Недавно пришлось мне разговаривать с молодой женщиной, приехавшей из Советского Союза в Америку несколько лет назад. Родители ее были коммунисты, члены партии. Верующая бабушка умерла давно, так что внуков ничему научить не успела, и дети росли, никогда не слыша о Боге, ничего не зная о Церкви, о молитве, никогда не видев икон. Но, как это ни удивительно, одному мать–коммунистка научила своих детей, только одному — она научила их словам молитвы Господней «Отче наш». Здесь не место рассказывать об этой девушке, о том, как в 15 лет она пришла к вере и крестилась, как сложилась ее судьба. Но поразило меня именно то, что мать–коммунистка почувствовала в словах этой молитвы что–то столь драгоценное, что захотела передать это своим детям.

Родители–христиане обыкновенно начинают читать эту молитву с детьми до того, как дети могут полностью понять ее смысл. Детям можно рассказать, как однажды, когда Иисус Христос кончил молиться, ученики стали просить Его научить молиться их. И Иисус Христос научил их той молитве, которую мы называем молитвой Господней, «Отче наш». Маленькие дети постепенно учатся повторять за родителями слова молитвы, слышат, как поют эту молитву в церкви. Будет достаточно, если они поймут, что Иисус Христос научил нас называть Бога отцом, потому что Бог любит нас, как самый добрый отец любит своих детей. В ответ на вопросы можно понемногу объяснять непонятные слова: «царство», «хлеб насущный», «долги». Когда же дети станут постарше, просто объяснять непонятные слова недостаточно. В молитве Господней заключено целое миросозерцание, основа нашего отношения к Богу, к жизни, к людям, к самому себе.

Возьмем хотя бы первые слова: «Отче наш, иже еси на небесех», т. е. «Отче наш, существующий на небесах». Вероятно, большинство детей в Советском Союзе так или иначе слышали рассказы о том, что космонавты, летая в космос, там Бога не видели. Что же значат слова «на небесех»? Значит ли это, что, достаточно высоко поднявшись на небо, мы сможем увидеть там Бога? Нет, мы знаем и верим, что Бог невидим. Если бы Бога можно было видеть, то нельзя было бы говорить о вере в Бога. Мы не можем верить в дом, в вещь, в то, что мы можем видеть, осязать. Но мы верим в любовь к нам кого–нибудь, мы можем доверять искренности человека, мы можем верить в добро. То, во что мы верим, всегда невидимо, вера всегда свободна. Ты можешь верить, а можешь и не верить. Вера не может быть принудительной. И когда мы называем Бога нашим Отцом Небесным, мы хотим этим сказать, что, кроме нашего видимого, физического мира есть другой мир, духовный, невидимый, но такой же реальный, как и окружающий нас физический мир, в котором действуют и влияют на нас духовные силы — любовь, радость, раскаяние, жалость, верность и многое другое. Первыми словами молитвы Господней мы утверждаем нашу веру в духовный мир и нашу веру в Бога, благого, любящего, всемогущего и невидимого нам Отца.

В любом языке, оперирующем доступными нам понятиями и впечатлениями, трудно найти более подходящий символ духовного мира, чем небо — безграничное, бесконечное, вечно прекрасное, таинственное. Уча нас молитвенно обращаться к Богу, Иисус Христос употребляет доступные нам понятия: «небо» — говоря о духовном мире, «хлеб» — говоря о наших земных нуждах, «долги» — говоря о наших отношениях с людьми.

«Да святится имя Твое». Пусть в нашей жизни славится имя Божие. Часто это прошение объясняют детям как требование благоговейно употреблять слово «Бог», не произносить его всуе. Но мне кажется, что и понятнее и правильнее объяснить детям, что мы, христиане, должны жить так, чтобы самой нашей жизнью прославлялось имя Божие. С этим связано и следующее прошение: «Да приидет Царствие Твое», детям часто непонятное. В этом прошении есть, конечно, таинственная надежда всех христиан на второе пришествие Иисуса Христа и установление Царства Божия на земле. Но, по учению православных отцов Церкви, это есть также и молитва о том, чтобы Господь воцарился в душе каждого из нас. И апостол Павел пишет в своем послании к римлянам: «Ибо Царствие Божие… праведность и мир и радость во Святом Духе» (Рим. 14:17). Именно такое понимание этого прошения в молитве «Отче наш» ближе детям. Они знают и чувствуют состояние радости, мира и любви, и о детях сказал Сам Иисус Христос, что «таковых есть Царствие Небесное».

Следующее прошение «Да будет воля Твоя» очень важно для воспитания христианского отношения к жизни. Дети, да и не только дети, часто обращаются к Богу с конкретными просьбами, просят Бога исполнить то или другое их желание, важное или неважное. Способность понимать, что в жизни надо искать не осуществления собственных желаний, а осуществления высшей Божьей воли, Божьего замысла о нас, что и есть самая основа христианского отношения к жизни. Чтобы пояснить это, мне часто приходилось приводить детям пример из жизни двух святых отшельников, живших в пустыне. Сговорились они посадить каждый у входа в свою келью пальму, чтобы давала она им тень в дневную жару. Встречаются они через некоторое время, и один отшельник говорит другому: «Вот, брат, молюсь я Богу, чтобы послал Он дождь на мою пальму, и каждый раз Он исполняет мою просьбу. Молюсь о солнечных днях, и Бог посылает мне солнце. А твоя пальма растет куда лучше моей. Как же ты молишься о ней?» И ответил ему другой отшельник: «А я, брат, просто молюсь: Господи, сделай, чтобы моя пальма росла. А уж Господь посылает солнце и дождь, когда нужно».

Детям постарше надо постараться объяснить, что моление «Да будет воля Твоя» значит не только принимать волю Божию, но и стараться осуществлять ее.

Прошение о «хлебе насущном» учит нас не беспокоиться о многих наших нуждах, о том, что нам только кажется нужным. Собственным примером и беседами с нашими детьми нам надо помочь им научиться разбираться в том, что нам в нашей жизни действительно нужно как хлеб насущный, а какие наши желания временны и несущественны.

«Остави нам долги наша, якоже и мы оставляем должником нашим». Когда мы грешим, мы виноваты перед Богом. И если мы каемся, Бог прощает нам грехи наши, как отец прощает ушедшего из родного дома сына. Но часто люди бывают несправедливы друг к другу, обижают друг друга, и каждый ждет, чтобы другой стал лучше, справедливее. Часто мы не хотим простить другому его недостатки, а этими словами молитвы Господней Бог учит нас прощать грехи и недостатки других так, как мы хотели бы, чтобы Бог прощал наши недостатки.

И, наконец, последнее прошение: «Не введи нас во искушение, но избави нас от лукавого». Оно ставит перед подрастающим ребенком вопрос о зле, об искушении, о борьбе со злом, которая идет в душе каждого из нас. Чтобы сформировать в человеке христианское понятие о зле и добре, недостаточно только объяснить слова этого прошения молитвы «Отче наш». Повествование за повествованием, поучение за поучением, притчу за притчей находим мы в Священном Писании, которые помогают нам постепенно понять, что в мире есть зло, злая сила, сопротивляющаяся благому, доброму замыслу Творца о творении Божием, что эта злая сила постоянно старается привлечь, подчинить нас себе, «искушает» нас. Поэтому нам всем часто хочется сделать что–то такое, о чем мы сами точно знаем, что это плохо. Без помощи Божией мы не могли бы бороться с искушениями, и мы просим Бога не допустить нас поддаться нашим дурным желаниям.

Все нравственное христианское воспитание сводится к развитию в человеке способности увидеть в себе плохое — плохим, распознать в себе злые намерения и побуждения, греховность своего действия или чувства и искренне пожалеть о том, что ты подумал или сделал, т. е. покаяться. А каясь, знать, что Бог всегда прощает кающегося, всегда встречает его с любовью, радуется ему, как отец в евангельской притче о блудном сыне радуется возвращению своего согрешившего и покаявшегося сына. В христианской нравственности нет места ни отчаянию, ни унынию.