Благотворительность
“Я научила женщин говорить”
Целиком
Aa
АудиоНа страничку книги
“Я научила женщин говорить”

Почему Ахматова не простила Чуковского

Совершенно новый голос Ахматовой открывается после революции. Она становится человеком истории. Если раньше ей интереснее всего была частная жизнь и жизнь сердца, то сейчас Анну Андреевну начинают волновать судьбы страны, народа и русского слова. Надежда Яковлевна Мандельштам рассказывала, что, будучи в ссоре с Корнеем Чуковским, уже хотела было его простить, но однажды он спросил у Ахматовой: «Анна Андреевна, а вы помните, какие прекрасные были 20-е годы? Какой был расцвет русской культуры?», и она передумала его прощать. Потому что сказки о том, как прекрасны были эти годы, не нужно было рассказывать Ахматовой – она потеряла своего первого мужа и большого друга Николая Гумилева в 1921 году. Гумилев был расстрелян. После этого говорить о расцвете русской культуры было довольно наивно, потому что для Ахматовой на первом месте стояло христианское и человеческое, и уж потом – культурное. Действительно, на пиру во время чумы поются прекрасные песни, но если можно что-то сделать и остановить чуму, то можно обойтись и без песен. Именно так думала Ахматова.

Мне голос был. Он звал утешно. Он говорил: «Иди сюда, Оставь свой край глухой и грешный. Оставь Россию навсегда.

Я кровь от рук твоих отмою, Из сердца выну черный стыд, Я новым именем покрою Боль поражений и обид».

Но равнодушно и спокойно Руками я замкнула слух, б этой речью недостойной Не осквернился скорбный дух.

Это уже не про то, как «свежо и остро пахли морем на блюде устрицы во льду». Ахматова сказала, что эти устрицы ей однажды аукнулись: она получила селедку в писательском пайке и пошла ее продавать, чтобы купить хлеба. И вот она стоит на рынке, селедка лежит на газетке, мимо проходит какой-то человек, и она слышит от него: «Свежо и остро!».

У Ахматовой был выбор – уезжать или не уезжать. Уезжали многие – и ее любимая подруга Ольга Судейкина, и Артур Лурье, но Анна Андреевна решила остаться по причинам, которые мы можем понять только по ее стихам. Они связаны с какой-то честностью и любовью к народу – сама она таких слов не говорила, но мы можем их произнести, потому что для нее было действительно важно разделить участь тех, кто не может никуда уехать, ей были важны родные камни и могилы любимых.