимся стадом, требуя от учеников совершенной «нестяжательности».

395

Нил установил строгие аскетические правила для каждого. Братия жили поодиночке1 или ндьосм и маленьких кельях, рассеянных неподалеку одна от другой, в лесу. Только для богослужений собирались они вместе. Это была первая попытка проводить в северных еловых лесах житие, подобное житию египетских отшельников. За такими монастырями закрепилось египетское название «скит».

Нил Сорский оставил после себя очень ценные сочинения, дошли до нас и несколько его писем. Они дают нам возможность глубже осмыслить характер древнерусского аскетизма.

В одном из писем к Иннокентию старец пишет о своей жизни в скиту:

«Я пишу, чтобы осведомить тебя о себе, ибо любовь твоя, во имя Бога, заставляет меня торопиться. Ты знаешь сам из того времени, когда мы жили вместе в монастыре, как я всегда удалялся от суеты мира сего и всеми силами изучал Священное Писание, которое по немощи своей я все же не изучил. После возвращения из паломничества я построил себе келью вне монастыря и так живу здесь, насколько позволяют мне мои силы. По Божией благодати Это место мне очень нравится, ибо оно труднодоступно для мирян, как ты сам знаешь. Главным образом я изучаю Божественные Писания, преимущественно заповеди Господни, затем Послания святых апостолов, а еще жития святых и учение святых отцов. И все это с большим вниманием, надеясь угодить Господу и принести пользу своей душе. В этом моя жизнь и мое дыхание.

И если мне вдруг необходимо что‑либо сделать, а в Священном Писании Я об этом ничего не нахожу, то я откладываю это дело, чтобы ничего не сделать по своей воле и разумению. Если кто в духовной любви обращается ко мне, я советую ему делать так же, а в особенности тебе, потому что ты был преисполнен ко мне любовью с самого начала. Итак, если ты хочешь следовать вышеуказанному, изучай Священное Писание и позаботься, чтобы в той степени, как ты понимаешь заповеди Божий и предания святых отцов, их исполнить».

Преподобного и богоносного отца нашего игумена Нила Сорского, основателя скитского жития, поучения своим ученикам, захотевшим» вместе с ним жить в пустыне, выбранные us Священного Писания и содержащие все, что необходимо

И

з введения

Содействием Господа и Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа и с помощью Его Пречистой Матери написал я это для себя и для своих в Богг живущих собратий, которые суть мои единомышленники. Именно так, а иг учениками, называю я их.

Один у нас учитель — Господь и Бог Иисус Христос, Сын Божий, Который дал нам Божественное Писание и наставил святых апостолов и святых отцов, а также весь человеческий род ко спасению. Все они сами содеяли до(>ро и, исполнив, учили других. Я же ни единой не совершил добродетели, а только г канут Ьожеетпеиное I Iк апис тем, которые по принимают и желают

396

спастись. (пящгиног Пшаинг шиприт: мы странники и пришельцы на нсмие (Евр. 11. 13). Там, после нашей смерти ожидает нас вечная жизнь и бесконечное бытие — или н мире, или в муках, как Бог определит каждому по его заслугам; и потому о той жизни, которая придет после смерти, надо здесь позаботиться.

Вначале хочу сказать несколько слов о нашей вере: «Верую во Единого Бога Отца, Который во Святой Троице прославляется, в Сына и в Святого Духа, Которые одного существа с Отцом и неотделимы от Него. Также верую в вочеловечение Сына Божия, в котором Он стал совершенным Богом и совершенным Человеком, исповедую всею моею душою и все прочее, что принадлежит к вере православной. С глубокой верой и великой любовию исповедую Святую Владычицу, Пресвятую и Истинную Богородицу, Которую прославляю и воспеваю. И всех святых почитаю и признаю и прославляю их.

Благодатию Христовой соединяю себя и прибегаю всей душой и сердцем ко Святой Соборной Апостольской Церкви. Принимаю все то учение, которое Святая Церковь от Господа и Его святых апостолов и семи Вселенских Соборов и Поместных Соборов и от святых отцов приняла и через которое она нас учит и сохраняет. Все это исповедую и прославляю с глубочайшей верой и любовью.

Еретические учения и лжесвятых проповедников проклинаю, и то же самое делают те, кто со мною. Всякий еретик да будет нам чужд.

Многие благоговейные братия приходили ко мне, чтобы со мной остаться, но я, чувствуя себя грешным и слабым человеком, долго им отказывал, взывая: дайте мне немного покоя, ибо одолевает меня волнение и возрастает тяжесть. По неотступности же их рассудили мы, что те, кому есть Божия воля прийти к нам, должны всецело принять учение святых отцов и творить Божий заповеди.

Цель и суть писания сего состоит в том, чтобы показать, как иноку, который действительно в наше время хочет спастись, подобает совершать свое аскетическое делание, согласуя внутренние и внешние свои упражнения со Священным Писанием и житием святых отцов.

Если мы будем так действовать, то достигнем вечной жизни в Иисусе Христе, Ему же подобает всякая слава со Отцем и Святым Духом ныне и присно и во веки веков! Аминь.,

Из предисловия 1{

Из писания св. отцов о мысленном делании, о хранении сердца и ума, о том, зачем это нужно и как мы об этом стараться должны

Многие св. отцы свидетельствуют о том, что хранение сердца и ума полезно тому, кто по благодати Божией желает быть духовно воспитан. Во–первых, мы знаем слова Самого Господа, Который сказал: Из сердца исходят злые помыслы… и это оскверняет человека (Мф. 15. 18). Он учил, что нужно очищать внутреннее сосуда (Мф. 23. 26) и что поклоняться Господу следует в Духе и истине (Ин. 4. 24). О том же говорил и апостол: Когда я молюсь языком, то хотя дух мой и молится, но ум мой остается без

397

плода… стану молиться духом, буду петь и умом (1 Кор. 14. 14). 1ак ска. чал апостол о духонной молитве, и еще сильнее сказал: Я хочу лучше пять слон скапать умом, нежели десять тысяч языком (1 Кор. 14. 19). Св. Агафон замечает: «Внешнее делание подобно листу, внутреннее, то есть духовное, подобно плоду». И далее у него же находим устрашающие слова: Всякое дерево, не приносящее доброго плода, срубают и бросают в огонь (Мф. 3. 10; Лк. 3. 9). И еще сказали отцы: «Кто только устами молится, а об уме забывает, тот молится в воздух, в то время как Бог обращает внимание на ум».

В прежние времена сохраняли свой ум в чистоте, получали благодать и достигали бесстрастия и чистоты душевной не только те из святых отцов, которые жили в уединенных местах и далеких пустынях, но также и те, кто проживал в монастырях, расположенных недалеко от городов или даже в переполненных людьми городах. Так, например, Симеон Новый Богослов и его старец Симеон, подвизавшиеся в Студийском монастыре, как светила сияли духовными дарованиями посреди многолюдного Константинополя. Подобен им и Никита Стифат, и многие другие. Поэтому и св. Григорий Синаит учил трезвению и молчанию, которое заключается в хранении ума, не только отшельников и в уединении живущих, но и тех, кто подвизался в общежитии.

Подобно псу, собирающему падающие крошки, собрал я это малое от большой трапезы писаний святых отцов, чтобы и нам хотя бы отчасти стать их подражателями.

Из слова 1

О различии мысленной на нас брани, о победе и поражении в ней, о крепком противостоянии страстям

Многоразлична борьба с помышлениями, которые побеждают или бывают побеждены, сказали отцы. Сперва появляется «прилог», затем «сочетание», потом «сложение», затем «пленение» и, наконец, «страсть».

«Прилог» есть простое искушение, которое, как картина, возникает, проникает в сердце и являет себя разуму.

«Сочетание», как говорят, есть принятие, со страстью или без страсти, искушения от врага, который здесь же тайно присутствует, иными словами — собеседование с ним; в этом случае мы не отталкиваем помысла и дозволяем ему входить в наше сознание и обсуждаться. И это, говорят, уже грех.

«Сложение», говорят, есть греховное сочувствие души появляющемуся искушению или его картине; при этом кто принимает исходящие от врага искушения или картины, тот занимает свои мысли ими и начинает мало–помалу склоняться к предлагаемому искушению.

«Пленение» — это когда помысл невольно и принудительно овладевает нашим сердцем, водворяется в нем и разрушает наше доброе устроение.

«Страсть», как говорят, есть то, когда грех становится нашим обычаем. Большей частью происходит это оттого, что мы дерзко обращаемся со многими людьми, следуем собственной воле в самом плохом смысле. Страсть

398

подлежит или покаянию, или печной муке. Надо каяться и молиться, чтобы освободиться от всякой страсти. Ибо всякая страсть подлежит вечному мучению не за то, что подверглись брани от нее, но за нераскаянность.

Из слова 2

О нашей борьбе с вышеназванными приражениями;

о победе в ней через память о Боге и хранение сердца, то есть

через молитву и умное безмолвие, и о том, как действовать

этими способами; здесь же и о дарованиях

Об этой борьбе отцы сказали так: чтобы победить противника, надо противостоять коварному искушению, насколько это позволяют наши силы. Победителям будет дан венец, а избегающим покаяния уготовано мучение. Разумная и хорошая борьба, говорят отцы, — это при начинающемся искушении, то есть как только появится прилог, тотчас же склонить свою голову и непрерывно молиться, ибо кто прилогу противостоит, тот с ним вместе отсечет голову всему последующему.

Когда вслед за благими помыслами возникают в нас лукавые, нужно заставить свои мысли замолчать и, глядя в глубину сердца, говорить: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй меня», а иногда лишь половину: «Господи Иисусе Христе, помилуй меня», что нужнее для начинающих, как сказал Григорий Синаит. Отцы находят, что еще лучше говорить: «Господи Иисусе Христе, Сыне Божий, помилуй меня, грешнаго». Богу особенно приятно, когда мы сознаем себя грешниками.

Так нужно прилежно молиться всегда: стоя, или сидя, или лежа, собирая ум в сердце и задерживая дыхание, насколько это возможно; не часто дышать, как учит Симеон Новый Богослов. А Григорий Синаит поучает нас так: «Всегда призывай Господа Иисуса в надежде, терпении и ожидании, что Господь Иисус Христос тебя избавит от всех искушений». Когда твой дух через эту молитву будет освобожден от искушений, вслушивайся еще более в свое сердце и продолжай молитву умом в сердце. «Существует множество добродетелей, но они являются только частью трезвения; молитва в сердце есть источник всякого блага и напояет душу, как сад», — сказал Григорий Синаит.

Из слова 5

О искушениях наших, борьбе и победах и о восьми главнейших страстных помыслах (искушениях)

Многоразличны, говорят отцы, виды нашей борьбы, с помощью которой мы одерживаем победу над коварными искушениями (лукавыми помыслами), соответственно силам сражающихся; мы разумеем молитву на помыслы, пререкание им и, наконец, уничижение их и отгнание. Уничижать, подавлять и от–ревать помыслы могут совершеннейшие, противостоять, противуотвещать — преуспевшие. Ноипначальным же и немощным надлежит молиться против

399

них и луклпме помыслы переполни, мл добрые. Имея нто в виду, СВ. Исаак Сирин говорит, что добродетели крадут у нас страсти.

Есть, однако, восемь главнейших страстных помыслов (искушений), говорят отцы, ия которых нее другие рождаются: чренообъядение, блуд, сребролюбие, гнев, печаль, уныние, тщеславие, гордость.

Из

слова

О памяти смертной и о Страшном суде, как и чем занимать ум свой, чтобы вкоренить это памятование в сердце своем

Отцы сказали, что для нашего (иноческого) делания очень полезно и необходимо думать о своей смерти и держать перед своими глазами Страшный суд.

Филофей Синаит установил правило для этого делания: с раннего утра и до того времени, когда наступит время трапезы, надо оставаться в мыслях о Боге, то есть в молитве и хранении сердца; после того как мы поблагодарим Бога, следует думать о смерти и Страшном суде. Тем, которые об этом заботятся, прежде всего следует помнить слова Господа: В эту ночь Ангелы возьмут душу твою от тебя (ср. Лк. 12. 20). Думайте и о словах св. апостолов: Близок всему коней 0 Пет. 4. 7); День Господень так придет, как тать ночью (1 Фес. 5. 2).

Как из всех кушаний хлеб есть самое необходимое, так из всех добродетелей — память смертная; и как голодный не может забыть хлеб, так и желающий спастись не может не вспоминать о смерти, говорят отцы. Многие миряне и монахи, жившие счастливо, любившие все земное и надеявшиеся на долгую жизнь, не достигли старости, потому что нож смерти обрезал их жизнь.,

В самом деле, все ничтожно, что не пребудет с нами по смерти. Если мы это знаем, то почему мы мечемся туда и сюда, не суета ли это? Путь короток. Жизнь — дым и пар, пыль и зола: является и вскоре исчезает… Тщетно мечутся рожденные на земле туда и сюда, как говорит Священное Писание. И если они станут обладать всем миром, то все равно идут в гроб, не беря ничего отсюда: ни красоты, ни славы, ни власти, ни почестей и никакой радости жизни. Взгляните в гроб — как уродливы и бесславны наши останки! Глядя на обнаженные кости, мы спросим: кто здесь царь и кто нищий? Кто исполнен славы и кто бесславен? Где радость и красота этой жизни? Не есть ли все это уродство и смрад? Все добро и вожделение этого мира стало бесполезным; как увядший цветок оно упало и прошло как тень — так все человеческое уничтожается.

Но наш Владыка, в глубине Своей неизреченной мудрости положивший границу нашей жизни и предусмотревший смерть, чтобы победить змия, даровал нам Воскресение, дабы Его рабы переходили к другой жизни. Ученик, которого больше всех любил Господь, Иоанн Богослов, написал так: Наступает время, в которое все, находящиеся в гробах, услышат глас Сына Бо-»лшя; и изыдут творившие добро в воскресение жизни, а делавшие зло — в воскресение осуждения (Ин. 5. 28—29). Истинно, истинно говорю вам: 'Наступает время, и настало уже, когда мертвые услышат глас Сына Божия и, услышав, оживут (Ин. 5. 25).

400

i

И я слова 8

О слеяах и что приличествует делать тем, которые хотели бы их получить

Если кто, молясь и размышляя о смерти и Суде, по благодати Божией обрящет слезы, то приличествует ему плакать в той мере, в которой он имеет для этого возможность и силу. Плач, говорят отцы, избавит его от вечного огня и прочих будущих мучений.

Те, которые дара слез не получили, могут его приобрести, созерцая таинства Домостроительства Господня и Его человеколюбие или читая жития святых и рассказы об их подвигах и учении; отчасти от упражнения в Иисусовой молитве или других молитвах, которые составили святые, а также через некоторые церковные песнопения, каноны и тропари. Все это приводит в состояние умиления.

Другие, постоянно вспоминающие свои грехи, получают дар слез через размышление о смерти и Суде или через желание будущего блаженства, а также через некоторые другие образы. И кто каким образом приобретет дар слез, тому надлежит о том размышлять и так оставаться до тех пор, пока слезы продолжаются. Отцы сказали: «Кто хочет избежать грехов, избегает их посредством слез; кто хочет предотвратить их, достигает этого через слезы».

В том‑то и состоит путь покаяния, приносящий плоды, чтобы мы каждому нападению, которое нас постигает, и каждой вражеской мысли противопоставляли, по благодати Божией, слезы и признавали себя виновными. Такое слезное покаяние непременно нам поможет; благодать снисходит, когда мы сердечно молимся. Симеон Новый Богослов сказал: добродетели суть воины, умиление же и слезы есть царь действующей армии. Ибо они, сказал он, вооружают к сражению, созидают армию и укрепляют ее, помогая нам противостоять врагу и охраняя подвижников от его нападений. Для нас, начинающих и неопытных, нет другого средства, кроме слез.

Если в нас этот дар благодатию Божией умножается, то наступает облегчение в борьбе, искушения немеют; ум насыщается и увеселяется молитвою, и из глубины сердца истекает неизреченная сладость, охватывая все тело и все его члены, преобразуя страдания в сладость. Таково утешение, происходящее от слез, сказал св. Исаак Сирин.

И вот человек достигает такой радости, какую он не может получить в этой земной жизни; и никто не знает этой радости, кроме тех, которые отдают себя силе плача.

Из

слова

О сохранении себя по даре слез

Если мы удостоимся благодатию Божией дара слез и молитвы в чистоте н плаче, то нам надлежит всеми возможными способами сохранять себя от духа гнева и других искушений. В такой готовности мы должны находиться всегда.

401

Из слова К)

(, О подлинном отречении и беспопечении,

, то есть удалении от всякой мирской вещи

Эти великолепные добродетели, о которых мы выше сказали, требуют отречения от всех прочих забот и попечений, с тем чтобы всецело посвятить Себя труду и вниманию в деле Божием.

Макарий Великий сказал: «Кто хочет приблизиться к Богу и сделаться достойным вечной жизни, быть обиталищем Христа, исполненным Святого Духа, кто хочет дары Святого Духа использовать в соответствии с заповедями Божиими, тот должен начать так: сначала крепко уверовать в Бога, целиком отдаться изучению Его заповедей и отказаться от всех вещей мира сего, чтобы его ум был освобожден от всего земного и имел перед глазами только Единого Бога и Его заповеди; нужно быть Ему Единому угодным, всегда проводить время в молитве, ожидая пришествия Божия и Его помощи, а свой разум постоянно направлять к исполнению добродетели».

Из слова 11

О том, что вышесказанные добродетели следует творить не преждевременно и в надлежащую меру

Эти добрые и чудные дела (чистую молитву, слезы, умиление) подобает творить с рассуждением, в благоприятное время и в надлежащую меру. Прежде всего подобает нам предуготовить себя молитвою, да пребудем в делах добрых, будучи сохраняемыми благодатию Господа и Бога и Спаса нашего Иисуса Христа и благодаря предстательству нашей Госпожи Богородицы и всех святых, которые просияли в подвигах добродетели.

Совершая дела, угодные Богу, как‑то: пение и молитву, чтение и поучение

0 духовных вещах, работу и монастырское служение, будем всеми силами обращаться к Богу, воссылая из глубины души хвалу Отцу и Сыну и Святому

1 Духу, Единому Богу во Святой Троице, ныне и присно и во веки веков. Аминь.

Из завещания блаженного Нила

Я, недостойный Нил, прошу кругом меня стоящих господ и братьев, разделяющих мои взгляды: после моей кончины бросьте мое тело в пустыне, чтобы хищники и птицы могли его пожрать, ибо я много согрешил пред Богом и недостоин погребения. Если же вы не хотите этого сделать, то выкопайте на месте, где я живу, яму и положите в нее без всяких почестей.

Прошу всех молиться о моей грешной душе и испрашиваю у вас прощения, также прощаю и вас: Бог да простит всех нас

402