Патриотизмом называется любовь к отечеству. Под последней разумеется любовь к тому месту, где каждый из нас родился и вырос, где находятся могилы наших предков, с чем, следовательно, соединяются различные воспоминания детства и молодости. А так как каждый из нас живет не одиноко и оторвано от всех, а среди своего народа, то под отечеством принято разуметь не только самую территорию, но и народ, среди которого мы выросли и воспитание получили и частью которого, следовательно, являемся. Это самое общее, так сказать, внешнее, чувственное определение отечества.

Как мы знаем с первых детских уроков географии, каждое местечко, каждый лесок и лужок, каждая речка в наших детских воспоминаниях связываются с каким-нибудь впечатлением, им на нас произведенным, с тем или иным влиянием, от них полученным, и настроением, нами среди них пережитым. Родина как территория в значительной степени способствовала созиданию в нас известной духовной личности с определенными взглядами, понятиями и из них проистекающими взаимоотношениями. При действии этих условий духовная личность созидалась не только в отдельных индивидуумах, но и во всем народе, который живет в известной местности. Народ - тоже личность, хотя и коллективная, с определенным духовно-умственным настроением, с научным мировоззрением, с его определенной культурой, с тем, что называется вообще талантом или даже гением народным. Отсюда и любовь к отечеству не есть только, или даже главным образом, любовь к дорогому для нас месту, ни даже к населяющему её народу, но в значительной степени является любовью к той культуре, к тому миросозерцанию, к тому духу и идее, носителем и выразителем которых является наш народ. Как каждый из нас не может оторвать себя физически от тела народного, от которого он родился, так в равной степени не в состоянии отделить себя и от духа народного. Поэтому последний со всем порождаемым им - культурой, цивилизацией и т.п. - и является близким, родным нам, милым и дорогим для нас; мы любим его как свое личное достояние, как мать, духовно породившую и идейно повившую нас, в полном смысле слова отечество свое.

Любовь к отечеству, покоящаяся на таких духовных началах, далека по самому существу своему от животной любви; объектом её является не столько плоть, как дух, и побуждениями к ней служат не выгоды личности, хотя бы и коллективной, а идейное культурное возвышение ее, а если и первое, то главным образом как средство и условие для второго. Неудивительно поэтому, что патриотизм есть явление всеобщее в роде человеческом, и так же он естествен, законен и понятен, как все нормальное и необходимое в жизни человека. Совершенно неестественным, безжизненным представляется противоположное ему направление - космополитизм.

Космополитизм, быть может, есть и очень умное, логически обоснованно течение мысли, но совершенно нежизненно оно. Головой его можно понять и, пожалуй, принять; но сердце человеческое всегда будет против него. Космополитизм требует отрешиться от любви ко всему, что дорого и мило; заставляет каждого уверить себя, что у него нет и не должно быть никакого отечества, что он есть гражданин всей вселенной. Но как вспомнит каждый о своем детстве, представит родные поля и речки, заглянет в душу свою, так и увидит, что не все одинаково притягивает его, не на все одинаково отзывается не только чувство, но и мысль его. Как только каждый взглянет внутрь себя, заставит продумать или даже только почувствовать свои внутренние переживания, свои мечты и идеалы, свои умственно-духовные устремления и культурные достижения, как весьма требовательно сознает, что не все народы и государства одинаково родственно близки ему и духовно понятны и приемлемы им, что, действительно, есть у него отечество, отказаться от которого он не может. Космополитизм есть теория, быть может, и очень красивая, но жизнь его никогда не признает; космополитизм - мечта, не имеющая данных для своей практической реализации.

Будучи фактом естественным и вполне законным, патриотизм не является ли таковым только для обычного мирского, плотски живущего, человека, - пожалуй, человека-язычника? Возможен ли он в христианстве, для людей-христиан? Ощущаемая всем существом человека любовь к отечеству, встречаясь с заповедью нашего Учителя и Господа о любви ко всем людям, порождает. недоумения и смущения. Человек-христианин видит себя в невозможности отказаться от первой и тем более сознает невозможным для себя уйти от Христа чрез несоблюдение заповеди Его. Где же правда и успокоение?..