2608. М. П. ЧЕХОВОЙ

27 января 1899 г. Ялта.

27 янв.

Ты пишешь: «не продавай Марксу»*, а из Петербурга телеграмма*: «договор нотариально подписан». Продажа, учиненная мною, может показаться невыгодной*и наверное покажется таковою в будущем, но она тем хороша, что развязала мне руки и я до конца дней моих не буду иметь дела с издателями и типографиями. К тому же Маркс издает великолепно. Это будет солидное издание, а не мизерабельное. Мне заплатят 75 тыс<яч> в три срока; впрочем, это, как и остальные условия, тебе известно.

Значит, тебе уже не придется распоряжаться моими произведениями*, быть Софьей Андреевной в миниатюре*. Но всё же тебе надо устроиться так, чтобы можно было уезжать когда угодно и жить где угодно. Твое намерение или желание не расставаться надолго с Москвой – одобряю. Надо жить в Москве хоть два месяца в году, хоть месяц.

Теперь поручения. Пожалуйста, повидайся с Ольгой Мих<айловной> Дарской, или напиши ей, и сообщи следующее. В Ялте на Пасхе будут пушкинские дни – на второй и третий день праздника; между прочим пойдет «Борис Годунов». Не найдет ли возможным она, Ольга Мих<айловна>, приехать в Ялту и сыграть Марину, а ее муж – Самозванца?*Кстати же ее здоровье требует того, чтобы весной она побывала в Крыму. Тут есть Пимен, есть Годунов*, но нет Марины и Самозванца, да и всем хочется, чтобы эти роли исполнялись настоящими, интеллигентными артистами. Если Ольга Мих<айловна> не согласна приехать и участвовать в спектакле, то пусть телеграфирует: «Ялта, Чехову. Нет». С нетерпением ждем ответа. Пимена будет играть академик Кондаков. Я на Пасхе, вероятно, буду в Мелихове, но ты умолчи об этом, не говори О<льге> М<ихайловн>е. Выручка со спектакля поступит на постройку в Ялте пушкинской школы*.

Ялтинцы, когда приходят, сидят подолгу. Я затеял «четверги», ко мне ходила женская гимназия и кое-кто из молодежи; но Варв<ара> Конст<антиновна>*стала приводить на мои четверги молчаливых учителей словесности и таких интересных девиц, как Вера Ефимовна*, которую ты видела, – и я решил отменить четверги, бежать от них.

В январ<ской> книжке «Недели» мой рассказ «По делам службы»*. Кстати: в феврале у вас на Дмитровке побывает Меньшиков. Он в своих письмах всё беспокоится, где мамаша, не покинули ли мы ее одну в Мелихове*.

Если лес уже возят*и если Шибаевой нужны деньги, то ей можно дать рублей 300 из тех денег, которые хранятся в земской управе. Как камень и песок?

Посылаются ли сведения в отдел сельскохоз<яйственной> статистики? Тот бланок, о котором я писал*, не забудьте прислать. Это бланок, где просят написать на пустом месте «итого» за истекший год (всякая всячина, не вошедшая в вопросы). Я хочу написать насчет фруктовых деревьев и грибов.

Маркс хотел сначала, чтобы доход с пьес принадлежал мне только «пожизненно», но я отстоял наследников. Прижимистый немец, но и я тоже, по выражению моего поверенного, «смущал» Маркса своими несообразными требованиями. Пишут, что купить мои произведения убедил Маркса Л. Н. Толстой*.

Я нарочно дотянул письмо это до конца листа, чтобы ты не говорила, что я мало пишу. Если ты познакомилась с Книппер*, то передай ей поклон. Вишневскому тоже.

Ну, будь здорова. Мамаше, Ване, Соне и Володе поклон, Иваненке тоже.

Твой Antonio.